Возвращение герцога - Валери Боумен

Сверху, сквозь толстые доски потолка, донесся мужской голос. Софи замерла, затаив дыхание, и стала прислушиваться, пытаясь разобрать слова.

– Ты идиот. Я сам бы отлично справился.

Ахнув, Софи зажала рот ладонью: это был тот же самый голос, что она слышала из отцовского кабинета, но до сих пор она не могла вспомнить, чей он. Может, лорда Уайнинга? Возможно. Но уверенности у нее не было.

– Откуда мне было знать, что они похитят еще и Софию? – раздался подобострастный голос Хью (его она узнала бы при любых обстоятельствах).

– Так надо было четко объяснить!

И в этот момент из темноты вынырнул Филипп. Софи вытаращила глаза: ведь его же не было видно! Оказывается, он так хорошо прятался в темноте. Наверное, тоже спал. Филипп открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но она приложила палец к губам, призывая к молчанию, и указала на потолок.

Филипп быстро подошел к ней и тоже прислушался.

– Я приказал им привезти Филиппа, – возразил обиженно Хью. – О Софи даже не упоминал! Откуда мне было знать, что она тоже с ним?

Филипп повел бровью, несомненно, тоже узнав раздраженный голос двоюродного брата.

– Ты знал, что она там будет: я сам тебе об этом сказал! – прогремело ему в ответ. – И ты читал записку, которую Робертс нам показал. Она просила его о встрече в парке.

Софи не сдержалась и тихо вскрикнула, прежде чем шепнуть Филиппу:

– Робертс – это ужасный дворецкий Валентины!

Она прикрыла глаза. Если останется в живых, то непременно найдет повод вышвырнуть этого мерзкого типа из дому. Предатель!

– Что сделано, то сделано, – вздохнул Хью. – Вопрос в другом: что дальше?

– Можно подумать, что у нас есть выбор. Придется избавиться от обоих.

Глава 22

Филипп перевел дух. Хью он узнал сразу, но с кем он говорил? Голос был ему знаком, но чей он? Может, это лорд Уайнинг? Они проговорили всего несколько минут на том балу у Кранберри, но его голос показался ему слабым и беспокойным, а этот совсем другой.

Впрочем, к черту! На лице Софи, когда тот человек произнес слово «избавиться», появилось выражение смертельного ужаса, и теперь он сомневался в разумности своего плана. Невыносимо было видеть ее такой испуганной! Наверное, следовало сначала позаботиться о безопасности Софи. С другой стороны, похитители могли обнаружить ее исчезновение и решить, что она побежала за подмогой.

Тем временем Софи, ужасно бледная, опустилась на матрас, словно погрузившись в забытье, уставилась стену, потом прошептала, указав пальцем вверх:

– Вы слышали?

Филипп кивнул:

– Да, один – Хью. Но кто же второй?

Софи встряхнулась, и страх на ее лице сменился отчаянием.

– Не знаю. Никак не могу вспомнить, где я его слышала.

Филипп сел рядом и сжал ей руку:

– Вот и я никак не пойму, хотя уверен, что слышал его прежде.

Сквозь доски потолка снова донесся визгливый голос Хью, но на сей раз в нем отчетливо звучал страх:

– Вы собираетесь застрелить их обоих прямо здесь?

Софи вскочила, но Филипп схватил ее за руку и шепнул:

– Сядьте!

Она осторожно села, чтобы дослушать диалог до конца.

– Нет, действовать наобум нельзя: нужно все хорошо обдумать. Я уже отправил письмо. Шакал должен прибыть утром. Завтра все и решим.

– Завтра, – прошептала Софи, когда гулкие шаги наверху дали понять, что мужчины уходят. – Завтра нас убьют.

– Я не допущу, чтобы с вами что-то случилось, – пообещал Филипп, сжав ее руку и заглянув в глаза. – Даю слово.

Софи кивнула:

– Невыносимо сидеть взаперти в этом подвале!

– А знаете, что, Софи, закройте глаза и представьте, что вы не здесь, а в каком-нибудь другом месте, где вам хорошо.

Софи, улыбнувшись, с готовностью подхватила:

– Хорошо! Я в лодке посреди живописного озера. Так что же нам все-таки делать?

Филипп встал и отошел:

– Вы уверены, что именно этот голос слышали во время того разговора с вашей мачехой?

Она решительно закивала, хотя глаза ее были по-прежнему закрыты:

– Да, абсолютно.

Филипп сжал кулаки:

– Вы должны рассказать мне все, что знаете о лондонских приятелях Хью!

– Хорошо, – согласилась Софи, глубоко вздохнув. – Но могу заявить прямо сейчас, что ни про какого Шакала никогда не слышала.

Глава 23

Днем, пока Софи спала, Филипп сдвинул четыре мешка с мукой в дальнем углу подвала, за которыми, как он помнил, имелась потайная дверь: в детстве он обожал здесь прятаться. Он прошел вверх по узкому коридору – теперь он показался ему совсем узким, просто негде повернуться! Он едва протиснулся. И ему потребовалось изрядное самообладание, чтобы справиться с дыханием, прежде чем начать подъем по узкой лестнице.

Оказавшись на верхней площадке, он толкнул дверцу люка в полу пустой кладовой при кухне и крадучись прошел через половину слуг в кабинет экономки, миссис Джарвис. Почтенная дама как раз восседала за конторкой: отсюда она управляла домом наряду с дворецким.

Филипп приложил палец к губам, призывая миссис Джарвис к молчанию, и внимательно посмотрел на свою старую знакомую: седых волос у нее поприбавилось, возле рта и вокруг глаз залегли новые морщины. Карие глаза – такие родные! – наполнились слезами в тот же миг, как она подняла голову и увидела его.

– Неужели? – произнесла она еле слышно. – Слухи оказались правдой! Вы живы! Вы снова дома!

Кивнув, Филипп обошел конторку и крепко обнял старушку. Сухонькая дама пахла мятой и розмарином – как и весь этот дом: чудесный и такой знакомый аромат.

– Пока я ничего не могу объяснить, – сказал он тихо. – Никто не знает, что я здесь, и не должен знать. Мне нужно, чтобы вы самому надежному лакею, который умеет держать язык за зубами, передали эту записку. – Филипп нагнулся к конторке, взял перо и лист бумаги, написал несколько строк и запечатал письмо воском, который нашел тут же. – Нужно отвезти это послание в Лондон и немедленно передать маркизу Беллингему, в собственные руки. От этого зависит моя жизнь. Вы поняли, миссис Джарвис?

Пожилая экономка охнула, но согласно кивнула:

– Да… э-э… ваша светлость.

Когда она произнесла эти слова, Филипп почувствовал стеснение в груди, и они с миссис Джарвис обменялись взглядами, исполненными тревоги и печали. Оба вспомнили Малькольма.

– Спасибо, миссис Джарвис.

Экономка покачала головой:

– Пожалуйста, пообещайте, что вы избавите нас от этого неотесанного чурбана, который позорит имя Харлоу. Он заявил, будто слухи о вашем возвращении – это всего лишь слухи, а вы – самозванец, который хочет заполучить титул.

– Не беспокойтесь, миссис Джарвис, – улыбнулся Филипп. – Я сделаю все возможное, чтобы