5000 ночей одержимости - Дрети Анис

— Дамы и господа, сегодня у нас для вас особый сюрприз. Поприветствуйте мисс Розовую Сирену!

Вежливая отсылка к моей ярко-розовой майке?

Все взгляды в клубе обратились к нашему столику. Я взлохматила волосы, как это делали танцовщицы, и откинула их назад, двигаясь в ритм музыке. Посетители начали подбадривать и свистеть, а я вильнула задницей в одну сторону… Это было все, что я успела сделать.

Аксель, сила природы, бросился ко мне. Он схватил меня за бедра и поднял со стола, перебросив через свое плечо. Гул улюлюканья отскакивал от стен, пока Аксель двигался с пугающей скоростью.

— О, Боже! — Я закричала. — Опусти меня, псих!

От него исходила агрессивная энергия.

— Нет.

Осенняя погода охладила мои разгоряченные плечи, когда мы выходили из клуба.

— Опусти меня! Опусти меня! Опусти меня! — кричала я, царапая его спину.

— Какого хрена я должен это делать, если ты намеренно разозлила меня?

— Потому что ты давишь на мой мочевой пузырь, и я вот-вот описаюсь.

Аксель поставил меня на тротуар, и хотя его глаза оставались бесстрастными, он был так близок к улыбке, как я не видела за весь вечер. Несмотря на наш бурный спор и склонность нажимать на кнопки друг друга, я начала хихикать.

Гнев прошел так же быстро, как и загорелся наш жаркий спор. Я запрокинула голову и открыто расхохоталась, хотя мой мочевой пузырь грозил вот-вот лопнуть. Когда я остановилась, то обнаружила, что он с ухмылкой смотрит на меня.

В голове у меня внезапно стало поразительно пусто. Я не могла понять его мысли по тому, как он смотрел на меня, но незнакомые ощущения вернулись с полной силой. Пугающие чувства были настолько подавляющими и такими двоякими, что я подумала, не потеряю ли себя в этом тумане. Часть меня хотела убежать. Другая часть хотела погрузиться в этот страх, чтобы увидеть, что он откроет.

В итоге, я не сделала ни того, ни другого.

— Как ты относишься к кинотеатрам для взрослых? — поинтересовалась у него. — Я уверена, что у них есть туалет.

Его губы изогнулись в усмешке.

— Полагаю, у тебя есть на примете место.

Я кивнула, мило улыбаясь. Я выбрала «Boobie Lodge», потому что он находился в нескольких минутах ходьбы от моего следующего сомнительного места назначения.

— После тебя, принцесса.

Украсть бутылку спиртного из бара

Залпом выпить пиво

Ворваться на вечеринку

Сходить в стрип-клуб

Станцевать на столе перед кучей незнакомцев

Глава 9

Свадьба Милана

Пия

— Ты можешь положить свои вещи здесь или оставить их в моей машине.

Аксель кивнул на одеяло, расстеленное на мягком песке. Костер затрещал, освещая пустынный пляж.

— Здесь нормально.

Я поставила рюкзак на одеяло и потянулась к огню, чтобы согреть пальцы. Осенняя погода может быть благоприятной, но не настолько, чтобы бороться с прохладой глубокой ночью.

Аксель удалился в Шато в Хемпстеде, пообещав вернуться с напитками и еще парой одеял.

После стрип-клуба мы отправились в кинотеатр для взрослых. Я не могла перестать хихикать над нелепой идеей о взрослых мужчинах, дрочащих в кинотеатре. Они что, никогда не слышали об интернет-порно без необходимости выходить из дома? Мы продержались пять минут, прежде чем я привлекла внимание какого-то чувака, и разъяренный Аксель потащил меня наружу. Мы снова поссорились, и я послала его к черту. В ответ он снова закинул меня себе на плечи.

Далее мы оказались в БДСМ-клубе. Нас впустили без обычной обязательной проверки, потому что Аксель кое-кого знал. Это было единственное место, где он вел себя хорошо, поскольку вуайеризм заключался в ограниченном взаимодействии с другими людьми. Мы прошли по коридору, уставленному двусторонними зеркалами, которые позволяли нам заглядывать в различные залы для наблюдателей, неистово увлеченных своими фетишами. Комнаты из кожаных приспособлений, хлыстов и цепей навсегда запечатлелись в моем мозгу. Это заставило меня осознать, что у меня нет никаких кинков. Ничто из увиденного не возбуждало меня. Единственное, что согревало мои внутренности, — мужчина, идущий рядом со мной и его всепоглощающее присутствие.

Когда мы вышли из здания, Аксель настоял на перерыве, чтобы перекусить. Мой урчащий желудок не сопротивлялся, так как я пропустила обеденную часть приема. Я была озадачена тем, что он вспомнил об этом, в то время как он был поражен, что я никогда не пробовала нью-йоркскую «джамбо-слайс»13 пиццу.

Два куска-гиганта спустя я потащила его в мужской стрип-клуб, еще одно убогое заведение с сомнительной гигиеной. Нас выгнали после того, как Аксель затеял драку со стриптизером за то, что тот подошел слишком близко. Я сказала ему, что он ненормальный. Он сказал мне, что я отродье. Я ударила его по голове, и он снова взвалил меня себе на плечи.

Я провела с этим мужчиной всего несколько часов, но из-за ночной суматохи мне казалось, что прошли дни. Аксель присоединился к распутству, вычеркивая пункты из моего списка, и у меня возникло отчетливое ощущение, что ему это нравится не меньше. После уговоров он рассказал о своем перечне желаний. Список Акселя преследовал скорее злые цели, чем стремление к острым ощущениям, как у меня, ведь он был язычником, в конце концов. Разыграть по телефону старого соседа по комнате в колледже. Убедить кого-то в том, что он из будущего, чтобы заставить делать ужасные вещи. Говорить на выдуманном языке на публике. Запрыгнуть в такси и крикнуть: «Следуйте за той машиной». И всё в таком духе.

В отличие от мужчин из моего прошлого, Аксель был непреклонен в том, чтобы спонсировать маршрут в течение всей ночи, и не позволил мне оплатить ни один счет. Он также не испугался, услышав, что моя семья отвергнет его еще до встречи с ним. Это вызвало во мне чуждые эмоции. Я с сожалением признала, что ночь не была бы успешной (или безопасной), если бы он не увязался за мной, хотя временами он был проклятием моего существования из-за своей ревности. Было очевидно, что у Акселя какая-то форма антисоциальной личности, и, как и многие с этим недугом, он начал рассматривать меня как свою собственность и заявлять на меня права.

Это было бы тревожно, если бы у нас было будущее. Его не было. С каждым пунктом, который мы вычеркивали, я становилась на шаг ближе к обещанию, данному Dadi, Джордан и всем