Я присмотрю за тобой - Галина Геннадьевна Черкасова

Как-то раз Рая предупредила Иру, что завтра ей придется хозяйничать в квартире одной.

— Едем на передачу, — бросила домработница как бы между прочим.

Ира кивнула, но расспрашивать не стала.

На следующий день после одиночного "дежурства" она, вернувшись с прогулки, застала Раю и Шилова за распиванием бренди с утра пораньше.

— Они мне слова сказать нормально не дали! — всхлипывала Рая. — Господи, да что ж у него отец за сволочь!

— Раечка, успокойся, — Шилов погладил её по руке. — Ты все хорошо сказала, Сергею не навредила. Ничего смертельного не случилось.

— Не случилось? Зачем этот козёл Сашу, царство ей небесное, приплел?

— Ну, заплатили ему хорошо. Вот и вытащил все на свет.

— Как Сергей удержался — не знаю, — Рая покачала головой. — Думала, он его грохнет прямо там.

— Сергей — кремень. Да ещё и талант. Так отыграл, что половина зрителей рыдала. Давай по стопочке и себя в руки. Через пять дней выпуск выйдет — сама увидишь, что все хорошо.

Ира, кашлянув, вошла на кухню. Рая глянула на неё, на Шилова и поджала губы. Агент вежливо поздоровался.

— Доброго утра, Ирина!

— И вам, — Ира кивнула. — Я не вовремя?

Рая пожала плечами. Ира взяла бутылку с водой для животных и вышла. Разговор тут же возобновился, хоть и на тон тише.

— Ты пойми, это шоу. И отыграл он его классно, выше похвал. Да, больно, стыдно, но все хорошо, поверь. Он — взрослый мужик. А папаше его сто штук отстегнули за информацию и участие. Сергею тоже предлагали, но он отказался.

— Естественно!

— А редактора их… Ну, ту девчонку с белыми волосами…

— Тварь эту?

— У нее работа такая, — заступился Шилов за коллегу по цеху.

— Людей между собой стравливать?

— Да. Ей крепко достанется, что не уговорила ни Инессу, ни Сережкину мать появиться в студии. Вот поэтому Сашу и вспомнили. Больше некого было трогать.

Они помолчали.

— Так когда выпуск? — грустно спросила Рая.

— В пятницу.

— Вот гады.

В двери повернули ключ. Ира плеснула воду мимо кошачьей миски. Сергей приехал домой.

— Ира, Рая, кто ближе…

Ира выскочила в коридор. Сергей, кивнув ей, махнул рукой куда-то в сторону.

— Забыл кое-что. Проходить не буду, принеси, пожалуйста. В моей комнате, на тумбочке, папка с ксерокопиями.

Ира стремглав бросилась в спальню, оглядела тумбочку.

— Тут нет.

— Тогда в первом ящике! Синяя папка, уголок!

Ира отодвинула ящик и застыла, глядя на покоящийся справа от папки черный, блестящий, словно лакированный, пистолет.

— Нашла?

Ира сморгнула, взяла папку и осторожно задвинула ящик.

— Да.

Выскочила из спальни и на миг застыла. На кухне Рая, в упор смотря на нее, приложила палец к губам. Ира сглотнула и поспешила к Сергею.

— Вот.

— Ага, спасибо, — он вытянул шею. — А Рая не вышла сегодня?

— За сахаром пошла.

— А… Как она?

Ира пожала плечами и предельно равнодушно ответила:

— Нормально.

Сергей вскинул бровь.

— Ну… Хорошо. Сказал же, пусть дома посидит после вчерашнего…

Ира снова пожала плечами. Он отвернулся, отрывисто бросив.

— Ладно. Бывай.

— Я закрою.

Он вышел. Ира защелкнула замок и вздохнула. Это был их самый длинный разговор за последнюю неделю.

Она вернулась на кухню, за кофе.

— Правильно я сделал, что машину у парка оставил, — вытирая лоб салфеткой, заметил Шилов. — Уф, в пот даже бросило. Староват я для шпионских игр.

— Спасибо, Ирин.

— Пожалуйста, — Ира, как завороженная, наблюдала за струйкой кофе, бьющей в чашку из носика кофемашины, а сама думала о пистолете в верхнем ящике тумбы.

Тем же вечером, взяв деньги, Ира поехала в спорткомплекс. Она уже оплатила один месяц занятий после истечения подаренного Сергеем абонемента, и Эля, в нагрузку, посоветовала ей походить в тренажерный зал.

— Станешь крепче, выносливей — можно и борьбой заняться.

В зал Ира, ясное дело, ходить не стала. Да и сейчас ехала к Эле по другому вопросу.

— Чего-чего?! — Эля, услышав её просьбу, выскочила из-за стола. — Ты совсем ку-ку, девочка?

— Нет, — холодно ответила Ира. — Я хочу научиться обращаться с огнестрельным оружием.

Эля медленно повела головой из стороны в сторону.

— То есть ты хочешь стать сильнее таким образом? С пушкой?

— Я хочу научиться…

— Я слышала, не глухая, — резко перебила её Эля. — Но здесь мы учимся бороться, противостоять оружию. И в подобном деле я тебе не помощник.

Ира вздохнула и поднялась.

— Ясно.

— Ирина, почему ты не ходишь в зал?

— Мне там неуютно.

— Так ходи с Сергеем.

Ира хмуро посмотрела на Элю. Та села обратно за стол и развела руками.

— Или он тоже вне зоны твоего комфорта?

Ничего не сказав, Ира вышла в коридор. Ходить с Сергеем на тренировки она не собиралась, зато в голову пришла мысль попросить разрешения использовать его тренажеры. Рая же регулярно занималась. Многофункциональный (так его величала Рая, по виду же он походил на вешалку с сидением), велотренажер, набор гантелей — для начала вполне сгодиться. А потом… Потом она, возможно, пойдёт в зал.

Задача осложнилась тем, что Сергея она почти не видела, а если и пересекалась с ним вечером, то он всегда был в сопровождении Марины. Они ходили в театр, по ресторанам, на выставки. Ира со своим вопросом подойти стеснялась и, как итог, ничего не делала.

Разговор с Элей воодушевил её, и она решила обязательно, как только представиться такая возможность, ничего не стесняясь, спросить у Сергея про тренажеры. Но увидеться с актером опять не вышло. На следующий день после визита в спорткомплекс одна из коллег по уборке попросила подменить её, и Ира, отработав с животными положенное время, уехала в офисы — отмывать половину здания.

Закончив со своими этажами, она спустилась вниз — попить чаю с Николаем Михайловичем. Охранник уже хрустел печеньем и, откинувшись в кресле, смотрел телевизор, изредка ругаясь.

— Вот жеж тварина! Ах, подлюка! Гадина!

Ира замерла перед стойкой, не сводя глаз с экрана.

И как она могла забыть…

Все правильно. Пятница. Вечер. Выпуск с участием Сергея.

Вот и он на экране — пристально смотрит на отца, седого толстяка с красным лицом, который орёт дурным голосом. Крупным планом показывают Сергея. Он в ярости, но крепко держит злость в себе. Только глаза его выдают — темнеют будто бы, становясь серо-синего цвета.

— Она все знала! Знала, говорю вам! Из-за этого вы поссорились! Она чистая девочка была, светлая. Даже для тебя такого будущего не