Невеста (не) для сына - Аида Янг

Заметив внушительное количество нулей на лоскуте бумаги, она выхватила его из моей руки и бросилась к выходу.

Финал! Занавес!

Я даже был рад, что всё так случилось. Давно было пора покончить с ней.

Сейчас у меня были дела поважнее. Ещё предстояло перевезти Моро и её дочь в другой дом, пока старуха и до неё не добралась. Если это произойдёт, может всё обернуться плохо для меня самого.

— Неужели ты ослеп? — спросила меня миссис Вагнер, когда дверь за Либон захлопнулась. — Или стал падок на силиконовых тупоголовых кукол? Разве мало порядочных женщин?

Я не собирался перед ней отчитываться, но мне нужно было закрыть эту тему навсегда.

— Ни Саманта, ни кто-либо другой меня не интересуют. Можешь не беспокоиться на этот счёт и спать спокойно.

— Именно это меня и беспокоит больше всего. Тебе всего сорок пять и следует жениться. Именно за этим я сюда явилась. Тебе нужен наследник! Тот, кому я смогу передать всё своё состояние.

Неслыханный бред! Со старухой, и вправду, было что-то неладное. В далеком прошлом она была категорически против моего брака, а Гая так и не признала своим внуком. А сейчас хочет меня женить? Теперь, когда я и сам поставил на себе жирный крест и даже не помышлял о подобном?!

— Ты явно не в себе, мама. Пожалуй, я загляну к твоему врачу и переговорю с ним с глазу на глаз, попрошу, чтобы тебе сменили препараты. Эти тебе не подходят.

— Можешь пока издеваться и отрицать очевидные вещи. Но я здесь, чтобы ты передумал и сделал, как я сказала.

Нет, она точно спятила.

— После смерти Оливии и Гая я жить не хочу, о чём ты? Пожалуй, тебе не следует здесь оставаться. Возвращайся в Англию.

— Я никуда не уеду и тебе не позволю этого сделать. Иначе ты знаешь, мне ничего не стоит усложнить тебе жизнь. Я не последний человек в этой стране.

Я не боялся её. Угрозы и запугивания на меня давно не действовали. Но войны с миссис Вагнер я не желал. Какой бы плохой она не была, она являлась мне матерью.

— Слушать не желаю твой бред. Надеюсь, уже через пару дней ты наиграешься и вернёшься к себе.

Не в силах продолжать наш абсурдный разговор, я направился к выходу.

Пусть делает, что хочет. Очень скоро она поймёт, что явилась зря. А мне действительно нужно было переговорить с её лечащим врачом, которого она, наверняка, привезла вместе с собой. Налегке и в одиночестве она не путешествовала, иначе, зачем ей нужно было покупать самолет?

Глава 28

Аими Моро.

Я даже не предполагала, что приезд миссис Вагнер может как-то коснуться меня, но я очень ошибалась. Всё же наивно было полагать, что с приездом госпожи Жаклин меня оставят в покое. Забыла, что я находилась в логове опасного монстра, который может меня в порошок стереть, а его окружение вовсе не райские создания.

— Собери на затылке волосы и следуй за мной, — сказала мне Вирджиния, войдя в комнату, где находились мы с Николь.

Едва пришла в себя после встречи с Вагнером и его матерью, как меня снова куда-то звали.

— Но как же… — посмотрела на дочку. Я не могла её оставить одну. — Она ведь будет без присмотра.

— Не переживай, это не займёт много времени, — попыталась меня успокоить женщина. — Госпожа Вагнер решила устроить смотр работников дома. Оценить масштаб трагедии, как она выразилась. Эта дама не терпит беспорядка и очень требовательна к обстановке в доме. Она тебя видела, ты не можешь не явиться, будут проблемы. Как только всё закончится, вернёшься обратно к Николь.

Такое меня устраивало. Соорудила на макушке быструю прическу, прицепила к волосам невидимками белоснежный чепец и приняла из рук Вирджинии в тон ему фартук.

— Годится, — резюмировала она, оценив мой вид. — А теперь идём, а то нарвёмся на неприятности из-за опоздания.

Я повернулась снова к дочери и печально ей улыбнулась.

— Не волнуйся за меня, мамочка, со мной всё будет хорошо, — сказала малышка, улыбаясь в ответ.

Радовало, что я успела её хорошенько накормить до прихода Вирджинии. Бедный мой ребёнок, как нелегко ей приходится из-за меня.

Кивнув девочке, которая уже переключилась на книгу, лежащую на её коленях, я вышла следом за дико нервничающей женщиной.

По дороге в крыло для прислуги, я уже понимала, что ждать ничего хорошего не стоило. Я уже видела мать Вагнера. Хорошо помнила, как эта старая ведьма на меня смотрела. Впервые чувствовала себя никчёмной букашкой или неугодной её превосходительству, вещью. Пока её взгляд блуждал по моему лицу, я стояла и дрожала как лист на ветру. Не из-за того, что мне было безумно страшно, а из-за того, что впервые меня так скрупулёзно осматривали. Будто пытались просканировать внутренности и найти там изъян. Я ей не понравилась. Всем своим видом она показала это. Но мне повезло, что Вагнер остановил эту старуху, отослав меня прочь, иначе неизвестно, чем бы это могло закончиться.

— В этом доме словно средневековье. За любую провинность выгоняют без капли денег. Стой позади меня и не привлекай к себе внимания, — сказала мне Вирджиния, когда мы оказались в холле вместе с остальными служащими, которые нервно перешептывались и со страхом ожидали прихода миссис Вагнер.

— Хорошо, — ответила ей, понимая, что всё ею сказанное ко мне мало относилось.

Если бы было так, то я непременно совершила бы оплошность, чтобы меня выгнали. Но Вагнер не позволит этого. Я здесь не в качестве прислуги, а как его пленница, которую он считает убийцей своего сына.

— Вот она, — кто-то прошипел из женщин, указывая на меня рукой. — Та, что держали в гостевой прошлые сутки.

— Это из-за неё Саманту сегодня выставили, — прошипела другая, брызгая своим ядом.

— Что? Пришла в дом нянькой, и господин приглянулся? Теперь в постель к нему метишь?

На меня посмотрело не меньше десятка полных ненависти глаз. Кожей чувствовала их антипатию. Кто-то с любопытством смотрел, а кто-то кривил лица, словно я прокаженная.

— Что? — прошептала ошарашено, смотря на них. — Нет…

Должно быть, они меня с кем-то спутали.

— Мечтаешь хозяйкой тут стать? — проговорила снова первая со светлыми волосами и узкими тёмными глазами. — Ну-ну, сейчас тебе ведьма покажет.

Я всё ещё не понимала, что происходит. Они несли откровенный бред, на который даже ответить было нечего. Только кровь отхлынула от лица, а в груди зародилось