Ее Величество Любовь - Алекс Стрейн

— Зачем?

— Чтобы мы могли посмотреть, как развивается беременность. Вы в первый раз увидите своего малыша — живого, дышащего и все чувствующего.

Кейт почувствовала, как слезы покатились по щекам.

— Простите…

— Излишняя эмоциональность свойственна беременным, — почти весело пояснил врач. — Старайтесь не подвергать себя стрессам, нагрузкам, больше гуляйте на свежем воздухе, слушайте приятную музыку, принимайте витамины. Сейчас вы пойдете с Джой, нашей медсестрой, а когда мы получим результаты всех исследований, думаю через часик, я дам вам окончательные рекомендации.

— Доктор, вы ведь хорошо знаете Грея?

— Да, я прекрасно знаю его и всю их семью. Что вас беспокоит?

— Вы ведь ничего ему не скажете?

— Существует такое понятие, как врачебная тайна…

— Извините.

— Ничего. Но ведь, поскольку… э-э-э… он… — врач замялся, прокашлялся, — он отец вашего ребенка, вам придется сказать ему. Грей будет хорошим отцом, он прекрасно ладит с детьми. Я в этом убедился, глядя, как он нянчится со своими племянниками.

— Я скажу, только мне нужно время.

Все еще оглушенная, Кейт вышла из кабинета врача и прислонилась к стене. Грея не было видно. Потрясение оказалось слишком велико, и она вновь почувствовала нарастающую тошноту. В конце коридора она видела дамскую комнату и бросилась туда. Выросший как из-под земли Грей перехватил ее на полпути.

— Ты куда?

— Я что, и шага не могу сделать без твоего позволения? — огрызнулась Кейт. — Мне нужно в туалет.

— Что сказал доктор?

— Со мной все в порядке, небольшое переутомление. Мне только необходимо сделать кое-какие анализы.

— Кейт, ты говоришь мне правду?

— Мы можем поговорить об этом потом?

Она исчезла за дверью. Грей остался дожидаться — неизвестно, что Кейт может выкинуть и не скроется ли она прямо из клиники. Вышедшая из дамской комнаты Кейт своей бледностью напоминала привидение. Она пошатнулась, и Грей поддержал ее.

— Куда тебе надо сейчас?

— Сдавать анализы.

Появление улыбающейся медсестры избавило Кейт от дальнейших расспросов Грея.

Когда они ехали обратно, Грей молчал, что вполне устраивало Кейт. В ее кармане находилась распечатка с ультразвукового аппарата. Маленький комочек, совсем крохотная частичка жизни, ее ребенок. Слезы опять подступили к глазам, и Кейт попыталась успокоиться. Все анализы были в норме, а значит, все будет хорошо.

— Что сказал доктор?

— Что у меня небольшое переутомление.

— Переутомление?..

— Да. В последнее время я много работала, плохо ела и мало спала.

Некоторое время Грей молчал.

— Тогда начнем исправлять это сразу, как только приедем. Ты будешь много есть, спать, отдыхать. Ты не забыла, что мы заключили временное перемирие?

— Не забыла.

— Тогда позволь пригласить тебя разделить со мной трапезу.

— Милорд желает, чтобы я подобающе оделась? — насмешливо осведомилась Кейт.

Грей медленно оглядел ее с головы до ног, и сердце Кейт загрохотало от этого взгляда.

— Я думаю, не стоит.

Войдя в дом, они сразу прошли в столовую.

— Я подумал, что нужно начать с легкой еды, раз уж ты так долго морила себя голодом.

Перед собой Кейт увидела омлет.

— Ты правильно подумал. — Она съела маленький кусочек и заметила, что Грей наблюдает за ней.

— Что-то не так?

— Все нормально, ешь.

Кейт медленно ела и думала о том, что скоро начнет новую жизнь, в которой не будет одинока — с ней будет ее малыш. Она представила розовощекого карапуза, с пухленькими ручками и ножками, улыбающегося и довольного. Ее малыш… Горло сдавило, аппетит пропал. Кейт отодвинула тарелку.

— Не вкусно?

— Омлет восхитительный, но я не очень голодна.

Она заметила, как Грей напряженно вглядывается в ее лицо, и испугалась. Задумавшись о ребенке, она не контролировала свое лицо. Кейт заставила себя успокоиться — не догадается же он, о чем она думает! А вот разговор надо начать сейчас, пока у Грея подходящее настроение. И она словно в омут с головой нырнула:

— Грей, мне нужно поговорить с тобой.

— Я ждал этого.

— Ждал?

— Все у тебя на лице написано, дорогая.

— Не называй меня дорогой, — автоматически поправила она.

— Тебе не нравится?

— Дело не в этом. Я хочу просто поговорить, а не препираться.

— Что ж, давай поговорим.

Кейт заговорила — осторожно, тщательно подбирая слова и контролируя чувства.

— Грей, с недавнего времени моя жизнь пошла кувырком. Я… то есть мы пережили трудные времена. Все, что с нами происходило на острове, наложило определенный отпечаток на наше поведение. Столь скоропалительные отношения, влечение, возникшее там, это следствие стресса. Все наши слова и поступки были продиктованы сложившимися обстоятельствами. Грей, но сейчас все закончилось. То, что мы пережили, осталось в прошлом, в той жизни. Мы вернулись в наш мир, и нам нужно жить, как прежде. Тебе не следовало привозить меня в свой дом, я хочу быть свободной.

Это оказалось больнее, чем она думала. Кейт говорила — и словно сама всаживала нож себе в сердце, все глубже и глубже, предавая свои истинные желания и чувства.

— Ты говоришь чушь! — прогремел Грей. — Позволь мне самому судить о своих чувствах. «Влечение», как ты это называешь, захватило меня, когда я только увидел тебя в аэропорту, и все последующие события не имели к этому никакого отношения.

— Но я не хочу быть объектом твоего «влечения»! — воскликнула Кейт. — Это было просто временное помешательство под воздействием обстоятельств. Я не хочу продолжать наши отношения, я не хочу быть с тобой, — не выдержав, закричала она, — я хочу уехать!

— Помешательство? Возможно. Но я не позволю тебе уехать.

— Ты не можешь распоряжаться моей жизнью, ты мне никто.

Лицо Грея окаменело.

— Могу, я могу распоряжаться ею.

Она увидела, как он поднимается, и рванулась прочь, но не успела. Кейт выставила руки вперед, как бы защищаясь от Грея, а он наступал, заставляя ее пятиться.

— Грей, не надо, перестань…

Он схватил ее за вытянутые руки и рванул на себя. Увидел, как меняется выражение ее глаз, как разгораются в них угольки гнева. Что ж, прекрасно, она хочет сражения — она его получит. Он не отступит.

— Кейт, я никогда не отпущу тебя, пойми это.