Свадьба со взломом - Сандра Джоунс

Вообще-то, она спрашивала себя, но Мейсон с готовностью ответил:

– Если хочешь, оставайся здесь.

Она огляделась по сторонам, словно оказалась здесь впервые и никогда об этом не думала.

– Здесь?

– Живи в этом доме сколько захочешь. Я договорился с одной женщиной в поселке. Она будет убираться в доме, и закупать продукты.

Звучит неплохо… Особенно если на выходные сюда будет приезжать Мейсон. Только Флоренс показалось, что в его сценарии этого нет. Остаться здесь?

– Не знаю… – не сразу ответила она. – Пожалуй, это не лучший вариант. Придумаю что-нибудь…

Хотя какой смысл строить планы? Скорее всего, завтра она уже будет с родителями. Никуда не денется. Увы! Сказка кончилась.

Словно прочитав ее мысли, Мейсон сурово сказал:

– Нет, Флоренс, назад ты не вернешься. Нельзя идти у них на поводу.

– Легче сказать, чем сделать, господин прокурор! – Она вздохнула. – Поживем – увидим.

Долго ждать не пришлось. Через пару минут за окном послышались голоса. У Флоренс от волнения перехватило дыхание. Она бросилась к окну: первым шел Генри, за ним, неловко ступая по гравиевой дорожке на высоченных шпильках, семенила мать. И как всегда при встрече с ней Флоренс почувствовала укол совести: она любит мать, но не слишком уважает ее как личность.

Ей захотелось спрятаться. Или убежать далеко-далеко и больше никогда их не видеть. Но Мейсон прав: она должна встретить их с достоинством. Флоренс сосчитала про себя до десяти и вышла на веранду.

– Привет! – бодрым тоном сказала она.

– Флоренс! Хорошо, что мы тебя застали! – обрадовался Генри. – Я был уверен, что ты здесь. Сделай милость, объясни своей матери, почему ты сбежала. А то она винит во всем меня! Говорит, мол, я тебе помогал.

– А разве нет? – капризным тоном возразила Синтия. – Ну, здравствуй, беглянка!

– Флоренс, скажи, ну разве я тебе помогал? – стоял на своем Генри. – Да у меня и в мыслях этого не было! Скажи ей это сама!

Флоренс смотрела на мать и думала: все как всегда. Иногда в ее присутствии она ощущала себя нашкодившим ребенком, иногда, напротив, совсем взрослой – взрослее матери. Но всегда, при любых обстоятельствах, любила ее. От этого никуда не денешься.

– Мама! Генри не имеет к этому никакого отношения. Даю слово.

Синтия извлекла из сумочки белоснежный кружевной платочек и промокнула пот на лбу. Мейсон с интересом разглядывал ее. Прекрасно сохранилась. Красивая, холеная, элегантно одетая и вся как елка увешанная драгоценностями… Если Флоренс в мать, она еще долго будет молодой и привлекательной.

– Нет, это уму непостижимо! Чудовищный поступок! – заявила Синтия, взирая на дочь сквозь зеркальные темные очки. – Как ты могла так обойтись с родной матерью!

– Мама, лично тебе я ничего плохого не сделала. – Флоренс удалось подавить охватившую ее панику. Она всегда чувствовала себя ужасно, когда разочаровывала родителей. – Я подвела Стэнли. И мне жаль, что все так вышло, но… но, будь свадьба сегодня, я бы поступила точно так же.

Синтия воздела глаза к небу.

– Дочь! Я чуть с ума не сошла! – с пафосом продолжила она, как будто и не слышала объяснений. – Как ты могла так поступить?! Нет, это за пределами моего понимания.

От нескончаемых упреков матери Флоренс, как в детстве, захотелось заткнуть уши и закрыть глаза. И представить себя где-нибудь далеко-далеко отсюда. Было больно и обидно. Она повернулась к Мейсону за поддержкой и он, выступив вперед, взял ее за локоть и представился:

– Добрый день, миссис Хэзлтон! Меня зовут Мейсон Кроули. Не хотите ли зайти в дом?

На улице жарко. Сядем и поговорим обо всем спокойно…

Смерив его взглядом, Синтия соизволила согласиться:

– Действительно, почему бы и нет? – Однако до благодарности не снизошла, поскольку не поняла, кто он такой и какое отношение имеет к случившемуся. Они вошли в гостиную и сели – Синтия с Генри на диван, Флоренс и Мейсон в кресла напротив, – и Синтия вдохновенно продолжила свою партию: – Флоренс! У меня нет слов, чтобы выразить, что я перенесла по твоей милости! Ты поставила меня в идиотское положение. Ума не приложу, что сказать Мэгги Мак-Килак! Ведь она мне не просто родственница, но и давняя подруга! Какой удар судьбы! – Она заломила руки. – Моя дочь ни с того ни с сего бросает сына моей любимой подруги! Ты поставила под удар нашу многолетнюю дружбу. Скажи, ну как мне теперь смотреть ей в глаза?

Так вот почему эта страдалица не снимает черные очки! – усмехнулся про себя Мейсон.

– Вчера Мэгги устраивала в мою честь ланч, – продолжила горестное повествование Синтия. – Представила меня всем своим друзьям. Флоренс, вообрази, каково было мне? Само собой разумеется, все проявили такт и понимание. И мне не пришлось объяснять, почему моя дочь устроила такое… – Не сумев найти подходящее слово, она поменяла интонацию и повторила, вложив во фразу всю свою боль: – Устроила такое. – Выдержав эффектную паузу, она возопила: – Какой стыд! Все сидели и таращились на меня. Представляешь, что я пережила?

Флоренс нервно улыбнулась и, заправив волосы за уши, спросила:

– А почему вы не отменили ланч?

– Отменить ланч? – вскинув брови, переспросила Синтия. – Что за дикая мысль! Ведь его назначили три недели назад. И разослали всем приглашения. Как это можно отменить ланч?

Флоренс взглянула на Мейсона, и он прочел в ее глазах: «Вот видишь? Что я тебе говорила!».

– Мама, ну раз уж невеста сбежала со свадьбы, ланч все-таки нужно было отменить, – заметила Флоренс. – Позвонили бы гостям и объяснили все как есть. Ведь это еще не конец света…

Однако для Синтии, дамы до мозга костей светской, отмена ланча граничит со святотатством.

– Дочь, ты несешь несусветную чушь! Отменить ланч мы не могли. И, между прочим, он прошел прекрасно. – Она горделиво выпрямилась. – Дивный был ланч!.. Не считая того, что на меня все пялились.

Флоренс с трудом подавила нервный смешок. У Генри начался приступ кашля, и Мейсон проводил его на кухню. Воспользовавшись их отсутствием, Синтия доверительно поведала дочери:

– Знаешь, Фло, я жутко разочаровалась в Генри. – Она шумно вздохнула. – Если бы ты только знала, как тяжело терять иллюзии! Оказалось, он совсем не тот человек, который мне нужен.

– Вот как? – Флоренс порадовалась, что Мейсона нет рядом. Будь он тут, она бы посмотрела на него и наверняка бы рассмеялась. А обижать мать не хотелось. – Кто бы мог подумать!

– Представь себе! Так ошибиться! – Синтия скорбно покачала головой. – Видно, я хотела слишком многого… Жаль. Я думала, Генри мне подходит. Вначале он казался таким внимательным…

Флоренс с сочувствием взглянула на мать и отважилась предположить: