Волшебный сон любви - Нора Филдинг

В этот момент Чарлз заметил знакомую нелепую юбку, мелькнувшую за шкафом. Значит, дочь владельца здесь? Чарлз даже сейчас, по прошествии стольких лет, ощутил ту радость, которая тогда на него нахлынула. Пат! — хотел крикнуть он, но сдержался.

— Вот она! — взволнованным голосом произнес он.

Миссис Росс оглянулась.

— Где? — удивленно спросила она. — Никого, кроме Триш, не вижу. — Триш! — позвала она, обращаясь к шкафу, — ты представилась дочерью владельца особняка на Кенсингтон-хай-стрит?

— Нет, мэм! — ответила девушка и повернулась.

Чарлз увидел хорошенькую шатенку, ни капельки не напоминающую его вчерашнюю знакомую.

— Триш, подойди! — потребовала миссис Росс. — Объясни, о чем толкует этот джентльмен. Я не понимаю.

Девушка приблизилась. Одета она была точь-в-точь, как Пат, но на этом сходство кончалось.

— Триш Фрейзер, — мило улыбнулась девушка. — Начинающий риелтор. В мои обязанности входит показывать объекты недвижимости, выставленные на продажу. Вас интересует особняк на Кенсингтон-хай-стрит? — спросила она.

— Вы вчера с ней встречались, сэр? — суровым тоном задала Чарлзу вопрос миссис Росс.

— Нет, но та девушка была одета точно так же, как и вы, мисс Фрейзер, — ответил Чарлз, подчеркнуто обращаясь только к Триш. Миссис Росс он проигнорировал. Ему не понравилась ее идея устроить ему перекрестный допрос.

Триш равнодушно повела плечами.

— Я не претендую на оригинальность, сэр, — скромно заметила она.

— Так что вы хотите, сэр? — раздраженно спросила миссис Росс. — Поговорить об особняке на Кенсингтон-хай-стрит или продолжить интрижку?

— Не было никакой интрижки! — возмутился Чарлз. Ему захотелось поставить миссис Росс на место. Неожиданно для себя он заявил: — Я пришел поговорить о покупке этого особняка, а не обсуждать свои личные встречи.

— Отлично! — миссис Росс радостно улыбнулась и уже воркующим тоном проговорила: — Вы делаете великолепный выбор, сэр. Поверьте, я продала много особняков, но этот дом самый лучший. Вам в нем будет очень удобно.

— Да, сэр, этот дом необыкновенный. Он и мне запал в душу, — внесла свою лепту в восхваление особняка Триш.

Чарлз уловил неискренность в их восторгах, но от своего намерения не отступил. У владельца дома при оформлении купчей он не спросил о его дочери — побоялся, что миссис Росс примет его за человека со странностями.

С того дня прошло немало времени, но он, как ни странно, не пожалел о своей покупке. Он никогда больше не встречал Пат, да и не думал о ней. Только сейчас он почему-то о ней вспомнил. Интересно почему? — задал себе вопрос Чарлз и не нашел ответа.

Постепенно его мысли перешли на Элис. Ей тоже сейчас несладко. Какой же негодяй, этот Том! Завлек в сети бедную девушку и бросил! Недаром он никогда не нравился Чарлзу. Почему жизнь устроила им эту злополучную встречу? Ведь Дэвид не самый близкий его друг, но, к сожалению, он все время крутился на его орбите. А однажды с ним появился Том, его кузен. Судьбе было угодно сделать так, что Элис появилась здесь именно в тот момент, когда те двое сидели у него в гостях. А теперь она страдает. И зачем Тому потребовалась Элис, когда у него есть Патриция? Чарлз убил бы этого подонка, если бы не эта женщина.

На протяжении всего времени, что прошло после их встречи в магазине, она не выходит у него из головы. Мысленно он продолжал держать ее в своих объятиях, целовать нежные душистые, отдающие земляникой губы, ощущать шелковистую кожу. Как он мучился, пытаясь понять, почему она убежала от него так внезапно! Он перебирал в памяти мельчайшие детали их встречи и не находил ключа к этой тайне.

— Чарли, к тебе можно? — послышался голос Элис, которая в обычной своей манере не стала дожидаться его разрешения, а уже открыла дверь и появилась в его спальне.

— Элис, почему ты врываешься ко мне. Может быть, я раздет или не один?

— Какая разница, Чарли, если все пропало? — горестно ответила Элис и бросилась рядом с ним на кровать.

— Как, какая разница? Ты должна вести себя сдержанно...

— И воспитанно. Ты зануда, Чарли!

— Элис! — одернул ее Чарлз. — Выбирай выражения!

— Вся моя жизнь пошла коту под хвост, а ты продолжаешь меня воспитывать, как будто я еще маленькая девочка. Ты когда-нибудь был влюблен?

— Элис, как ты смеешь?!

— Смею, Чарли, смею! Если бы не ты, женой Тома стала бы я, а не эта ободранная кошка.

— Она не ободранная кошка, а самая прекрасная женщина на свете! — с жаром воскликнул Чарлз.

Элис это высказывание заинтриговало. Любопытство всегда было одной из основных черт ее характера. На мгновение даже собственная боль притупилась в ее сердце.

— О ком это ты, Чарли? — ласково спросила она.

— О ней! Она перевернула мне жизнь, — не в силах больше сдерживаться, проговорил Чарлз.

— Ой как я рада! Наконец-то ты становишься похожим на человека! — Элис захлопала в ладоши и вскочила с кровати.

— Не говори ерунды, Элис. Женщины любят преувеличивать. Я справлюсь с этой проблемой.

— Любовь не проблема, Чарли, а счастье!

— Это видно по тебе, Элис! Какое такое счастье дал тебе твой негодяй? Пудрил тебе мозги?

— Я понимаю лишь одно: любовь тебя изменила. Ты стал говорить как живой человек, а не как воплощение английской благовоспитанности, — продолжала смаковать потрясшую ее новость Элис.

— У тебя никогда не было мозгов! Если бы он тебя любил, он не встречался бы с другой, — продолжал гнуть свою линию Чарлз.

— Том женился только позавчера. Если бы ты не шпионил за мной, не стерег бы меня, его женой стала бы я!

— Это он тебе наврал, что женился буквально на днях?

— Не он, а твоя несравненная Пат! — злорадствуя, отчеканила Элис.

— Как ты сказала ее зовут? Пат?

Элис на миг даже онемела.

— Ты... не знал ее имени? — еле выдавила из себя Элис и покатилась со смеху. — Так тебе и надо! — немного успокоившись и вытирая выступившие на глазах слезы, сказала она и добавила: — Любовь зла! Ты ее не признавал, вот она и отомстила тебе.

Чарлз промолчал. Он никогда не связывал ту давнюю историю с захватывающим дух знакомством с Патрицией. Слова Элис натолкнули его на мысль, которая давно уже должна была бы прийти ему в голову. Неужели его Патриция и та Пат одно и то же лицо? Юное восторженное существо с Трафальгарской площади, которое он и не запомнил-то, экстравагантная девица, то ли дочь бывшего владельца теперешнего его особняка, то ли самозванка, неизвестно как попавшая в дом и решившая мнимым родством возвыситься в его глазах, и женщина, в которую, по всей видимости, он имел несчастье влюбиться, — это один и тот же человек?