Внушению не подлежит - Елена Быстрова

– Смотри, какой большой попался представитель листотелов, – произнёс мужчина, демонстрируя передо мной это зелёное насекомое.

И тут до меня дошло, что надо срочно что-то предпринять, а то уволят горе энтомолога, прямо здесь, сидя на дереве.

– Какая прелесть, – выдавила я из себя и улыбнулась. - Можно подержать?

– Конечно, это же не стервянка, ядами не выпрыскивает, не жалит, не кусает, и от этого оно милейшее создание.

Вот как так-то?! Этот эриостриец к энтомологии никакого отношения не имеет, а знает о насекомых лучше меня?

Мужчина протянул мне этот огромный зелёный лист и подтолкнул его легонько перебраться на мою ладошку. И как только я своё брезгливое «бр-р-р», не выдала в тот же момент, одному мирозданию известно. Держу листотела на своей руке и ума не приложу, зачем только я попросила его подержать? Жуткое насекомое. И я чуть было не вскрикнула, когда оно вдруг резко выпустило огромные прозрачные крылья прямо из-под своего крупного листа-тела. А потом так же резко сорвалось с моей руки и улетело. Я тихо выдохнула, в то время как хотелось в голос высказать своё «фух».

– Кажется, листотел тебя испугался, – усмехнулся Хант.

Тут ещё неизвестно кто того испугался. Но я перевела взгляд на мужчину, и что я вижу? У Ханта ухмылка аж на пол лица светится. Это он сейчас на что намекал?

– Я что, по-твоему, такая страшная?!

– Нет, по-моему, ты очень красивая, Лана. Честно. Ты кушать хочешь?

Ну, комплимент, мне, конечно, было приятно услышать именно от этого индивида. Но так-то я и сама знала, что красивая. А вот поесть бы действительно не помешало.

– Если только чуть-чуть.

Мужчина снова достал брикеты с провизией из своего рюкзака и протянул один из них мне. И вновь попробовав свою порцию, отметила, что эта их походная пища хоть с ресторанной и близко не стоит, но вполне даже съедобна и сытна. А когда поели, то Хант безапелляционно заявил:

– А теперь спать.

– Но еще же только сумерки, даже ночь не вступила в свои права.

– Нам вставать с рассветом и снова идти весь день. А поэтому нужно отдохнуть, выспаться и набраться сил. Так что, садись ближе ко мне, чтобы тебе было теплее. И я укрою нас походным пледом, он не даст ночной прохладе дать нам мёрзнуть.

Я подсела к Ханту, и мужчина притянул меня к себе еще ближе. Он снова скрепил наши комплекты снаряжения вместе, заявляя, что ему так будет спокойнее, а мне безопаснее: вдруг меня ночью дёрнет выпасть из этого импровизированного гнезда. А после, как и обещал, укрыл тонким одеялом, под которым совсем не ощущалось дуновения ветра, а значит, действительно будет теплее. И напоследок утянул меня в горизонтальное положение, да еще и прижал рукой к своему тёплому боку.

– Закрывай глазки и спи.

Я взглянула на Ханта, его глаза были уже закрыты. Что ж, и мне пора закрывать свои. Как же я сегодня устала топать. И вот думала я, что стоит моим глазам закрыться, и сразу же отключусь, но нет. Близость мужчины служила неким отвлекающим фактором, не дающим мне погрузиться в мир сновидений. А ещё, закрыв глаза, я начала различать больше звуков. И вот, кажется, что когда мы шли, то таких звуков я точно не слышала, и тут где-то неподалёку отчётливо послышалось некое душераздирающее завывание, от чего я нервно вздрогнула.

***

Хант несильно, но крепко обнимал Аландрию, прижимая к своему боку. Ему было очень комфортно находиться вот так рядом с девушкой, что даже не обращал внимания, что лежат они не на мягкой мебели, а на твёрдой сердцевине – средоточии, из которого произрастают ветки, образующие крону коаби. В этот момент мужчина думал, как же вовремя он с девушкой успел взобраться на это дерево. Ведь с приходом сумерек джунгли стали оживать. И в первую очередь послышались звуки, издаваемые ночными хищниками, которые просыпались и вылезали из своих нор и пещер на поиски пропитания. Совсем рядом раздался заунывный вой – призыв к охоте. И от этого звука девушка вздрогнула, а Хант чётко ощутил проблески её страха.

– Эр Хант, вы спите?

– Засыпаю. И тебе советую поступить так же, - произнёс он спокойным ровным голосом, понимая, что должен срочно успокоить девушку, потому как ощущение страха было не очень приятным чувством для эмпата.

– Вы слышали этот звук?

– Какой звук?

– Ву-у-угр-ру-у-у, - она так забавно передала услышанное, что мужчина, улыбнулся.

– А это, - пробормотал он голосом, как будто этот звук его вовсе не тревожит, - слышал, конечно. Спи.

Хант отчасти добился, чего хотел. Страх, хоть полностью и не пропал из эмоций девушки, зато дальше расползаться не стал. К тому же на его место начало пробиваться любопытство.

– И кто издаёт этот звук?

– Да, – Хант небрежно махнул рукой, как на нечто совершенно не стоящее внимания. – Шикозябра.

Вот только он не ожидал, что этот ответ взбудоражит любопытство Аландрии настолько, что её прежний страх просто испарится.

– Шикозябра?! – воскликнула девушка и повернулась к мужчине. – А кто это?

Хант открыл глаза, в темноте эриострийцы видели довольно хорошо. И вот смотря в зелёные омуты, в которых так и плескалось любопытство, он осознал, что лучше бы назвал какого другого зверя. Да, дилемма. И