Я присмотрю за тобой - Галина Геннадьевна Черкасова

— Его родители могут убедить экспертов в обратном.

— Не убедят. Он сам не желает сидеть в психушке.

Ира нахмурилась.

— Как он себя ведёт?

Юрий поджал губы.

— Он… Он — маньяк, Ирина. Как он может себя вести? Он гордится тем, что совершил, в подробностях рассказывает, что и как творил с жертвами. Ему льстит скандал вокруг его имени и семьи. Его палату охраняет без малого семь человек.

— Подонок, — процедил Сергей. — Этого он и добивался. Надо было его грохнуть.

— Не надо было. Все так, как и должно, — отрезал Юрий. — Нам ещё нужно будет подготовиться с вами к заседаниям. Процесс будет долгим. Но… Теперь одругой стороне медали. Ирина, с вами хотели встретиться дамы из одной международной организации.

— Зачем? — насторожилась Ира.

— Чтобы вы поделились опытом, так сказать, пережитого.

— Я вряд ли могу ответить им что-то внятное.

— И все же… Для многих это важно. Я буду рядом и вам помогу.

— Прекрасно. Обсудите это позже, — нетерпеливо заметил Сергей. — Ещё что есть?

— А вы, я смотрю, идете на поправку, — насмешливо бросил Юрий. — Рад был повидаться. И, пожалуй, оставлю вас наедине.

Стоило адвокату удалиться, как Сергей тут же потянул Иру к себе.

— Иди ко мне.

Ира прилегла рядом, на бок и прижалась к груди Сергея.

— Как будто сотню лет тебя не видел, — вздохнул он, целуя её в шею. — Соскучился по твоему запаху. Забыл, какая ты тёплая. Останешься со мной?

Она запустила пальцы в его волосы, заглянула в глаза.

— Останусь. Если мешать не буду.

— С ума сошла, — он помотал головой и снова принялся целовать, спускаясь от шеи ниже, к плечу и груди.

— Серёжа… — выдохнула Ира ему в ухо.

Он замер, уткнувшись ей в ключицу.

— Перебор?

— Нет. Но тебе неудобно. И больно.

— Терпимо.

— Я так не хочу. Хочу, чтобы нам обоим было хорошо и комфортно. И не в больнице, где ты… Где тебя вытаскивали с того света.

Сергей недовольно посмотрел на неё.

— Не вытаскивали. Я живучий и везучий. Но… Ты права, — вздохнув, он медленно лег на подушку и поморщился. — Побаливает.

Ира, повозившись, опустила голову на здоровое плечо Сергея.

— К животным все равно буду ездить. Только если вечером возвращаться, — заметила она тихо. — И Тоня звала. На стрельбища.

— Ирин.

— Да?

— Я до сумасшествия, до помутнения рассудка, до счастья от земли до неба люблю тебя. И прошу — пожалуйста, никогда больше ничего от меня не скрывай. Я всегда буду рядом. Я всегда пойму.

Она осторожно погладила его по больной руке.

— Обещаю. Я тоже люблю тебя, но, к сожалению, не могу сказать об этом красиво. И петь я не умею.

— Просто не уходи. Моего пения на двоих хватит, разве нет?

— Да, точно.

Ира замерла, слушая удары его сердца, закрыла глаза и улыбнулась. Когда-то она падала в обморок от его прикосновений, а теперь близость Сергея делала её самым счастливым человеком на свете. И вздыхая облегченно, сбрасывая с себя все болезненное, страшное и тяжёлое, что было в её жизни, она тянулась ему навстречу, отвечая на его поцелуй чуть измученно и устало, но до головокружения радостно:

— Как же мне хорошо с тобой…

КОНЕЦ

Больше книг на сайте — www.litlib.net