Черный номер один - Мария Иванченко

И Лиор быстро побежал в сторону. Прочь от каравана.

Он бежал с такой лёгкостью, петляя между барханами, что я удивлялась его мощи. Время от времени он поправлял свою ношу — меня, и ускорялся. Лиор озабоченно посмотрел на небо и что-то прошептал. То ли проклятие, то ли литанию неведомым богам. А потом вдруг широко улыбнулся, полуобернув ко мне голову.

— Маэрэ, нам повезло.

И я увидела далёкие отблески грозы.

— Что хорошего в ударе молнии?

— Это лучше, чем стать рабом какого-нибудь бъядхур.

Я поняла, что это очень неприличное ругательство.

— Смерть не входит в мои планы, — осторожно начала я.

— Маэрэ, слишком многое не входит в планы человека. Однако духи всегда поступают так, как велит им Колесо Судьбы.

Я сразу же вспомнила книги Роберта Джордана, но тут же забыла. Над нами громыхнуло, и пошёл дождь, который внезапно пошел сплошной стеной, я даже задыхаться начала.

— Хорошо, наши следы смоет вода. Осталось только разбить кандалы.

Лиор осторожно опустил меня на песок, и мы очень медленно побрели под ледяным дождём. Одежда мгновенно промокла и начала прилипать к телу. Несмотря на непогоду, горячий взор Лиора, глядящего на изгибы моего тела, обтянутые мокрой тканью, обжигал меня и немного пугал.

— Сюда.

И он показал на неприметную ямку, которую быстро заливало водой.

— Прямо сейчас.

Лиор резко наклонился, сунул руку в ямку и вздернул ладонь вверх. В его руках трепетало и билось многоногое и мерзкое нечто. Я завизжала от неожиданности и отвращения, но мой вопль тут же заглушил удар грома.

Он поднёс мерзкое создание к цепи. С огромных жвал многоножки, напоминающей сколопендру, сочилась кислота, мгновенно растопившая металл.

— Сейчас будет очень больно, — предупредил Лиор.

К этому я была не готова. К такому вообще никогда не будешь готов. Он поднёс многоножку к железному браслету на моей ноге, и едкие капли, шипя и пузырясь, растворили металл. Часть из них, конечно же, попала на кожу, оставляя ожоги. Это была настолько невыносимая боль, что я не просто заорала — я завыла, как волк, с которого заживо сдирают шкуру.

— Лиор, хватит, хватит, я сказала! Прекрати уже!

Лиор наотмашь бил меня по щекам.

Я поняла, что лежу. Левую ногу сильно жгло. И тогда я смогла восстановить всю картину произошедшего.

Похоже, я вновь потеряла сознание, на этот раз от ослепляющей боли. Я пролежала так достаточно долго, чтобы обеспокоить даже такого непрошибаемого мужчину, как Лиора. Он привёл меня в чувство совершенно типичным для мужчин способом — попросту избил.

— Хватит меня бить! — рявкнула я.

И он прекратил. Потупил взор. Помрачнел.

Дождь всё так же лился с небес на ненасытную пустыню. В промежутках между барханами образовались небольшие озерца.

— Нам пора идти дальше.

Лиор был беспощаден.

Я застонала, поднялась на ноги, поёжилась. В голове звучало стакатто, весь мир казался зеленоватым. Всё так же мокро, всё так же холодно, только теперь ещё дико болит кожа чуть выше колена.

Лиор взял меня за руку и практически насильно потянул за собой. Я бежала за ним, как ребёнок за воздушным змеем. Мои челюсти клацали, и я боялась, что прикушу язык.

— Ты знаешь, куда мы идём? — завопила я, в попытке перекричать гром.

Лиор ничего не ответил, и только прибавил шагу. Его мозолистая рука только крепче сжала мою ладонь. Казалось, он что-то видит в кромешной мгле, прямо сквозь непроницаемую стену ливня.

И тут это нечто увидела даже я. Я практически уткнулась носом в древесную кору. Что это такое?

Небольшое озерцо, окруженное зарослями осоки, рогоза и камыша, мягкий белый песок, ласкающий ступни, в отличие от шершавого песка пустыни. И шелестящие под дождём кроны деревьев. Всё это выглядело нереальным, чёрным, пока не выглянула луна.

Оазис засеребрился, и я увидела, что в воде плещутся русалки, или кто-то на них похожий.

— Здесь течет подземная река, которая ведет к океану. Река выходит на поверхность, образуя это озерцо, а затем течёт себе дальше. Эта вода напитала траву и деревья. Здесь есть еда.

— Откуда тут взялись эти русалки?

— Мерроу? Они свободно перемещаются под землёй по сети рек. Им не нужен кислород для дыхания, их не пугают ледяные потоки и тесные пространства. Мерроу любят быстрое движение и круговерть тут и там… везде.

— Откуда ты столько знаешь про этот мир?

— Я — сновидец. Умею путешествовать между мирами во снах. Однако, если меня разбудить посреди моих странствий, я останусь там, где оказался, и не смогу вернуться домой.

— То есть тебя поймали?

Лиор равнодушно кивнул.

— Они выследили меня, как дикого зверя. Долгие месяцы сидели гнались за мной. И однажды им представился случай, которым они и воспользовались.

— Они — это кто?

Но Лиор только промолчал, а затем жестом поманил за собой.

Оказалось, что между деревьев сокрыта небольшая пещера. Внутри, к моей радости, было сухо и тепло.

— Ты сильно промёрзла. Можешь простудиться. Стать обузой. Раздевайся.

— Что?

Я была немножечко слишком шокирована. Именно в таких выражениях.

— Я не поняла тебя…

Лиор, стягивая с себя тогу, ответил:

— Ты прекрасно меня поняла. Делай, что тебе сказали.

И он сдёрнул с меня мокрую чадру.

— Сними с себя эту ткань, она мешает высохнуть и согреться.

Он знал, что я голая под тогой.

— Нет, не буду! — упёрлась я.

— Что тебе мешает? Отринь это.

И тут он понял.

— Так ты опасаешься за свою девственность. Не бойся, я тебя не трону.

И он рванул мою тогу. Я невольно сжалась в комок и прикрыла руками грудь.

Лиор лёг на земляной пол в глубине пещеры, и поманил меня к себе:

— Иди же.

Я увидела, что он полностью обнажён. И целомудренно отвела взор от этого места.

— Ложись рядом, я согрею тебя теплом своего тела.

Интуиция подсказывало мне, что этого делать не следует. Однако я вспомнила то тепло в животе, что ощутила от его страсти, и поняла, что меня больше ничего не волнует и не останавливает. Будь что будет.

И я нырнула в его объятия. Долгое время просто лежала неподвижно, боясь даже сменить неудобное положение. Рука, лежащая под корпусом, сильно затекла. Я боялась лечь удобнее, пока Лиор не начал поглаживать меня по спине. Я невольно расслабилась и приникла к нему, жадно потянулась к его теплу. Он начал напевать долгую, монотонную мелодию. Так я сама не заметила, как начала засыпать. Сквозь сон я чувствовала, что в мой живот упирается нечто твердое и горячее.

* * *

— Что… за…