Рапунцель в волчьей стае - Любовь Сергеевна Черникова

В голове само по себе всплыло название — эндуро.

Угадала я, или нет, но этот зверь был способен ехать по пересеченной местности. Лихо спрыгнув с небольшой возвышенности, мотоцикл едва не приземлился прямо на волка и затормозил, раскидывая палую листву и хвою! Хищник успел увернуться и скрылся в темноте за дорогой. Лишь мелькнула его тень в свете фар, неестественно огромная, словно чудовище!

Разве волки такими бывают?

Но на этом странности не закончились. Мимо невозмутимого мотоциклиста пронеслось еще штук шесть или семь здоровенных волков! С изумлением и ужасом я проследила, как они скрылись там же, где и первый.

Да тут, оказывается, целая стая этих монстров бродила! Мамочки!

От осознания, в какой опасности я находилась, «гуляя» по лесу, меня даже замутило. Одновременно пришла запоздалая мысль: «Почему они раньше на меня не напали? Почему прятались?»

Мысль как пришла, так и потерялась… Утонула вместе со всеми прочими под непроницаемым забралом мотоциклетного шлема, за которым скрывались глаза. Еще не видя их, я уже знала — те самые. То, что это Ярослав, я даже не сомневалась. И, похоже, он приехал за мной!

Мотоциклист заглушил технику и снял шлем, подтвердив мою догадку.

— Спускайся! — насмешливо потребовал он.

Помотав головой, я поджала ноги. Он что, с ума сошел? Тут же целая стая хищников бродит! Где гарантия, что они не вернутся?

— Ты будешь слезать, или нет?

— Нет, конечно! — поспешно ответила я.

Кажется, парень хотел что-то еще мне сказать. И я почти догадалась, что именно, но он сдержался. Выдохнул и заговорил снисходительно:

— Златовласка… Или как там тебя? Рапунцель?

— Вера! — выпалила я зло.

Ярослав слез с мотоцикла и протянул ко мне руки.

— Спусти свои косоньки, Рапунцель! — заунывно протянул он, но, не выдержав, прыснул. — Извини, просто ситуация забавная.

Я даже отвечать ему не стала, лишь смотрела неодобрительно и думала, чего я, вообще, нашла в этих наглых глазах? Гораздо лучше было фантазировать, глядя в непроницаемое забрало шлема, чем глядеть в них в реале.

— Ладно, пошутили и хватит. Слезай, я отвезу тебя домой.

— Не могу, — ответила я.

И нет, я не ломала комедию. Просто вдруг поняла, что руки и ноги так затекли и закостенели от холода, что я едва могла ими пошевелить. Но признаваться в этом не хотелось, как и чувствовать себя неуклюжей корягой при надменном красавчике.

— Что значит не можешь? Ты же как-то туда забралась?

Угу! Как будто залезть и слезть — одно и то же. Может, для парней и… например, Лизы, это так, а вот для большинства нормальных девчонок — два разных по сложности действия.

Пауза затягивалась.

— Я сестру жду! Вдруг она пройдет мимо, а я ее не замечу, — придумала я отмазку.

— Твоя сестра не дождется, когда я тебя к ней привезу. Переживает, — заметил Яр и добавил: — Вера, если честно, у меня был непростой день, так что я тоже хочу побыстрее лечь в постель.

— Это как-нибудь без меня! — парировала я высокомерно, но, заметив, как округлились глаза у парня, поняла, что ляпнула ерунду.

Губы Яра растянулись в коварной ухмылке.

— Кхм! Вообще-то, я предпочитаю спать в одиночестве. Лучше высыпаюсь. Но сегодня готов рассмотреть твое предложение.

— Дурак!

— Согласен. Только дурак будет стоять здесь и заниматься какой-то ерундой… — Он красноречиво взглянул на наручные часы. — Ну, я тогда пошел, раз тебе моя помощь не нужна?

Он повернулся и направился обратно к мотоциклу.

Я понимала, что он меня троллит, но от одной мысли просидеть на этом треклятом дереве хоть одну лишнюю минуту, сводило зубы. Когда я повернулась и попыталась нащупать опору, икру резко скрутило судорогой. Вскрикнув, я сорвалась с ветки и полетела на землю!

Полет закончился раньше, чем я ожидала, и на руках у Ярослава, а не на земле.

Долгое мгновение мы просто молчали и не двигались. Слышно было, как глухо стучит в груди его сердце. А мое — перепуганное — трепыхалось втрое быстрее и где-то у горла. Медленно я отпустила его плечо, в которое впилась пальцами, как до этого в ветку. Не нарочно. Скорее инстинктивно.

Яр осторожно поставил меня. Подобрав с земли брошенный шлем, неожиданно нахлобучил его мне на голову. Через затемненное стекло не было видно ни зги!

— Как же ты в нем через лес-то ехал?! Ничего не вижу! — пожаловалась я, поправляя шлем.

— Давай руку, — насмешливо ответил Ярослав и стиснул мои пальцы.

Его ладонь оказалась крепкой и горячей. Мелькнула мысль, что я бы не отказалась, чтобы он подержал и мои ноги тоже. Я так замерзла, что стопы почти не чувствовались. Яр потянул меня за собой, и я едва не завыла от «приятных» ощущений. Икра еще не отошла, и казалось, что в нее впились тонкими коготками сотни разъяренных мышей.

— Ушиблась? — настороженно поинтересовался Ярослав, слушая мои сдержанные подвывания.

— Нет! — поспешно заверила я. — Судорога…

Меня бесцеремонно подхватили на руки и усадили на мотоцикл боком.

— Мы на этом поедем?! — поинтересовалась я, ощупывая сиденье.

— Можно верхом на палочке поскакать, но я все же рекомендую на «этом». Тем более что скакать ты все равно не сможешь.

— Ха-ха! Очень смешно!

Я насупилась, но поняла, что Яр этого не видит. Не удержалась и скорчила ему рожицу, а затем улыбнулась от собственного хулиганства. В шлеме было намного теплее и к тому же вкусно пахло. От этого запаха я против воли балдела. Я неплохо разбиралась в брендах парфюмерии, в том числе и мужской, но никак не могла разобрать, чем пользуется Ярослав?

Одновременно меня начало потряхивать. Не то от холода, не то от нервов.

— Где болит? — поинтересовался Яр тем временем, и его пальцы бесцеремонно пробежались по моим щиколоткам, икрам и коленям.

— Ты что делаешь?! — возмутилась я и вскрикнула, когда он нащупал нужное место.

— Здесь, — констатировал парень мягко с ласкающими слух нотками. — И принялся осторожно массировать.

От уверенных прикосновений горячих мужских рук, боль в ноге отступала. Я закусила губу и замерла, морщась от ощущений, одновременно болезненных и приятных, и не зная, как реагировать. Разум подсказывал, что нужно убираться отсюда как можно скорей. Волки могут вернуться. Такие огромные, они,