Граница тьмы - Марго Айсли

Хотя к завтрашнему целительству требовалась только теория, от мысли опять себя резать начинало подташнивать. Остаток дня прошёл в чтении и практике по чарам. Успехи были незначительные, но они были. В этот раз мне понадобилось чуть меньше усилий, чтобы пробиться к узору амулета, однако осилить два подряд было уже тяжеловато. У Ирмис тоже шло неплохо. Ей было сложнее раскрыть сущность оберега, но значительно легче стабилизировать рисунок.

Кудрявая пришла под ночь страшно измотанная. Они опять тренировались заживлять на себе порезы. Судя по отсутствию кровоточащих ран, определённых успехов они всё же достигли. Брошку для прорицания я опять отложила на потом, на что моя совесть не преминула меня кольнуть. В который раз.

Как ни странно, но проснулась я бодрячком. Быстро позавтракав, я побежала в кабинет магистра Демьена. Ирмис уже сидела на привычном месте и оттирала свой рукав.

— Опять кофе?

Она протяжно вздохнула и кивнула.

— Брат говорит, что в каждом человеке сидит сущность, и в моём случае — это свинья.

— Как мило с его стороны, — хмыкнула я, в очередной раз подивившись их отношениям.

Как только магистр вошёл, все разговоры стихли.

— Итак, молодые люди. Прошлый урок по некоторым, ммм, обстоятельствам прошёл сумбурно, — смерив меня цепким взглядом, начал он. — Поэтому попрошу Ирмис подыскать себе другое место, а вас, Винсент, я попрошу сесть с нашей нежной барышней и проследить, чтобы она не упала снова и не разбила себе голову.

Только после речи магистра я заметила, что тёмный маг в этот раз пришёл с нашей группой. Прорицательница отсела, бросив мне явно недовольный взгляд, зато вот Винсента это вполне позабавило. Сев рядом со мной, он мерзенько улыбнулся, на что я наградила его взглядом, полным презрения.

— Что ты вообще тут делаешь? Ты должен быть с целителями. — фыркнула я.

— Да, но меня попросили за тобой приглядеть, магистру некогда сидеть рядом с тобой, опасаясь обморока.

— Но почему тебя-то? — прошипела я.

Из всех людей башни выбрали самого ненавистного мне человека, будто нарочно.

— Нууу, наверное, потому что среди вас я единственный полноценный маг?

Я открыла рот, готовя язвительный ответ, но меня прервали.

— Прошу внимания, — постучал по столу магистр, — сегодня мы уделим часть занятия заживлению ран, а затем начнём курс анатомии. Зачем он нужен, спросите вы? Заживлять порезы и прочие дефекты довольно легко. Я всегда начинаю именно с них, а не с голой теории, чтобы вы прочувствовали направление приложения силы. Это значительно упростит вам изучение работы с внутренними органами.

— Но зачем нам вообще анатомия? Мы же не целители, уж на себе почувствуем, если что-то не так.

— Не обязательно. Если у вас ничего не болит — это ещё не значит, что вы здоровы. — пояснил он, — к тому же самодиагностика крайне важна. Поняв, какая система повреждена, вы трезво сможете оценить свои силы, рассчитать энергию, или же понять, что сил вам не хватит, и срочно требуется помощь извне. Приступайте пока к практической части, а после обеда будет теория.

Все закопошились и двинулись за кинжалами к шкафчику. Я в ужасе застыла.

— А вы, Лира, возьмите, пожалуйста, иглу. С вас этого хватит.

Талиса со своей подружкой нашли это очень забавным, заливисто смеясь на весь кабинет.

Заставить себя встать и пойти за иглой оказалось сложной задачей. Меня уже начало мутить от одной мысли, и я испугалась, что упаду в обморок уже сейчас. Но показать всем свою слабость и дать повод смеяться я не могла. Ещё этот самодовольный наёмник тут зачем-то, будто поиздеваться надо мной решили. Глубоко вздохнув, я кое-как встала и поковыляла к шкафчику за иглой.

Когда я вернулась обратно на своё место, сбоку от нас уже сидели Трой и Аарон. Да, да, давайте дружно посмеёмся, как я расшибла голову об угол стула, просто обхохотаться. Я так резко села, что стол зашатался. Винс выгнул бровь.

— Эй, расслабься, — протянул он, — если упадёшь в обморок — я тебя поймаю, обещаю, — он поднял руку, как будто давал клятву.

— Очень смешно, — злобно пробубнила я.

— Ничего, рана в голове не сильно помешает тебе продолжать мыть туалет, — шепнула Талиса.

Её подружка-прихвостень сотряслась от беззвучного смеха.

От злости к лицу прилила кровь, мои уши горели огнём, очень хотелось сказать ей какую-нибудь гадость, но ничего не приходило в голову. Я никогда не сталкивалась с таким открытым хамством, что на это может вообще ответить служанка, вдруг я ляпну что-то не то?

Окрылённая пакостной победой она отвернулась и нарочито громким шёпотом обсуждала с травницей неразборчивость в приёме на учёбу всякой рванины. Ничего, ничего, когда-нибудь ты придёшь во дворец, а там мы ещё посмотрим, кто из нас рванина.

Винсент сделал вид, что ничего не слышал, и предложил начать.

— Смотри и учись, — он взял серебряный кинжал и резко полоснул им по ладони. Мгновенно проступила кровь. Меня замутило, с огромным трудом я заставила себя смотреть, хотя это давалось мне так тяжело, что в глазах снова начало двоиться. Он повернул ко мне руку, и спустя секунду рана затянулась.

— Так нечестно, ты маг крови, у тебя преимущество, — грустно вздохнула я, надеясь, что меня не стошнит прямо на стол.

Его губы растянулись в улыбке.

— Нет, это не магия крови. Вот магия крови. — Он посмотрел на руку и струйки крови, стекающие по руке, словно закипели и испарились. — Твоя очередь.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на иглу, лежащую на столе. Она тоже была сделана из серебра и имела мелкую гравировку. Кончик выглядел очень острым. Сдерживая тремор в руке, я взяла её и занесла над пальцем. Помимо Винсента, на меня неотрывно смотрели Трой и Аарон. Ну ладно…

Я долго сидела и просто смотрела на палец, пока наконец Винсу это не надоело и он не сказал уже начинать, иначе урок закончится. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза и резко вонзила иглу себе в ладонь. От резкой боли я скривилась, меня замутило ещё сильнее, в глазах зарябило и поплыло. Я почувствовала, что кто-то держит меня за плечи и не даёт упасть.

— Глубоко дыши, — донеслось сквозь противный звон в ушах, — слышишь меня? Всё хорошо, просто сделай вдох.

Я судорожно вздохнула. Потом ещё и ещё. Стало немного легче. Изображение постепенно прояснилось. Когда я разглядела иглу, торчащую из ладони, к горлу подкатила новая волна тошноты. Пришлось собрать все силы в кулак, чтобы не отключиться.

— Не думай об игле и продолжай глубоко дышать, — медленно проговорил Винсент и слегла сжал руки на моих плечах, — я тебя держу.

Наконец кое-как