Поцелуй страсти - Джейн Киддер

Фиона откинулась на спинку стула, изо всех сил стараясь изобразить на лице такую же уверенность в успехе предприятия, какая была запечатлена на лице виконтессы Эшмонт.

Майлз вечером остался дома, чтобы за ужином раз и навсегда поговорить о невозможности брака с Викторией.

Они отведали отварного лосося и спаржи под белым соусом, после чего перешли в любимую гостиную Регины и раскинулись в креслах.

— Итак, дружок, — сказала виконтесса, отпивая из чашки с шоколадом, — о чем ты хотел со мной поговорить?

Майлз, отхлебнув бренди, с ленивой улыбкой осведомился:

— С чего это ты, бабуля, решила, будто я хотел с тобой что-то обсудить?

— Как же иначе? Разве в противном случае ты бы остался дома наедине со старухой?

— Вот тут ты ошиблась. Нет на свете собеседника умнее и интереснее тебя. — Он поднялся с места, обошел вокруг стола и, пододвинув себе стул, уселся рядом с виконтессой. — Однако не стану лукавить. Я и вправду хотел серьезно с тобой поговорить и уверен, ты знаешь, на какую тему.

— О леди Виктории?

— О ком же еще? Мне бы не хотелось тебя расстраивать, бабуля, но скрывать того, что у меня на душе, я тоже не намерен.

— Позабудем на время о тонкостях обхождения, Майлз. Говори все, как есть.

— Коли так, слушай: ни жениться на Виктории, ни ухаживать за ней я не собираюсь. — Заметив, что Регина набрала в грудь побольше воздуха, чтобы с ним заспорить, Майлз поднял руку, призывая ее к молчанию. — Ты позволишь мне высказаться до конца?

Виконтесса кивнула.

— Готов признать, что эта леди меня заинтриговала. Сам не знаю, почему — нам с ней удалось обменяться лишь несколькими связными фразами, — но тем не менее это так.

Не сдержавшись, Регина перебила внука:

— Возможно, потому, что это была единственная в графстве девушка, которая не бросала на тебя восторженных взоров!

— Не хочу спорить, — пожал плечами Майлз, — может, так оно и есть. Скажу одно: как бы то ни было, волочиться за ней я не стану.

Регина приложила все силы, чтобы не выдать своего разочарования.

— Это почему же?

— Потому что через неделю я уезжаю.

— Понятно, — протянула виконтесса. — Ты уже предпринял для этого какие-то шаги?

— Сегодня я зарезервировал для себя каюту на корабле. Поскольку лошадей, которые соответствовали бы моим требованиям, я здесь не нашел, мне остается лишь вернуться в Америку и там продолжить свою работу.

— Послушай, Майлз, — задумчиво сказала Регина, — если бы некая причина заставила тебя пробыть в Англии еще три или четыре месяца, ты стал бы, как ты изволил выразиться, волочиться за Викторией?

Майлз решил, что на этот гипотетический вопрос можно дать утвердительный ответ — ему нетрудно, а старушке радость.

— Разумеется, почему бы и нет? — легкомысленно ответил он.

И по торжествующей бабушкиной улыбке понял, что совершил серьезную ошибку.

— В таком случае, мой мальчик, — сказала виконтесса, — тебе придется снять дорожный костюм и снова нарядиться франтом, поскольку, я уверена, ты сейчас же побежишь к агенту и сообщишь ему, что твой отъезд откладывается.

— Это с какой же стати? — сварливо поинтересовался Майлз.

На губах Регины заиграла победная улыбка.

— Да с такой, мой милый, что в Англию едут твои родители со всеми своими чадами. Сейчас, когда мы с тобой разговариваем, они уже плывут на корабле через океан. — Виконтесса поднялась с кресла, подошла к письменному столу и, взяв письмо Уэлсли-старшего, передала его Майлзу.

Несколько раз перечитав послание, Майлз удивленно поднял глаза на бабушку.

— Не понимаю, с чего это они вдруг снялись с насиженного места?

Регина с самым невинным видом пожала плечами.

— Возможно, потому, дорогой, что они уже целую вечность не были в Англии и им захотелось меня навестить.

— Что ж, — пробормотал Майлз. — Это другое дело. Придется мне, видно, переменить свои планы.

— Я не сомневалась, что так оно и будет, — хихикнула виконтесса, и ее глаза радостно блеснули. — Вообрази только — вся семья соберется на лето под кровом нашего старого дома! К тому же тебе представится возможность поухаживать за Викторией.

Майлз хотел было не слишком лестно пройтись насчет Виктории, но, поглядев на сияющую бабушку, передумал.

В самом деле, почему бы ему и не поухаживать за Викторией — так сказать, в порядке опыта? В конце концов, если Виктория станет с ним полюбезнее, он утрет нос этому щеголю Александру Шоу, который, похоже, не склонен верить в такую возможность!

Ехидно бросив на Регину колючий взгляд, он сказал:

— Похоже, бабушка, ты поймала меня на слове, и от прогулок с леди Викторией мне не отвертеться. Тем не менее я бы хотел, чтобы ты уяснила себе одну вещь.

— Это какую же, мой милый? — доброжелательно осведомилась виконтесса.

— Даже если я и пройдусь разок-другой под ручку с Викторией, это вовсе не значит, что я на ней женюсь.

Регина отмахнулась унизанной перстнями рукой, словно открещиваясь от такой крамольной мысли.

— Бог с тобой, дружок, никто не будет тащить тебя к аналою силком! Я лично верю в то, что природа и время сами все расставят по своим местам.

Майлз рассмеялся и, поднявшись с места, запечатлел на лбу виконтессы поцелуй.

— Да уж знаем мы, ваше лордство, во что вы верите и на что надеетесь. И зря вы приплетаете к вашим рассуждениям природу — она остается для вас авторитетом, лишь пока события следуют начертанным вами курсом!

— Леди Виктория! Лорд Уэлсли хотел бы засвидетельствовать вам свое почтение! — объявила рыженькая Ребекка, останавливаясь в дверях гостиной.

— А кто такой, собственно, этот лорд Уэлсли? — спросил Хэррисон Гилфорд. Он сидел на диванчике рядом с Викторией и держал на колене тарелку с лепешками.

— Ну как же, — повернулась к нему девушка, — Майлз Уэлсли. Вы познакомились с ним у нас на званом вечере.

Хэррисон скривил губы в презрительной усмешке.

— С каких это пор он именует себя лордом?

— Он лично себя так не называет, — сказала Виктория, — просто Ребекка наивно полагает, что всякий, кто приезжает к нам с визитом, носит титул.

— Что ж, в данном случае она ошиблась, — Гилфорд голосом выделил слова «в данном случае».

Викторию несколько покоробило подобное недоброжелательство, но она ничего не сказала Харрисону, а обратилась к служанке:

— Ребекка, скажи, пожалуйста, мистеру Уэлсли, что я не могу его принять. Передай ему также, чтобы на будущее он запомнил — прежде чем являться к даме с визитом, следует сначала послать свою визитную карточку, а не врываться в дом самому.