Эмили. Отчаянная - De Ojos Verdes

Марсель снисходительно усмехнулся и смерил её сочувственно-пренебрежительным взглядом. А потом развернулся и вышел из комнаты.

— Ты просто трус! — закричала, выбежав следом, выплескивая страх и отчаяние. — Урод! Но моральный! Даже себе боишься признаться в том, что чувствуешь ко мне!

Эта опрометчивая речь принесла свои плоды. Он остановился. Мощная спина каменела всё больше и больше в напряжении. В этом было что-то ужасающе прекрасное — наблюдать проявление исполинского духа.

Мужчина мучительно медленно повернулся и припечатал Эмили убийственной яростью своих глаз. Будто перед ней сейчас стоял другой человек, черты которого исказила адская смесь. Мурашки покрыли всё её тело, когда свирепым шипением он выплюнул:

— Моральным уродом я был бы в том случае, если бы позволил случиться тому, чего ты так безумно добиваешься. Это первое. Таких, как ты, поверь, за одну ночь в моей постели могло быто одновременно по три или по четыре… И никакими чувствами не пахло. Похоть. Животный инстинкт. Удовлетворение потребностей. Это второе. Твои провокации начинают действовать мне на нервы. Не тешь себя ложными представлениями. Я был конченым ублюдком, и сейчас ты проворно вытаскиваешь из меня самое плохое. Я стараюсь держаться, но мое терпение имеет границы. Это третье.

— Таких, как я?! — выдохнула в шоке. — Ты сравниваешь меня со своими проститутками?!

— А тебе кажется, ты чем-то от них отличаешься? — хмыкнул презрительно. — Настойчиво пытаясь залезть мне в трусы…

— Отличаюсь!

Эмили сделала несколько шагов, сжав кулаки и приближаясь вплотную. Грудная клетка заходилась в бешенстве. Пекло внутри требовало выхода. В одно мгновение он будто превратился во врага, хлеща по ней безжалостными словами.

— Чем? Просвети, — сухо, колко.

Дыхание мужчины коснулось её мокрых щек, вызывая еще больше мурашек. То ли от холода, то ли от безразличия в голосе.

Больно…

— Хотя бы тем, что ты-то как раз ко мне в трусы не лезешь, хотя очень этого хочешь.

Процедила эмоционально, будто вколачивая в него каждую букву. Что-то в глубине его глаз поменялось. Огонь стал полыхать ярче, но природа его показалась Эмили мягче. Как же ей хотелось прикоснуться к нему, попросить, чтобы перестал возводить преграды, принял её чувство.

— Вот бы узнать, что по этому поводу думает твой отец, семья. И как ты объяснила бы им тягу ко мне. Взрослому дядьке с темным прошлым и неопределенным настоящим.

— Если бы ты действительно этого желал, давно бы всем рассказал. А что касается меня… Я ничего и никому не объясняла бы. Они сами многое еще мне не объяснили. Уходи, Марсель.

Когда женщина просит мужчину уйти, это крик. Подойди и обними меня — гласит он. Но чаще просьба выполняется буквально и беспрекословно. И этот случай не стал исключением. Девушка наблюдала, как за ним тихо закрывается дверь. И поняла, что из неё вышибли весь запал. Осталась зияющая дыра.

Она знала, что больше не сделает и шага в его сторону.

Эмили сдалась.

Глава 18

«Иногда мне невыносимо без тебя.

А иногда мне все равно, увидимся ли мы снова.

Дело тут не в морали, а в том,

сколько человек способен вынести».

Майкл Ондатже «Английский пациент»

Когда ехала встречать Тину, Эмили не ожидала, что подруга внешне будет выглядеть хуже неё, страдающей от бессонницы и частично вернувшихся панических атак. Это зрелище заставило раскрыть рот в изумлении, она впала в ступор и не знала, как реагировать. Пятый месяц беременности и…такой скелет? Бледная кожа, впалые щеки, заторможенный взгляд…

Они остановились друг напротив друга и долго рассматривали изменения за последние полгода, что не виделись.

— Даже не знаю, кто из нас больше нуждается в помощи, Миль, — констатировала, скептически приподняв бровь.

— Взаимопомощь на выгодных условиях? — слабо улыбнулась Эмили.

— Хорошее предложение, особенно, если учесть, что проживание в престижном районе и абсолютно бесплатно.

Девушки горячо обнялись, пытаясь восполнить тоску. Они отчаянно нуждались в этом воссоединении, пусть и на короткий срок. Лео мудрый парень, и знал, что делает.

— Я наготовила и накупила тебе разных вкусняшек, Тин. Но, по ходу, ты питаешься исключительно воздухом.

Поникшая подруга рассеянно следила за пейзажем из окна машины. Улыбнувшись уголками губ, поспешила уверить в обратном:

— У меня уже два дня, как пропал этот жуткий токсикоз. Так что, я не просто поем, Миль, — повернула голову к ней, — сожру всё.

— Слава Богу. Отдохнешь, потом прогуляемся у моря.

— У тебя точно не будет проблем на работе из-за меня? Я ни за что не приехала бы, ты же знаешь. Лео угрозами выдворил сегодня из дома.

— Не говори глупостей. Да и ради тебя я могу с радостью и без особых сожалений уйти оттуда, — Эмили сжала её руку.

— Прекрати, ты с таким восторгом рассказывала о ресторане. Хочу посмотреть на него.

— Обязательно. Через три дня моя смена, забронирую тебе лучший столик, будешь почетным клиентом, — рассмеялась Эмили, зная, как категорично подруга относится к общепиту.

Стоило такси въехать во двор, сердце девушки сжалось, а затем лихорадочно забилось, когда она заметила фигуру того незнакомого парня у беседки. Словно грозилось выскочить через глотку, настолько её обуревали эмоции. Этого она одновременно ждала и страшилась. И почему он появился только спустя неделю? Не стоит Тине знать об этой истории, ей и так хватает душевных терзаний.

— Помогите, пожалуйста, донести вещи до лифта? — оставляя щедрые чаевые, попросила она водителя такси.

Они дошли до подъезда, и Эмили наигранно ударила себя по лбу:

— Сумку забыла. Вы проходите, я сейчас вернусь…

Забрав из салона аксессуар, твердым шагом, пытаясь не выдать дикого волнения и раздирающей тревоги, она направилась к…брату.

— Здравствуй, Эмили.

Выглядел он так же хмуро и сосредоточенно, наблюдая за её действиями.

— Здравствуйте. Я не могу сейчас говорить. Диктуйте номер телефона, в течение пары дней позвоню сама, договоримся о встрече.

Когда тот выполнил её просьбу, Эмили поспешила вернуться к Тине, прощаясь с ним на ходу.

Взгляд пронзительных серых глаз не оставил её равнодушной. Они были так похожи на её собственные…

— Красивая квартира, просторная… — Тина улыбнулась, заглянув в спальню. — Интересно, это раньше было тр*ходромом?

— Увы, мы с сестрами не исключали такой вариант, мать, — девушка рассмеялась, — поэтому на кровати новенький матрас, не говоря уже о белье. Будешь спать здесь. А я на диване.

— Потом разберемся. Давай трапезничать, хозяюшка.

Тщательно вымыв руки, девушки прошли в гостиную, совмещенную с небольшой кухней. Эмили быстро разогрела и