Полукровка - Тиана Макуш

своего укрощения, и ему поверили и прониклись — Райс никогда не был склонен к выдумкам, а кое-что фантазия смертного просто не смогла бы вообразить. По его словам, основная часть ночи прошла в раздумьях и редких вопросах. Сомнения вызывал лишь один воин, Тавиан: не уступающий Райсу сложением, скорее даже ещё более мощный. И самый умелый мечник среди них. За пять лет сражений на боях рабов он ни разу не проиграл, и всё в нём противилось тому, чтобы сдаться просто так. С ним могут возникнуть трудности. Что ж, тем интереснее.

Отправив воина в столовую с сообщением, что спущусь через десять минут, быстро приняла душ (ванна подождёт до вечера, но Сурана поблагодарила за старания) и, вытершись полотенцем, поданным зардевшимся слугой, провела его в гардеробную, чтобы помог одеться. Оставляя мальчика в покоях, дала ему задание подготовить список требующейся мне по статусу одежды, список хороших портных, буде он таких знает, а также велела навести порядок.

Обед прошёл неспешно и очень вкусно — мои слуги за годы странствий стали замечательными поварами, но скоро этот груз упадёт с их плеч. Потом я немного развлеклась, начав принимать бунтовщиков именно с этого, не желающего сдаваться воина. Он сам мне помог, заявив, что пойдёт под власть новой Владычицы, только если смогу победить его в поединке. Не скажу, что местные воительницы сильнее мужчин-воинов, просто они всегда используют в бою и магию, а так — вряд ли женщина физически способна противостоять этим мощным самцам. Но я никогда не была обычной женщиной, даже и просто магом. Полукровки богов всегда физически очень сильны, а уж сейчас, приняв внутреннюю тьму…

В общем, бой был забавным для меня и унизительным — для Тавиана. Состоявшийся в той же большой комнате, на глазах у его товарищей, он не занял слишком много времени, но за эти несколько минут мужчина получил порцию переломов, порезанную в лохмотья одежду и множественные кровоточащие раны. И это при том, что я не усердствовала. Зато был повод далеко не в первый раз мысленно поблагодарить отца за терпеливое вдалбливание непреложной истины: не всегда магия может помочь, а значит, необходимо уметь защитить себя и обычным способом, без неё. После того, как Тавиан признал своё поражение — с клинком, упирающимся в беззащитное горло, по-другому вести себя глупо,— с остальными процедура приёма в Семью прошла без эксцессов. Начало положено.

Отдав воинов в распоряжение Караса, я велела Рену привести молодого слугу в гостиную — пришло время заняться личными делами. Нуар, с моего молчаливого согласия, весь день неотступно держался за левым плечом, но так, что я почти этого не замечала. Спустившийся Суран ещё не успел отчитаться о своих успехах, как Свир доложил о прибывшем посыльном. Тот принёс официальное письмо от Тиалиссы и спрашивал, следует ли ему дожидаться ответа. Что ж, вот и удачная возможность передать Первой Владычице кое-какие распоряжения, без необходимости отправки магического вестника.

В письме обнаружилось приглашение на завтрашний Совет Владычиц, где меня должны представить официально. Замечательно! Быстро набросав ответ со стандартными словами благодарности и заверением в обязательном принятии приглашения, между строк вплела ментальный приказ Тиалиссе, чтоб она, как бы от себя, вынесла предложение помочь в формировании новой Семьи. Остальные Владычицы воспримут его, скорее всего, как завуалированную возможность избавиться от лишнего балласта. К тому же среди женщин всегда найдутся те, кто, зная отсутствие перспектив в собственной Семье, может пожелать повысить свой статус. Я же от себя добавлю, что готова принимать и сирот старше десяти лет — дети благодатный материал, из которого возможно вырастить теранцев уже с нужными мне принципами и взглядами.

И приказ этот воспримет, естественно, только Тиалисса, а остальные, если письмо попадёт в чьи-нибудь любопытные руки, увидят лишь вежливый ответ.

Потом, разобравшись с вопросами гардероба, отправила Сурана пройти по портным и пригласить их на собеседование. Шустрый парнишка обернулся чуть меньше чем за полтора часа — я только и успела, что составить подробный план предстоящих хлопот, связанных с набором людей и необходимостью искать место под постройку собственной усадьбы, — и сообщил, что пятеро претендентов на столь крупный заказ (мне же требовалась одежда не только для себя, но и униформа для воинов, для рабов, детей, которые не смогут пока обеспечивать себя) появятся в течение получаса. Кроме того, мальчик, как оказалось, кое-что слышал о некоторых из портных, а также сделал свои выводы, посмотрев на клиентов в лавках портных. Парнишка оказался очень наблюдательным и сообразительным.

Остаток дня я посвятила выбору портного, в итоге остановившись на двух кандидатурах. У мастера Виридины мне понравилась фантазия и богатство выбора тканей, так что ей поручила свой гардероб, одежду личных телохранителей и парадную форму для воинов, а мастер Каяс привлёк основательностью, добротным качеством и невысокими ценами, и с ним заключила предварительный контракт на одежду для слуг, рабов и других домочадцев с перспективой перевода отношений на долгосрочную основу, если его работа меня полностью удовлетворит. Да и то, что он оказался единственным мужчиной-владельцем портновской мастерской среди женщин, многое говорило о его способностях.

Незаметно подкрался вечер и, после несколько запоздавшего ужина, приказала Нуару через час явиться в мои покои для разговора. Расслабленно откинувшись на подголовник в ванной, я подводила итоги прошедшего дня. Заделы на будущее положены, впереди много работы, но мне по силам с нею справиться. И постепенно изменить этот мир под себя. Я давно поняла, что подавляемые, забитые и униженные мужчины гораздо менее эффективны и привлекательны, чем те, кто, подчиняясь, знает, что их не будут унижать напрасно, а дома ждёт справедливое отношение сообразно заслугам. Нет, я не собиралась менять форму правления, ни в коем случае, но облегчить участь местных мужчин, не меняя общего положения вещей, вполне возможно. Гораздо приятнее и проще управлять счастливыми подданными, верящими в справедливость правительницы.

Но это всё в будущем. Которое разумно начать строить с собственной Семьи. Время, отпущенное на расслабление, истекало — скоро придёт Нуар. Вытершись и одевшись в лёгкое домашнее платье, отправилась в спальню, где Суран уже разобрал ко сну постель, и, попросив мальчика придвинуть к камину кресло, отпустила его на ночь. Мне не было холодно, но хотелось посидеть немного в том уюте, который всегда ощущается от живого пламени. Тем более что магический огонь можно сделать любым, в том числе и комфортно-тёплым.

Лёгкие шаги и движение воздуха от опустившегося на колени рядом с креслом демона отвлекли от созерцательного настроения. Я бросила взгляд из-под ресниц на почтительно склонённую голову, чувствуя горечь и тоску мужчины. Разговор назрел.

— Нуар, я понимаю твои чувства, знаю твоё прошлое, но тебе необходимо понять и принять, что я никогда не буду лишь твоей. Понимая, что значит для тебя обретение тайнэш, тем не менее не могу ответить необходимой взаимностью.

Плечи демона поникли, а в ментале полыхнуло ещё большей горечью и безнадёжностью. Я зацепила пальцами его подбородок и приподняла голову.

— Посмотри мне в глаза. Об этом тоже необходимо поговорить. Твои эмоции… Понимаю, что отсутствие желаемых тобой отношений вызывает в душе боль и горечь, но если продолжишь ходить с таким убитым видом — пусть и заметным только мне, — у меня не останется выбора, как отослать тебя подальше.

Неосознанно мои пальцы переместились на лицо демона, а при последних словах тот схватил ладонь, прижимая к щеке, зашептал с паникой в голосе:

— Нет, пожалуйста, Лиэри… Не отсылай! Я не выдержу вдали от тебя и постараюсь держать эмоции под контролем. Я понимаю… Мой вид… Он непривычен и, наверное, неприятен для тебя, я просто надеялся, что, быть может, когда-нибудь, ты привыкнешь и дашь шанс.

Отчаянное бормотание сбивало с толку: о чём он? С чего мне вид демона должен быть неприятен? Что ещё надумал себе этот почти тысячелетний придурок?

— Стоп! Я не понимаю, о каком неприятии ты сейчас говоришь. Объяснись.

Растерянный вид Нуара говорил, что, кажется, мы друг друга не поняли.