Незнакомец под луной - Джуд Деверо

– Привет, – тихо сказал Трэвис, открывая дверь, ведущую в гараж Ким. Она согнулась над рабочим столом, разглядывая что-то золотое через лупу с подсветкой. – Не хотел мешать. Только извиниться за вчерашний вечер.

– Все в порядке, – бросила Ким, не поднимая головы.

– Не в порядке. Я был груб и… полагаю, вел себя слишком покровительственно. Наверное, хотел тебя защитить.

– Ты и Рид, – выдохнула Ким. Как раз то, чего ей не хватало. Двух братиков.

Трэвис оглядел просторное помещение, по стенам которого стояли полки с коробками, два предмета походили на СВЧ, большой сейф в углу, письменный стол с компьютером рядом с высокой стопкой папок и три рабочих стола, нагруженных таким количеством инструментов, которых не было даже у Джо.

– Ничего себе мастерская! – восхитился он. – И все это тебе нужно, чтобы делать украшения?

– Все, что видишь. Честно говоря, мне необходима чертежная доска, но места нет, да к тому же здесь она будет постоянно пачкаться.

Трэвис посчитал, что ей нужно больше естественного освещения. В гаражной двери было всего три небольших стеклянных панели и одно маленькое окошко на дальней стене. Этого явно недоставало, чтобы видеть звезды.

Ким глянула на него и насторожилась:

– Что ты делал целый день?

– Я поехал в магазин к Джо Лейтону и сам не понял, как стал распаковывать коробки и ящики. Вот и провозился почти до вечера.

– У тебя…

Она коснулась головы.

Трэвис на ощупь вытащил из волос три кусочка пластиковой упаковки.

– Эти чертовы штуки меня облепили с головы до ног! Перед уходом Джо заставил меня подметать полы и сминать коробки.

Он плюхнулся на стул у письменного стола.

– Я так не уставал даже после восхождения на Эверест!

– Какая у тебя волнующая жизнь!

Она обрабатывала лежавшее на специальной подушечке со струбцинкой кольцо алмазным надфилем. Под кольцо была подложена черная ткань, на которую падали золотые опилки.

– Пока что эдилинские волнения превосходят все, что я испытал в этой жизни. По сравнению с твоим братиком, который непременно погонится за мной с пистолетом в руке, как только вспомнит, где меня видел, вашим шерифом, желающим, чтобы я спасал покалеченных туристов, и Джо, всячески унижающим меня, потому что я не знаю, что такое эксцентриковый фрезерный станок, мой отец кажется почти ангелом.

– Эксцентриковый шлифовальный станок, – рассмеялась Ким. – Фрезерный – это нечто совершенно иное.

– И ты, Брут! – театрально вздохнул Трэвис, прижимая руку к сердцу.

– Я всего лишь объяснила что к чему, – улыбнулась она.

Он уставился на бумаги и папки на письменном столе.

– Кстати, насчет объяснений что к чему: что это все значит?

– Деньги. Счета, – застонала Ким. – Проклятие моей жизни. У меня была секретарь на полставки, которая все заносила в компьютер, но она вышла замуж и уволилась.

– Уже беременна? – спросил Трэвис. – Похоже, это основное занятие здешних дам. Не пробовали почаще смотреть кабельное ТВ?

– Тебе бы следовало попробовать вообще не смотреть телевизор! – отрезала Ким. – Это так весело!

– Ты как-нибудь должна показать мне, – тихо ответил он.

Ким растерянно посмотрела она него, но он уже сложил папки себе на колени и принялся читать этикетки.

– Не возражаешь, если я загляну внутрь? Я кое-что понимаю в финансовых операциях.

– Если не против видеть, сколько я зарабатываю и сколько трачу на все, от продуктов до бриллиантов, валяй! – беспечно отмахнулась Ким, хотя сердце у нее сжалось. Никогда еще она не позволяла мужчине, если не считать отца, видеть ее финансовые документы. Именно успех был причиной, уничтожавшей все ее романтические отношения.