Мечтательница - Желана Соколова

— Тебе видней, — хмыкает она и идет на дорожку. У Любимова тоже страйк. Паразит! Портит мне рейтинг лидера.

— Саш, кто такой АС? И с чем его едят? — Не в бровь, а в глаз, ошарашиваю вопросом соперника.

— А разве не ты? — Удивляется он искренне.

— А разве не я, — хмыкаю.

— Ничего не понимаю, — чешет репу друг. — А Берсерк тогда кого спас?

— Меня, — сознаюсь. — Только я — не Ас и вообще случайно на гонку попала. Хочу повторить вот, — успеваю озвучить свое желание, пока Анютка не вернулась. А потом спокойно иду и повторяю свой триумфальный бросок. Все кегли сбиты. Ура!

Любимов, зараза, за мной, идет ноздря в ноздрю. Ну что за человек? Не дает насладиться единоличной победой.

— Не передумала? — Спрашивает Анька, пока недовольствую на Сашку.

— А? Ты о чем?

— О Максе.

— Да ну его! Ему только секс нужен, — тянет меня на откровения. — Будет он тебе тут в шарики играть. Скорее меня утащит в свою пещеру, — говорю и понимаю, что не так я далека от истины. Озарение бьет обухом по башке. — Мы с ним после свадьбы и не выбирались еще никуда. А сегодня предложила и вот, как видишь. Кукую с вами, а не с ним.

— Слав, по-моему, ты себя накручиваешь на ровном месте, — призывает к благоразумию Белякова.

— Возможно, — соглашаюсь, однако остаюсь при своем мнении.

— Яр, ты хорошо подумала? — Спрашивает Сашка, вернувшись, а Анька заняла его место.

— Мне понравилось, хочу повторить, — пожимаю плечами. — Скорость, адреналин.

— Берсерк, — продолжил за мной друг.

— Тьфу на тебя! — Злюсь на друга. — Что ты привязался ко мне со своим Берсерком?

— Скорее, твоим, — хмыкает Любимов, а я открываю рот в недоумении или возмущении.

Возражать некогда, моя очередь. Иду, беру шар. Снова страйк. Предсказуемо и радости никакой. В мыслях прокручиваю слова Сашки. Что за намёки он тут мне кидает?

Поворачиваюсь лицом к друзьям и офигеваю. С ними стоит Макс. Злится. Так и я не в духе, милый. Съел мою маленькую мстю? Телефон свой я отключила и бросила в машине. Наверняка на нем какой-нибудь маячок есть. А вот, Анька, получит по шеям, засранка. Сдала все-таки. Подхожу ближе.

— Макс, какой сюрприз, — усмехаюсь, обнимая мужа. Не ожидал он от меня такой самоуверенности. Думал, каяться буду? Ну-ну. — Поиграешь с нами?

— Всенепременно, дорогая, — сжимает в тиски и шепчет на ухо. Так и слышится в его словах обещание скорой расправы. Игру прекращать не стали, решили по очереди с Максом играть мою партию. Пока Любимов изощрялся на дорожке, Анька свинтила, оставив нас вдвоем.

— Что за акция протеста, малыш? — Обманчиво спокойно задал вопрос Сафронов.

— Ты о чем? — Кошу под дурочку.

— Яра, — рычит мой собственник. Я улыбаюсь. — Отвечай немедленно.

— Макс, когда злишься, ты такой сексуальный, — сбиваю его с толку своим признанием. Замирает ошеломленно. Переваривает.

— Доиграешься, — снова угрожает, ничего нового.

— Иди, шары погоняй, — отправляю его, когда наступает моя очередь. Еще и промазал, блин!

— Милый, что с тобой? — Уточняю, когда возвращается ко мне. Издеваюсь просто над мужем, приложив ладошку к его лбу, типа, проверяя температуру. — Сбит прицел?

— Задушу, — шипит родимый.

— Тоже мне Отелло, — хмыкаю. — Я не Дездемона. Окстись.

Все, сейчас меня порвут, как Тузик грелку. Сафронов, не лучше неандертальца, схватил меня и поволок. Куда? До ближайшего туалета, как оказалось.

— Яра, детка, прекращай войнушку, — взмолился мужчина, опустив меня попой на каменную столешницу с раковинами. — Я соскучился, — шепчет в губы и тут же, не дав ответить, жарко целует. Ну вот, не муж, а сексуальный маньяк мне достался. Вырываюсь.

— Нет! Макс, не здесь, — прошу его.

— Прости, малыш, — прижавшись лбом к моему лбу, пытается успокоиться.

— Поехали? — Тихо шепчу, сжалившись над своим негодяем. Страдалец, тоже мне! Будет знать, как бросать молодую жену одну.

Уходим, по-английски, не прощаясь с моими друзьями. Но они меня всяко поймут, чай не маленькие. А у нас уже с Максом традиция, мириться в постели.

Раут, не раут. Приём, не приём. День выдался солнечный и теплый. Сейчас бы на пикник. Ан нет. И опять эта мука, отбывать наказание у четы Разумовских.

Сейчас я не морочилась с подготовкой. Ни парикмахера, ни визажиста. Зачем? Я ж Греза. Щелчок пальцев, вот и прическа готова. Еще мысль с пожеланием, и мейкап на лице. И делов, на пять минут-то всего.

Красное коктейльное платье и красотка. Образ завершен.

Пора двигать на скучное светское мероприятие. Вышла к поджидавшему меня Максиму. Хорош, чертяка. Мужчина-загляденье в костюме и при бабочке. Подскочил, поцеловал. Ммм.

— Малыш, у меня нет слов, — говорит тихо. — Моя Греза, я от тебя без ума.

— Безумие — это мой конек, — улыбаюсь я, сама млею от комплиментов.

Берет меня за руку, ведет к машине. Едем молча. Честно бы, лучше осталась дома. Нехорошее предчувствие не дает покоя. Нервничаю, сжимаю пальцами клатч, в попытке успокоиться.

— Яра, маленькая, с тобой все хорошо? — Беспокоится муж, заметив мои ерзания на сидении.

— Волнуюсь, — улыбаюсь в ответ уголками губ, не желая его расстраивать.

— Я с тобой.

— Я знаю.

Мы подъехали к причалу, что меня несколько обескуражило. Я думала, мы мчим в какой-нибудь пафосный особняк. А тут. Большое белое судно пришвартовано. Музыка играет. Блин, они сняли этот кораблик, чтобы на нем веселиться. Черт! Черт! Черт!

В панике оглядываюсь на Макса, мне страшно. Не умею я плавать. А то, что с моим Даром, это теперь совсем не проблема, как-то в голову мою не приходит.

Макс сжимает мою ладошку и ведет прямиком к этому кошмару, не догадываясь о моем страхе. Поднимаемся на палубу, или как это называется? Даже Википедию личную в мозгах не включаю, до того отупела от ужаса.

Нас встречают Разумовские. Нелли и Вадим. Фальшивые голливудские улыбки, холодный взгляд. Оба просканировали меня глазами. Снисходительный взор женщины. Плотоядно- оценивающий, мужчины. Меня передернуло. Мерзкие, фуу! Так и поверила, как они рады нас видеть, о чем поют на два голоса, соловьем заливаются. Притворщики.

Макс пожал руку Вадиму, тот попытался приложиться к моей руке. Я сделала вид тупой девицы, типа не поняла его маневра. Спрятала руки, одну за спиной, другую — в руке мужа, от греха подальше.

Слава богу, церемония приветствия закончена и мы прошли вперед, там, где уже толпились все эти Индюки, возомнившие себя Горцами. Бессмертные ж!

Снова по кругу. Приветствия, улыбки, рукопожатия. Я скромно держусь за Максом. Бесит, что разглядывают, как диковинную