Сироткам в академии (не) место - Афина Туле

Алисия Боун

Вторая лекция тоже началась прекрасно, ну если не считать того, что Альберт меня не встретил и не отвёл. Нет, я не была дурочкой, которая ожидала, что менталист будет ходить за мной тенью и постоянно оберегать, но всё равно было немного обидно, а ещё неожиданно.

Он ведь говорил, что встретит? Или я не так поняла и неправильно запомнила? Сейчас я уже ни в чём не была уверена, и это неимоверно злило.

Но и стоять возле пустеющей аудитории в ожидании парня было верхом глупости, поэтому я только нервно прикусила губу и поспешила отправиться сама на следующее занятие, благо знала, где оно будет и более того, как дойти.

Было ли страшно?

Немного, но я справилась и даже вполне гордилась собой, потому что у меня всё получилось. Ну а что может быть прекраснее?

И всё было хорошо до того самого момента, пока не раздалось несколько кряхтящих звуков, а затем по громкоговорителю меня не вызвали в кабинет ректора.

Профессор тут же проводил меня на выход, отметив, что Георг де Плюм не отличается терпеливостью, пока остальные отчётливо шушукались о том, что это, скорее всего, мой последний день в академии и сиротка пропала так же быстро, как и попала.

Эти ядовитые шёпотки совсем не внушали спокойствия или равновесия, скорее наоборот — они меня неимоверно нервировали, но что я могла поделать?

Только вскинуть голову повыше и отправиться к ректору. Я-то ведь знала о нашем разговоре, о моей магии и прочем, знала, что ничего плохого не сделала. Значит, мне и волноваться не о чем, разве не так?

Вот только уверенности в этом всё равно не было.

Поэтому я просто подумала о самом лучшем варианте.

А что если всё дело в том, что король уже ответил (понятно, что не сам, а кто-то из его секретарей) и мне теперь будет положена стипендия?

О, это было бы просто прекрасно! Я бы смогла купить себе столько всего! Понятно, что не всё сразу, но всё равно мысль о том, что у меня могут быть свои собственные деньги, буквально пьянила и радовала безмерно.

Вот только радость оборвалась шоком, когда недалеко от кабинета ректора меня нагнал Альберт.

— Что с тобой произошло? — чуть ли не закричала я.

И у меня для этого были все причины. Альберт выглядел просто отвратительно: под носом еще виднелись разводы крови, а под глазами пролегли темные круги. Да что там, он сам больше походил на умертвие, но самым страшным было не это, а тот факт, что всего пару часов назад он был в полном порядке. Да что там, буквально излучал здоровье.

Что же могло произойти за это время? Даже подумать страшно!

— Я встречался с моим отцом, — как ни в чем не бывало сообщил мне Альберт, а мои глаза буквально распахнулись от ужаса. Это с ним сделал его отец? С собственным сыном! Уму непостижимо! А ведь я всегда была уверена в том, что это прекрасно — когда у тебя есть семья и родители. Но если твой же собственный отец пользуется своей магией для чего-то подобного, то, может быть, дом сирот и не такое уж плохое место?

— Что ты тут делаешь? Тебе нужно в лекарское крыло, и чем быстрее, тем лучше!

А Альберт просто рассмеялся в ответ. Вот так взял и рассмеялся, словно я сказала что-то очень смешное.

— Поверь, им там сейчас хватает забот и без меня. Не думаю, что они быстро разберутся с последствиями того, что отец немного вышел из себя.

— Немного вышел из себя? — шокированно переспросила я.

— Хорошо, просто вышел из себя. Но мне, как более-менее опытному менталисту, досталось намного меньше, чем другим, поверь мне.

— Но все равно, что ты делаешь тут? — я не собиралась сдаваться. Я была совершенно уверена, что в таком состоянии, после стычки с отцом, Альберту стоит лежать в постели, а не разгуливать по академии.

— Просто отец и ректор ожидают тебя сейчас в кабинете, — Альберт кивнул на дверь, которая виднелась за углом, а у меня внутри все похолодело.

Он сейчас серьезно? Нет, он, наверное, шутит! Точно шутит!

Ведь не мог же глава тайной канцелярии приехать в академию специально ради меня? Это было бы попросту неслыханно, если не сказать больше. Я слишком маленькая пешка.

— Не волнуйся, я сделаю все, чтобы отец не смог на тебя повлиять и тебя никак не задело, — Альберт истолковал мой шок и мое молчание по-своему, и мне это совсем не нравилось, если не сказать больше.

А еще возникал вопрос: почему его отец должен на меня как-то влиять?

Именно его я и задала вслух, хотя совсем не была уверена в том, что хочу на самом деле услышать ответ на этот вопрос. Но он мне был просто необходим. Я должна хотя бы примерно представлять, о чем пойдет речь в кабинете, потому что у меня не было даже никакого намека на что-то хотя бы отдаленно логичное и похожее на правду.

— Все дело в том разговоре, который состоялся между мной и ректором после того, как он увидел нас в лазарете, а также письма, которое он написал моему отцу.

— Даже так? — я была несколько растеряна.

— Видишь ли, ректор решил, что у меня нечестные намерения и что я собираюсь тебя совратить, — заметил Альберт, а я не то что пошла пятнами, я буквально задохнулась от возмущения. Это был подлый удар со стороны ректора. Я честно от него ничего подобного не ожидала. Тем более, что мне уже стало совершенно очевидно: большинство учеников академии не только не заинтересованы в обучении, но даже формально не придерживаются моральных норм и приличий. Но обвинили в этом именно меня и Альберта. Ну это просто ни в какие ворота!

— И он именно об этом написал твоему отцу? — осторожно поинтересовалась я, чтобы убедиться, что правильно поняла и не обманываться насчет того, что меня ждет в кабинете.

— Именно так. Причем, насколько мне удалось понять, это была его отчетливая попытка прекратить наше с тобой общение, — ровно заметил Альберт, а мне