Сводные... Запрет на любовь... - Лив Янг

– Яр, телефон разбит, – тихо выдыхает Егор. – Они нам только потому и позвонили, что у девушки с собой снаряжение фридайверское было. По описанию сумки и содержимого…

Я не дослушиваю, выскакивая из машины. Где-то впереди воет сирена отъезжающей скорой…

– Такая молодая…

– Не дошла до остановки, у забора сбил…

– Совсем девчонка…

– А водитель-то в стельку…

Пробираюсь сквозь толпу зевак к месту аварии.

Машина всмятку. Влетела в светофорный столб, перевернувшись через невысокое заграждение для пешеходов и впечатавшись в забор здания.

– Девушка где?! Жива?! – разворачиваю за рукав сержанта, фотографирующего и записывающего что-то в блокнот.

– А вы кто? – смотрит на меня оценивающе.

– Брат, – проговариваю едва слышно, глядя, как второй описывает содержимое рюкзака Стаси.

В барабанных перепонках стучит отбойным молотком пульс, и, кажется, все плывет перед глазами, чувствуя, как задыхаюсь.

Моя мелкая… Я виноват…

– Жива… жива, – слышу его слова, словно сквозь вату. – Скорая увезла. Сейчас вторая за водителем приедет, можете вместе с ними в больницу и проехать.

– Сука! – оживаю, срываясь в указанном направлении.

Слышу крики со всех сторон, но мне плевать.

Прикончу мразь! И похер, что посадят!

* * *

Просыпаюсь в холодном поту, все еще не особо понимая, где я.

Смотрю в потолок, медленно, но все же соображая… Не удивлюсь, если одной из причин побега Ники были мои ночные кошмары. Они у меня не особо частые гости, но с таким размахом и феерией, что спать со мной в одной кровати в такие моменты бывает не то что страшно, но даже немного травмоопасно.

Хлопаю ладонью по второй половине кровати и удовлетворенно хмыкаю.

Если бы можно было сделать ставки на сегодняшнее утро, я бы сейчас точно сорвал джекпот.

Сбежала… Что и требовалось доказать…

Глава 22. Стася.

Перевожу взгляд на часы, нервно выдыхая.

Восемь вечера, чтоб тебя! Восемь! И ни одного несчастного сообщения за день!

За целый день даже не вспомнил о моем существовании… Неужели для него все настолько просто?! Или я сама себе все это напридумывала?

А как же «моя», «не отдам»? Даже не позвонил ни разу, сволочь! Не спросил, в порядке ли я?!

Как бы сильно я не хотела, меня это раздражает.

Падаю на водительское сидение своего «Рыжика» и откидываю голову на спинку кресла, приходя к единственному правильному выводу.

Все мужики одинаковые…

Включаю зажигание, прогревая машину и закутываясь поплотнее в осеннюю куртку.

Кобель! Использовал девушку в своих интересах и до свидания…

В надежде на собственную невнимательность еще раз проверяю телефон… Но там все так же пусто.

А чего я, собственно, ждала, сбежав из его квартиры? Даже кошку с горшком прихватила… Ненормальная…

Расстроенно откидываю телефон в сторону.

Ну и к черту Никитина, вместе с его ночными обещаниями!

Плевать! Я ведь сама хотела такого исхода, тогда какого хрена мучаю себя надуманными обидами?!

Экран мерцает полученным сообщением, и я мгновенно хватаю его в руки.

«Акция! «SushiPizza» 1+1…»

Бляяять…

Швыряю телефон экраном вниз на соседнее сидение, не дочитывая. Сумасшедшая...

Хватит. Так нельзя.

Срываю машину с парковочного места, врубая печку и музыку на полную.

Пофиг! Смотри на это с другой стороны. Объясняться и краснеть ни перед кем не придется.

Добираюсь домой часам к девяти вечера. Устала, но энергии все-равно хоть отбавляй. Раздражение на себя и злость на Яра добавляет адреналина в кровь, и я просто не могу на этом остановиться.

С трудом заставляю себя не нажать кнопку четырнадцатого этажа и все-таки выхожу на своем, тринадцатом. Дома встречает голодное и соскучившееся животное, и я мгновенно переключаю на нее всю заботу.

Есть не хочется, а вот свисающий на кухне и в прихожей потолок раздражает до невозможности. Смотрю на него и понимаю, что пока не сниму эти висячие ошметки успокоиться не получится.

Включаю музыку, оглядываясь по сторонам в поисках чего-то острого в доме.

Ножи у меня тупые, как мой собственный мозг, так что точно не вариант.

Взгляд падает на стаканчик с ручками и карандашами, и я тут же срываюсь к ним в поисках канцелярского ножа.

Выгружаю из стола шкафчики, в поисках миниатюрного пенала и заряжаю нож новыми сменными лезвиями. То, что нужно!

С грохотом подтягиваю мебель к углу кухни, забираясь на поверхность столешницы. Втыкаю лезвие под самый край стены и с характерным треском вспарываю натянутую на потолке ткань.

Дааа! Охрененный звук!

Я точно сумасшедшая. Иначе ничем не могу объяснить в себе тягу улыбаться, когда вытворяю такую дичь на ночь глядя.

Срываю еще несколько кусков материи, пока под ней не начинает проглядываться довольно-таки симпатичный потолок. Если снять полностью ткань и стеновые панели, зачистить нахлесты шпаклевки и покрыть это все свежей матовой эмалью, получится очень даже сносно... даже для временного жилища...

А еще, я бы обновила обои…

Оглядываюсь по сторонам, прикидывая масштабы бедствия. Самостоятельно дня за четыре точно справлюсь. Мне только повод дай сменить обстановку, и я запросто здесь все перекрою…

Музыку перебивают оповещения о полученных сообщениях, но я не обращаю на них внимания, срывая очередную полоску.

Еще одно и еще.

Это точно не акционные рассылки, но мне уже пофиг.

Я обиделась.

Еще несколько сообщений и музыку прерывает телефонный звонок.

Ненавижу, когда так делают. Усаживаюсь на стол, дотягиваясь к телефону.

«Яр»

Про меня вспомнили?! Да ладно! Дожидаюсь ещё несколько секунд для приличия, прежде чем принимать вызов.

– Давай вмажем по пицце на ночь глядя, – слышу мужской голос вместо приветствия.

– Нет, – отвечаю не задумываясь.

– Суши?

– Скажи прямо, не осилишь два блюда в одно лицо или просто на мне экономишь? – фыркаю, сосредоточенно рассматривая узор на собственных серых носочках. – Для справки, эту рассылку кидают всем клиентам доставки кафе, и я ее тоже получила… Час назад.

– Пощадила бы, женщина, мне еще ремонт в твоей квартире делать, – издевательским тоном бурчит голос из динамика. – Экономлю на всем, даже на тебе. А вообще, знаешь что, лучше переезжай ко мне. Одна коммуналка, никаких ремонтов и общий холодильник.

– Бедный родственник, – огрызаюсь, едва сдерживая улыбку. – У тебя после вчерашних