Сила искушения - Сюзанна Райт

стаи могут знать что-то, что можно использовать против Гектора. Алли и Деррен хотят пойти с нами, но они нужны здесь, чтобы охранять остальных; они не в восторге от того, что остаются. — Джесси мог это понять, но понимал рассуждения Ника. В прошлом люди нападали на стаю, отвлекая самых сильных членов и разделяя. — Ты, Эли и Зандер пойдёте со мной, — продолжил Ник. — Знаю, что ты не захочешь оставлять пару, учитывая, что защитные инстинкты сейчас сверхчувствительны, но ты должен верить, что здесь она будет в безопасности.

Джесси на самом деле не хотел расставаться с Харли, особенно когда она чувствовала себя не совсем комфортно, но был уверен, что женщины её примут.

Хотя Харли и не нужна защита — она в состоянии сама о себе позаботиться. Почесав кошку по горлу, он спросил:

— Твои контакты нарыли что-то о Гекторе?

— Немного. Его человеческая тётя и дядя растили его с пятнадцати лет — дядя брат человеческой матери Гектора.

— Его родители умерли?

— Нет. Адриана и Тэд альфа-пара в стае Гектора. Но в один прекрасный день они ушли в отставку. Вскоре после этого все трое покинули стаю и стали одиночками. Гектор переехал жить к тёте и дяде, что считалось необычным, потому что Тэд и Адриана не небрежные родители.

Джесси нахмурился, не зная, что со всем этим делать. Кошка забралась ему на плечи, практически обняв за шею.

— Мои люди пытаются выследить его родителей. Если нужно что-то узнать о Гекторе, у них будет эта информация.

— А если они не скажут ничего, что мы могли бы использовать против Гектора?

— Скажут. Якобы хорошие родители не бросают своего ребёнка без причины. Если у них не было проблем с этим, не возникнет проблем и с тем, чтобы поделиться информацией, в обмен на мою защиту — образ жизни одиночек опасен, в конце концов.

Он прав. Перевёртыш без стаи — без защиты; одиночки уязвимы перед экстремистами и другими перевёртышами. Предложение защиты от Ника не повод для недовольства.

— А если не получится, мы приведём их сюда и заставим говорить, — добавил Ник. — Мы уже такое проворачивали.

Да. И в этот раз всё пройдёт так же хорошо, как и прежде.

Затем Ник ушёл, а Джесси повернулся в сторону домика. Кошка спрыгнула, а затем быстро взобралась на ближайшее дерево с удивительной ловкостью, из-за чего её вид настолько уникальный. Она не отставала от него по дороге домой, перепрыгивая с дерева на дерево, как акробатка. Когда они, наконец, пришли, и он широко распахнул дверь, она опять поцарапала крыльцо, пометив, прежде чем войти внутрь.

— Малыш, перекинься. — Раздался хруст костей, а затем перед ним встала обнажённая Харли. Когда она потянулась, он обнял её и уткнулся носом в шею, вдыхая аромат, позволяя тому проникнуть в систему, где ему и место. — Твоя кошка точно знает, как уязвить мужскую гордость. — Он решил, что Эли разозлился из-за того, что она застала его врасплох и пустила кровь.

Обняв его за шею, Харли пожала плечами.

— Не стоило ему так себя вести. — Или такое говорить.

Джесси нежно её поцеловал.

— Я не знаю, в чём проблема, но Ник считает, что дело не в тебе.

Да, но Харли плевать. Она никому не позволит использовать пару в роли боксёрской груши, ни в физическом, ни в эмоциональном плане.

— Мне жаль, что он так поступил с тобой. Я знаю, что больно, когда тебя травит товарищ по стае и выплёскивает на тебя свои проблемы.

— Ты заставила его заплатить.

И кошка наслаждалась этим.

— Когда Алли начала переживать за Деррена, я стала собирать сэндвичи. Они почти готовы.

— Хорошо. Я приму душ, чтобы смыть кровь. — Джесси подхватил её, и она обняла его ногами за талию. — Поможешь?

— Я?

— Да, а потом поедим… но сначала я пообедаю тобой.

Ну, с этим она спорить не станет.

— Кто-нибудь ещё приходил? — спросил он, неся Харли наверх.

— Нет. Но Шайя звонила и спросила, всё ли со мной в порядке и не нужно ли чего-нибудь. Я думаю, как и ты, она беспокоилась, что мне будет скучно одной. — Харли указала на себя. — Мне то?

В ванной он попросил:

— Пообещай мне кое-что?

— Ни за что.

Уголки его губ дёрнулись.

— Обещай, что если тебе когда-нибудь станет скучно, скажешь мне. Я всё исправлю.

— Как мне может стать скучать, когда у меня есть скрипка и столько книг? Поверь, я довольна.

Слишком много времени в одиночестве может изменить это.

— Пообещай кое-что ещё.

— Нет.

Он шире улыбнулся.

— Пообещай мне иногда играть.

— На скрипке?

— Нет, в Эрудит. Конечно, на чёртовой скрипке.

— Ну и сквернослов ты, — проговорила она, когда он потащил её в душ и включил струю. — Может, когда-нибудь сыграю для тебя. Посмотрим. — Было гораздо легче играть для незнакомых зрителей, чем давать частное представление кому-то, кого она хорошо знала.

— Сыграешь.

— Прямо твои приказы на меня подействовали.

— Сыграешь!

— Знаешь… Я начинаю задумываться, что тебе не хватает огоньков предостережения.

Он зарычал.

— Лично я считаю, что ты сводишь меня с ума.

— У тебя нет доказательств.

Снова зарычав, Джесси нежно втёр медовый шампунь в волосы Харли, которая намыливая ему грудь. Ему нравились её волосы — их цвет, текстура и естественный блеск. Нравилось, как они ощущались на его коже, любил зарываться в них лицом во время сна. Быстро ополоснув её волосы, он втёр кондиционер, пока Харли мыльной рукой медленно ласкала его член. Он едва сдерживался. Довольно скоро он подхватил Харли, прижал спиной к стене и жёстко и быстро трахал её.

Вымывшись и одевшись, они пообедали в тишине… вероятно, поэтому услышали быстро приближающуюся толпу.

Харли склонила голову.

— Я слышу Маркуса, который пытается кого-то успокоить.

Джесси вздохнул.

— Да. — И, без сомнения, он пытался успокоить Рони.

Проглотив ломтик огурца, Харли