Девушки начинают и выигрывают - Натали Крински

Бонни давится апельсиновым соком. Глаза у нее лезут на лоб.

— Так почему теперь ты ненавидишь мужчин? — в растерянности интересуюсь я.

— Хуже мужика в постели у меня не было, — с каменным выражением лица отвечает Вероника.

— Ну, технически ты с ним не спала, — встревает Кара, — так как вы все же скорее стояли, чем лежали.

— Когда это я сказала? — язвительно парирует Вероника.

— Класс.

— Послушай, то же самое ты говорила про всех своих четырех последних парней, — замечаю я.

— Знаю, — соглашается она, — мужской пол обречен. В смысле, очень трудно найти человека. Правда. Давайте смотреть правде в глаза.

— Женщины сложнее мужчин, — медленно начинаю я.

— Мне плевать, кто сложнее; если он собирается устроить целое представление, покупая мне выпивку, а потом прижимая к стенке, он должен знать, что делает.

— Первый раз обычно всегда бывает неудачным, — говорю я.

— Если первый раз неудачный, зачем вообще нужен второй? — ядовито спрашивает Вероника.

Ответа у меня нет.

— И что ты сделала? — спрашивает Бонни, вид у нее, как у человека, только что увидевшего аварию на дороге. Ей хочется посмотреть, но она знает, что это неприлично.

— Изобразила оргазм.

Я в шоке таращу на Веронику глаза. У нее много чего чужого — ногти, сиськи, средства, — но фальсифицировать еще и оргазм? Это впервые.

— Знаю, — говорит Вероника, встретившись со мной взглядом, — я тоже не могла этому поверить, но взяла и сделала. Я как будто потеряла контроль над своим телом.

— Ты? — потрясена я. — Ты же королева без фальши. Настоящая стерва. Честная девушка.

— Знаю! — восклицает она. — Но мне так все надоело. Я так разозлилась, что просто не могла больше это терпеть. Да и его мне стало жалко. Он так трудился, с такой смешной надеждой на лице, что я взяла — и изобразила.

— В туалете, да?

— Да.

— Громко кричала?

— Достаточно громко.

— И что это значит?

— Ну, достаточно громко, чтобы привлечь второго парня, с которым я изобразила это вчера вечером.

— Ну все, хватит! — вскрикивает Бонни. — Я больше не могу этого слышать. Нам еще на тейлгейт идти, а меня стошнит, если я услышу продолжение этой истории.

— Я под впечатлением, — признаюсь я.

Теперь очередь Бонни пинать меня.

Если не считать того, что до ужаса холодно, сегодня роскошный день для матча «Гарвард−Йель».

Мы с Лизой, как предписывает традиция, обходим тейлгейт-парти, приветствуя старых друзей и возлюбленных.

Все началось часа три назад, когда было действительно холодно, но в настоящий момент мы уже влили в себя достаточно кофе с ликером «Франджелико», чтобы вообще ничего не чувствовать.

Мы находимся в центре огромного поля рядом с Гарвардским стадионом. По периметру поля стоят грузовички с пивными бочонками, дешевой водкой и сухопарыми парнями, рассказывающими о братствах, к которым они принадлежат. «Тимоти Дуайт», «Силлимен», «Сейбрук», «Трамбулл», «САЭ», «Сиг Эп. Бета». Этот список бесконечен. На верху каждого грузовичка, как это принято на тейлгейт-парти, сидит самый пьяный из компании и во всю глотку призывает друзей подняться к нему. В последний раз я предприняла попытку забраться на такой грузовичок на прошлогоднем матче «Гарвард−Йель». Скажем так, получилось не слишком удачно. С другой стороны, если вам очень уж нужны подробности, то на полпути к вершине я поскользнулась на пролитом пиве и съехала вниз по капоту, стащив за собой бедного (и очень красивого) парня, который помогал моему восхождению. Мы приземлились в грязь, вокруг сразу же собралась толпа, призывавшая нас к мад-рестлингу. Я едва избежала этого безумия, умудрившись лишиться отличного минета (всухую), погубив джинсы и оставшись в блузке, спереди залитой пивом.

Я поднимаю взор на грузовик «Беты» и прищуриваюсь от слепящего солнца. Наверху идет оживленная игра в пиво-понг[17]. Новички против членов братства. Братья одерживают вверх. В совокупности у них восемнадцать лет питья против несчастных первокурсников, у одного из которых серьезные проблемы с поддержанием вертикального положения.

Я мысленно даю себе обещание вернуться сюда попозже. Надеюсь, что смогу показать вам, что с целеустремленностью у меня все в порядке, когда речь идет о пиво-понге.

Лиза рядом со мной курит сигарету и прихлебывает свой седьмой коктейль из кофе и «Франджелико».

Она на удивление органично выглядит здесь в своей не по размеру большой йельской футболке и ботинках на меху.

— Мне нужно пописать, — сообщает она.

— Горшки там. — Я указываю на кабинки, внушительными рядами выстроившиеся ярдах в пятидесяти впереди от нас.

Ничто так не заставляет работать почки, как три литра пива на пустой желудок.

Это напоминает мне о том, что я проголодалась.

— Туда я не пойду, — непреклонно заявляет Лиза. — По-моему, это самое отвратительное изобретение за всю историю человечества.

— Хуже, чем клипсы для сосков? — поддеваю я Лизу.

— Что?

— Ничего.

Она как-то странно смотрит на меня.

— Ну, и молчи тогда. Снова писать за грузовиком я не стану. И в первый-то раз было унизительно.

— А как насчет того «ягуара»? — спрашивает она, указывая на до смешного дорогой автомобиль кого-то из студентов. На табличке с номерами значится «Йель 92». Другими словами: «Привет! Я заработал кучу денег во время Интернет-бума. Кроме того, у меня пересажены волосы — по 3000 долларов за штуку. Как тебя зовут?»

— А почему бы и нет, — отвечаю я.

— Хлоя, — говорит она, серьезно глядя на меня, — неужели я тебя ничему не научила?

— А что?

— Если ты хочешь помочиться, делай это стильно, моя дорогая.

— Заткнись.

В этот момент к нам подбегает Кара, сопровождаемая Первокурсником Питером.

— Это недоумок так и таскается за мной, — шепчет она нам.

Лиза выставляет ногу, и бедный Питер падает, а Кара улепетывает.

Мы что, в средней школе? Я помогаю ребенку подняться, прекрасно зная, что он чувствует.

— Не ушибся? — спрашиваю я.

— Мне нехорошо, — отвечает он.

О, черт! Судя по виду несчастного, ему предстоит серьезное свидание с фаянсовой богиней.