Солнце и снег - Алёна Рю

– Думаете, если меня напоить, я вдруг стану колдуньей? – усомнилась Эри. – Скорее крепко усну, и ничего не произойдет.

– Ты готова попробовать?

– Хуже все равно не будет.

– Тогда пойдем ко мне, – Тиара взяла ее за локоть, словно боялась, что она передумает.

***

Великий Оракул Рованы встал за трибуну перед сотней юных адептов, собравшихся в лекционном зале школы магии. Волшебник Кирилл стоял чуть поодаль справа, хмурый и сосредоточенный.

– Приветствую учащихся Рованской школы магии, – начал Оракул. Зал ответил шумными аплодисментами. – И сегодня, начиная ваш первый семестр, я, по уже давно сложившейся традиции, читаю обзорную лекцию по магической стороне устройства мира и вашей будущей роли в ней.

Оракул замолчал, дождавшись, пока ученики соберутся с мыслями, затихнут и приготовятся слушать.

– Когда рождается свет, рождается тьма, – снова заговорил он. Кирилл вытянул вперед руку, и через мгновение на его ладони появилась горящая лампа. Он направил ее свет на учебную доску, поставленную слева. Адепты дружно вытянули шеи, увидев, как на полу за доской появилась длинная тень.

– Мы не знали бы, что такое свет, если бы не знали, что такое тьма, – пояснял Оракул. – Верно и обратное утверждение. Тьма – это отсутствие света. Таким же образом мы можем утверждать, что понятие порядка не существует без понятия хаоса. А понятие жизни без понятия о смерти. Последнее в магической науке мы называем – нежизнь, потому что смерть часто приравнивается к небытию, а это не одно и то же. Итак, свет, тьма, порядок, хаос, жизнь и нежизнь – все это шесть элементов мира, благодаря которым существуем мы с вами, и благодаря которым существует все, что вокруг нас.

Оракулу вдруг показалось, что воздух в проходе между рядами заколыхался, словно нагретый. Он несколько раз моргнул, и странное видение исчезло.

– Из хаоса, – продолжил он, облизнув губы, – проистекает материя, которая сама по себе невидима. И только обретя форму, она становится частью мира. А форму создает порядок. Обучаясь в нашей школе, вы научитесь придавать материи форму и создавать любые предметы как бы из ничего.

Кирилл поставил лампу на подмостки и вытянул вперед правый кулак. Адепты снова напряглись. Волшебник разжал пальцы и показал залу небольшую монету.

– Способность преобразовывать материю, которая постоянно окружает нас, – и есть волшебство. На третьем курсе те из вас, у кого проявятся соответствующие задатки, смогут выбрать его в качестве специальности. Чем отличаются волшебство, колдовство и чародейство вы узнаете во время обучения. Настоящему магу необходимы знания во всех трех областях.

– А расскажите сейчас! – выкрикнул один из учеников. – Хотя бы коротко!

Оракул посмотрел в его сторону и, подумав, ответил:

– Хорошо. Итак, волшебство, упрощенно говоря, – это способность придавать материи форму. Но живые существа в отличие от неживых состоят не просто из материи. Каждого из нас наполняет энергия. Сама по себе эта субстанция имеет множество форм, но в человеке, животных и растениях проистекает живая энергия, которая существенно отличается от неживой энергии, скажем, воды или иных тел. И как раз чародейство – это искусство взаимодействия с этим видом энергии, управления ею. Настоящий чародей способен внушать людям мысли или образы, даже повелевать ими.

Зал зашумел.

– Именно потому, что в магии заключена такая сила и вместе с тем опасность, наши предки решили ее ограничить. Вместе с аргонскими орденами Рована взяла на себя обязанность сохранять и углублять знания о магии, но вместе с тем не допускать ее выхода за пределы своих земель. Единственное исключение – это друиды, эльфы с врожденным даром взаимодействия с природой. Но по их кодексу им не положено вмешиваться в мирские дела. Иногда друидов называют лесными колдунами, но это неверно. И сейчас объясню, почему.

Колдовство как вид магического искусства позволяет преобразовывать энергию всего неживого. Колдун способен вызвать дождь или столкнуть с горы камень лишь усилием воли. Друиды же взаимодействуют только с живой частью природы, с растениями и животными. Поэтому, строго говоря, они чародеи. Хотя и не настолько сильные, как рованские маги. Людей зачаровывать, насколько мне известно, друиды пока не научились.

В зале раздался смешок. Оракул продолжил:

– Какое из трех направлений, волшебство, чародейство или колдовство, вы предпочтете, будет во многом зависеть от ваших способностей и проявленного усердия. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос, – он посмотрел в сторону непоседливого ученика. – И теперь вернусь к главной теме лекции. Что такое хаос и порядок, вы более-менее поняли. Кстати, энергия – тоже хаотическая субстанция – только двигаясь в заданном направлении, она становится упорядоченной. А движение энергии и есть то, что мы называем жизнью. Но сейчас я хочу перейти к двум другим элементам мира – свету и тьме. Природа их несколько иная…

***

Настойка Тиары оказалась горькой на вкус, но Эри была полна решимости доказать лесной колдунье, что никакой силы в ней нет. Она сама до конца не могла понять, почему это было так важно. Раньше оказаться настоящей ведьмой было страшно, потому что люди ее точно никогда бы не приняли. А сейчас? Дело ли тут в том, что сила – она же и ответственность? Ведь если Тиара права, то мир придется спасать.

Эри никак не могла себе такого представить, а потому только усмехнулась.

Через минуту перед глазами поплыло. Колдунья поддержала ее за локоть и помогла лечь.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила она.

– Голова… кружится, – отрывисто произнесла Эри.

Лицо Тиары и комната стали размываться, словно отражение в мутной воде. Она попыталась сосредоточиться, сфокусировать зрение, но удержать перед собой образ надолго не удавалось.

– Закрой глаза и расслабься, – друид подложила ей под голову подушку.

Дыхание Эри стало ровнее, упрямая морщинка на лбу разгладилась, и лицо приобрело по-детски безмятежное выражение. Тиара внимательно следила за ней, пытаясь понять, подействовала ли настойка, или девушка просто быстро уснула. Но уже совсем скоро ответ стал очевиден.

Сначала ладони Эри стали теплеть, а затем вокруг тела появилось бледно-зеленое свечение. Тиара выпрямилась. Цвет постепенно набирал густоту и яркость.

Эри казалось, что она падает. Она пыталась схватить руками воздух, но неведомая сила увлекала все ниже и ниже. Затем что-то как будто пронзило ее чуть ниже грудины. Как копье или деревянный кол. Она посмотрела перед собой и увидела столп зеленого света, идущий из центра ее тела. Эри попыталась прикрыть его ладонями, словно