Не хочу слышать нет - Айрис Оллби

— Значит, ты девушка Дэниела.

Это категорическое высказывание тети Битси заставило Сару замигать. Почувствовав, как она напряглась, и догадавшись, что творится в ее душе, Дэниел шагнул вперед и поцеловал тетю Битси в щеку.

— Дайте ей передохнуть, — незаметно шепнул он, а затем громко добавил, делая вид, что продолжает беседу: — Сара — помощница Карли. Она живет в Бьюла почти год.

Тетя Битси фыркнула.

— Не пытайся морочить мне голову, Дэниел Пендлтон. До сих пор ты не приводил сюда ни одну девушку. Это что-нибудь да значит.

Сара застыла на месте, словно пораженная стрелой. Дэниел крепко подхватил ее под руку и огорченно покачал головой. Ничего другого от своенравной тетушки ждать не приходилось.

— Сара, это замечательная женщина, которая печет лучшие в Теннеси яблочные пироги, и есть моя тетя Битси.

Отняв у Дэниела руку, Сара посмотрела на него искоса, а затем повернулась к пожилой даме.

— Очень рада познакомиться. Благодарю за то, что пригласили меня на вашу семейную встречу.

Тетя Битси подала ей руку.

— В моем доме всегда найдется еще одно место. Слушай и запоминай.

И тут на помощь пришел Люк. Подбежав к Саре, он дернул девушку за юбку.

— А я теперь тоже Пендлтон! — Его лицо сияло от возбуждения. — А когда у мамы родится малыш, я стану старшим братом!

— Эрин беременна? — удивленно спросил Дэниел.

— Да, сэр! — Люк чуть не плясал от радости. Опустившись на колени, Сара обняла мальчика.

Почему-то она питала слабость к этому ребенку. Наверно, причина крылась в том, что Он тоже никогда не видел своего настоящего отца, да и по рождению не принадлежал к семейству Пендлтонов.

— Люк Пендлтон? — с улыбкой повторила она.

Люк готов был лопнуть от гордости.

— Гарт спрашивал, согласен ли я стать его сыном и называть его папой. — Он широко улыбнулся, не стесняясь недостатка передних зубов. — Я сказал «да».

У нее сжалось сердце.

— Чудесно! Гарт будет счастлив иметь такого сына, — сказала Сара.

— Ага, и я буду Пендлтоном. Может, и ты тоже станешь Пендлтоном, если выйдешь замуж за Дэниела.

Кровь бросилась Саре в лицо. Физиономия Люка поплыла у нее перед глазами. Выйдешь замуж за Дэниела. У нее перехватило дыхание. Слова Люка попали в яблочко. Мальчик произнес вслух то, в чем она боялась признаться даже себе самой. Это было невозможно. Дэниел никогда не пошел бы на это. Он высоко ценил остатки своей свободы. Это было невозможно, но — спаси ее господь — она полюбила Дэниела и мечтала разделить с ним все, что имела, и даже больше того.

Только теперь до Сары дошел весь ужас ее положения. А она-то считала себя такой осторожной! Зная, что ступает по краю пропасти, она надеялась не рухнуть вниз. Все окружающие вдруг громко и возбужденно заговорили, и у нее закружилась голова. Сара услышала, что Дэниел дважды позвал ее по имени. Она с трудом очнулась и только тут заметила, что Люка давно след простыл.

— Сара… — В голосе Дэниела звучало сочувствие.

Тщательно скрывая отчаяние, девушка медленно поднялась и изобразила веселую улыбку.

— Ты о'кей? — прошептал он, обнимая Сару за талию.

— Все в порядке, — выдавила она, отводя взгляд. — Слушай, когда мы встретим Гарта и Эрин, можно будет их поздравить?

Рядом остановились Карли и Расс.

— Ни слова об этом! — твердо заявила мужу Карли. — Клянусь, я убью Гарта. По его милости мне придется девять месяцев терпеть твои намеки.

Давясь от смеха, Дэниел прошептал Саре на ухо:

— Ну, теперь у Карли начнется веселая жизнь. А посмотри-ка на рожу Гарта! Вылитый бык-производитель!

Пока Пендлтоны обсуждали замечательную новость, Сара жестоко корила себя за глупость. Как ее угораздило влюбиться в человека, который считает, что она годится только для постели! Она отчужденно следила за тем, как Дэниел общается с родными. Вот он, этот человек, которого она любит. Он хлопает Гарта по спине и нежно обнимает Эрин, Вот он, мужчина, о котором Сара мечтала всю жизнь. Но она нужна ему только для одного. Наверное, поэтому она и не хотела ходить с ним на семейные сборища. Наверное, за этим скрывалось желание не думать о том, что она полюбила Дэниела с такой страстью, на которую считала себя неспособной.