Предательство, которому ты служишь - Трейси Лоррейн

— О, боже, — вздыхаю я, когда он снова целует мою шею, проводя языком по следу от укуса, который оставил мне в воскресенье.

— Мне это нравится. Нравится, когда все знают, что ты моя, — собственнически шепчет он у раны. — Скоро наступит день, когда у тебя будет постоянное напоминание обо мне, Принцесса.

Мысль о том, что он заклеймит меня, не должна заставлять мое сердце трепетать, но это, черт возьми, так.

От звука расстегивающегося ремня мой рот наполняется слюной, и я отрываю голову от стены, чтобы посмотреть, как парень стягивает штаны, вытаскивая свой твердый член.

Я понятия не имею, что двигаюсь, опускаясь на колени, пока Кейн не останавливает меня.

— В следующий раз, — рычит он. — Я слишком нуждаюсь в твоей киске прямо сейчас.

Не говоря больше ни слова, парень поднимает меня с пола, обхватывая моими ногами свою талию и заполняет меня одним быстрым движением.

— Кейн, — кричу я, когда он немедленно выходит, прежде чем снова войти в меня, не давая мне возможности осознать, что происходит, не говоря уже о том, чтобы приспособиться. — О, боже, блядь, — кричу я, сжимая ноги, пока он трахает меня до беспамятства.

— Скажи мне, что ты моя, — рычит он.

— Кейн.

— Скажи мне, Принцесса, — требует он. — Скажи мне, что это мое, что ты моя и только моя, блядь.

— Да, да. Твоя, — кричу я, когда его толчки в моем теле становятся еще более беспорядочными.

Прикасается губами к моей шее, с другой стороны от существующей метки, и втягивает кожу в рот.

Моя киска сжимается вокруг его, и низкое рычание вырывается из его горла.

— Грязная маленькая шлюха. Моя маленькая грязная шлюха, — шепчет он мне в разгоряченную кожу.

— Да, да.

Оторвав мою нижнюю половину тела от стены, он одной рукой держит меня за задницу, а другой берет за горло.

— Давай, Принцесса. Кончай на мой член.

Он неистово толкается в меня, звук шлепающей кожи перекрывает наше тяжелое дыхание.

— Черт, черт, черт. Кейн, — кричу я, падая с края.

Его рука на моем горле сжимается, прежде чем парень взрывается, его член яростно дергается внутри меня, наполняя меня своим семенем.

Снова шагнув вперед, Кейн прижимается своим лбом к моему, пока мы пытаемся отдышаться.

— Моя, — выдыхает он.

Мы остаемся так, кажется, очень долго, но на самом деле, вероятно, проходит всего несколько минут, прежде чем его сотовый начинает звонить и разрушает то небольшое молчание, которое мы создали во всем этом хаосе.

— Мне нужно ответить, — с сожалением говорит Кейн, опуская мои ноги на пол и выходя из меня.

Он быстро приводит себя в порядок и достает из кармана телефон. Но отворачивает экран недостаточно быстро, потому что я вижу имя человека, который звонит, и на меня словно выливают гигантское ведро воды.

— Ты никогда не выберешься оттуда, не так ли?

Кейн замирает, держа палец над кнопкой «Принять».

— Я не могу говорить об этом прямо сейчас, Лет.

Прежде чем я понимаю, что происходит, парень вылетает через дверь, через которую не так давно затащил меня, и я снова остаюсь одна в пустом лекционном зале, и только мои сожаления снова составляют мне компанию.

11

ЛЕТТИ

— Это вмешательство, — говорит Элла, входя в мою комнату, а Вайолет следует за ней по пятам.

— Нет, нет, нет, нет. Я уже сказала, что никуда не пойду.

— Да, и мы игнорируем тебя и вытаскиваем из этой комнаты.

— Нет, я… — Мои аргументы обрываются, когда они хватают меня за руки и стаскивают с кровати.

— Тащи свою сексуальную задницу в душ. Мы выберем для тебя наряд. — Вайолет шлепает меня по заднице и подталкивает к ванной.

— Нет, я… — пытаюсь снова, но один взгляд на решимость, написанную на их лицах, когда оглядываюсь через плечо, и мой аргумент умирает.

— На этой неделе ты выходила из этой комнаты только на занятия. Тебе нужно выбраться отсюда, пока не сошла с ума.

Она правы.

— Пожалуйста, — умоляет она, и на ее лице появляется это милое выражение, которому, как она знает, я не смогу отказать.

— Отлично. Но если он там, я ухожу.

— Договорились, — говорит Элла с улыбкой, но я ни на секунду не верю ей из-за коварного блеска в ее глазах. — Теперь быстро в душ, мы не хотим опоздать.

Закатывая глаза на свою подругу, пока она возбужденно подпрыгивает на носках, я закрываю дверь в ванную и начинаю раздеваться.

К тому времени, когда выхожу через несколько минут, завернутая в полотенце, с мокрыми волосами и без макияжа на лице, я нахожу их обеих на своей кровати, ожидающих меня со стаканами и кувшином «Маргариты» на моем столе.

— Начали без меня? — спрашиваю я, направляясь прямо к пустому стакану и наливая себе очень большую порцию того, что, как я могу только предположить, является крепким напитком, учитывая, что все напитки, которые делают Элла или Ви, такие. — О, боже, — задыхаюсь я и кашляю, когда текила обжигает мне горло. — Она чистая?

— Не совсем. Хорошо, правда? Это должно тебя немного расслабить.

— Я не собираюсь напиваться. — Когда я напиваюсь, то случаются плохие вещи.

— Я и не предлагаю тебе напиться. Просто выпей один, расслабься немного и наслаждайся.

Они сидят на моей кровати и сплетничают о всякой всячине, пока я надеваю наряд, который они услужливо подобрали для меня — черно-белую клетчатую, плиссированную юбку и черный топ, открывающий кусочек моего живота. Обычно я бы не стала связывать эти две вещи из-за количества обнаженной кожи, но у меня нет сил спорить с ними.

Я сушу феном и выпрямляю волосы и позволяю Элле сделать мне макияж, прежде чем мы отправляемся в путь.

После двух очень крепких коктейлей «Маргарита» мое тело согревается, в голове приятно гудит, и я не могу отделаться от мысли, что