За каменной стеной - Мила Дрим

— Здесь и сейчас, — Руслан берет меня за ладонь. — Идем.

Вызывая удивление у всех, кто сидит за нашим столиком, я и мой муж выходим в центр зала.

Я взволнована, но это волнение приятно мне.

Сильные руки Руслана надежно обнимают меня.

Мой животик упирается в его живот.

Смущаюсь, а Садыков одаривает меня самодовольной улыбкой и спускает правую ладонь на мой животик.

Мне тепло, мне хорошо.

— Руслан, — взволнованно шепчу. Еще чуть-чуть, и из моих глаз польются слезы.

— А? — он крепче прижимает меня к себе. Губы касаются моей шеи, отчего кожа покрывается мурашками.

— Мне кажется, что я влюбляюсь в тебя, — еле слышно шепчу, но Руслан слышит мое признание.

Он широко улыбается и задевает носом мою щеку. Приглушенно смеюсь. Сильные пальцы чуть сильнее сжимают спину.

— Давай, убежим, Диляра? — обдавая теплым дыханием мое ухо, приглушенно спрашивает муж.

От его предложения меня охватывает азарт.

— А как же родня? — взволнованно спрашиваю.

— За ужин я уже заплатил, а они и без нас неплохо общаются.

Наверное, правила приличия не позволяют так поступить, и так не стоит делать.

Но моя душа опережает разум.

— Давай, — соглашаюсь я.

Садыков, продолжая меня обнимать, идет в сторону дверей.

Чувствую себя школьницей, впервые сбежавшей с уроков.

Азарт, воодушевление, веселье — переполняют мою грудь.

Выходим на морозный воздух. Запрокидываю голову в поисках намека на начало снегопада. Увы, его нет.

Руслан мягко подталкивает меня к машине.

— Садись, а то холодно, — поднимая воротник пальто, говорит он.

Только собираюсь выполнить его просьбу, как голос Розы останавливает меня.

— Руслан!

Я оборачиваюсь.

Роза быстрым шагом идет к нам. Глаза её горят от обиды и злости.

— Роза, мы с Дилярой уезжаем. Вернись в ресторан, — Руслан окидывает сестру хмурым взглядом.

Та обнимает свои дрожащие плечи и мотает головой.

— Не пойду!

— Иди или я тебя сам затащу туда.

Та вызывающее смеется.

— Ну, конечно! Разве ты оставишь тут свою жену из-за меня?!

Слышу в её голосе ревность и обиду.

— Позвоню лучше матери, — Садыков подносит к уху телефон, а Роза продолжает свою истерику:

— Ты нас всех бросил! Из-за неё! Ты даже довезти до дома не предлагаешь! Зачем тебе мы?! Ты променял нас на эту Диляру!

— Не говори глупостей. До дома можно доехать и на такси, Роза. А мы едем в другую сторону.

— Можно и на такси! Но такси — это чужой человек! А ты даже не заботишься о нас!

— Я только и делаю, что последние 10 лет забочусь о вас, и особенно — о тебе. Но Роза, ты уже — взрослая, и пора вести себя соответственно. Хватит постоянно требовать от других! Попробуй сама что-то сделать. Сделать стоящее, хорошее.

— Мы — твоя семья! — в сердцах кричит Роза. — В отличие от неё!

— Она тоже моя семья, и это мой выбор. Она — моя жена. И если ты не перестанешь к ней цепляться, и не научишься её уважать, я построю стену и закрою свой дом для тебя. Всё, иди к маме.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Руслан дожидается, когда Роза скроется в ресторане.

Ждет еще пару минут, а потом — говорит мне:

— Диляра, поехали. Замерзла, наверное? На ветру стоишь.

Сажусь в машину, сама закрываю дверь. Щелкаю ремнем и только потом замечаю, как дрожат мои пальцы.

От переживаний.

Непросто пропустить мимо себя такие обвинения.

Слава Всевышнему, мне не так плохо, как бывало прежде.

Меня не тошнит и голова не кружится.

Хороший знак.

И причина этих перемен — благодаря Руслану. Его забота, его покровительство, словно каменная стена, воздвигаются вокруг меня.

— Не замерзла? — Руслан садится за руль. Окидывает меня внимательным взглядом, а потом — берет за ладонь.

— Замерзла, — делает вывод.

Хмурится.

А у меня сердце отчего-то так сильно сжимается!

Вижу перед собой мужчину, который, наверное, всю жизнь заботился обо всех.

Но есть ли тот, кто проявил заботу — искреннюю, не навязанную, по отношению к нему самому?

— Ты тоже замерз, — мои пальцы легонько сжимают его ладонь.

Выдерживаю паузу и произношу:

— Давай, просто поедем домой? Я сделаю нам чай, сядем в зале и посмотрим кино.

Руслан чуть сощуривает глаза. Теплая улыбка, наконец, озаряет его мужественное лицо.

— Ты, правда, хочешь прямо сейчас поехать домой? — уточняет он.

Глядит, а в глазах его — впервые за все это время — я замечаю отголоски затаенной, запрятанной далеко ото всех, боли.

— Конечно, — широко улыбаюсь, — дома хорошо. Тепло. Спокойно.

— Я думал, что ты хотела типа свидания. Собирался свозить тебя в другой ресторан, — Садыков блестит глазами. — Что скажешь?

— Скажу так — в ресторане я уже была сегодня, а вот, — сглатываю, потому что мне все еще сложно говорить о таких вещах, — в твоих объятиях, лежа на диване — нет. Так что я выбираю второе.

— Девочка моя, — Руслан легонько целует меня в переносицу, и я жмурюсь от удовольствия.

Люблю, когда Садыков так называет меня. И да, люблю мысленно называть Руслана по фамилии. Она ему очень соответствует!

Кажется, с каждым новым вздохом, я все больше проникаюсь чувствами к нему.

— Едем домой. Только чай я сам сделаю, — решительно сообщает муж.

За полчаса мы благополучно добираемся до дома. Всю дорогу общаемся на нейтральные темы — еда, кино, тщательно избегая того, чтобы затронуть недавний скандал Розы.

Как только переступаю порог дома, то первым делом иду, конечно же, в туалет. Затем — принимаю теплый душ. Нежно мылю свой подросший животик, глажу, представляя, как спустя время, буду держать малыша на своих руках.

Выбираюсь и кутаюсь в полотенце. Мягкое, теплое, оно нежно ласкает мою кожу.

— Диляра, — голос Руслана за дверью, привлекает мое внимание. — Ты скоро?

— Уже, почти, только оденусь.

Говорю, а потом только думаю.

Могу только представить реакцию Садыкова на мои слова. Он молчит. Наверное, переваривает мой ответ.

Надеваю свою уютную пижаму и медленно, словно крадясь, выхожу из ванной комнаты.

Взгляд мой упирается в Руслана.

Он сидит на крае кровати. Пальцы рук переплетены, взор направлен куда-то сквозь стену. Рядом, на кровати — небрежно лежит пиджак.

— Руслан, — тихо зову.

Он переводит на меня взгляд.

Ленивая улыбка изгибает его губы.

— Чудесная пижама, — усмехается Садыков.

— Спасибо, — стою на месте.

Меня снова накрывает смущением.

Руслан вздыхает и медленно поднимается на ноги. Он подходит ко мне и нежно проводит ладонью по моей щеке, а потом — руке. Там, где Руслан касается меня, остается след из мурашек.

Чувствую, как мягким теплом заполняется моя грудь.

Душа моя трепещет.

Я встаю на носочки, а потом — сама — касаясь легонько касаюсь