После - Анна Тодд

Я вскакиваю и протираю глаза. Ной, это Ной. А вовсе не Хардин.

– Ты совсем засыпаешь, а я не могу тут ночевать, – говорит он мягко, поглаживая меня по щеке.

Я хочу, чтобы он остался, но боюсь, что буду разговаривать во сне. Ною в голову не приходит, что можно остаться в моей комнате. Они с Хардином – полные противоположности. Во всем.

– Я тебя люблю, – говорит он.

Я киваю, снова опускаюсь на подушку и проваливаюсь в сон.

На следующий день я просыпаюсь от звонка Ноя. Он сообщает, что выходит. Я выкатываюсь из кровати и спешу в душ. Интересно, что мы будем сегодня делать? Здесь не особо интересно, если не выезжать в город; может, стоит написать Лэндону и спросить, чем тут можно заняться, кроме вечеринки в братстве? Он – единственный мой друг, кто может это знать.

Решаю надеть серую юбку в складку и простую синюю рубашку, голос Хардина в моей голове, высмеивающий мой простенький наряд, игнорирую.

Ной ждет меня в коридоре возле моей двери, когда я возвращаюсь из душа с полотенцем на голове.

– Прекрасно выглядишь, – говорит он с улыбкой, кладя руку мне на плечо.

– Мне нужно еще сделать укладку и накраситься, – сообщаю я, схватив косметичку Стеф, которую она, к моей радости, не взяла с собой. Теперь, когда я знаю, что мне нравится из косметики, надо завести себе свою.

Ной терпеливо сидит на моей кровати, пока я сушу голову и завиваюсь. Я отрываюсь от макияжа и целую его в щеку.

– Чем хочешь сегодня заняться?

Я докрашиваю глаза и снова берусь за гребень.

– Колледж хорошо на тебя влияет, Тесса. Ты никогда не выглядела лучше, – говорит Ной. – Не знаю, можно сходить в парк и куда-нибудь еще, а потом поужинать.

Смотрю на часы. Уже час дня? Я пишу Стеф, что меня не будет большую часть дня, она отвечает, что не появится до завтра. Все выходные она теперь проводит в братстве.

Ной открывает свою «Тойоту». Его родители считают, что это самый безопасный автомобиль, последняя модель. Безупречный салон, никаких потрепанных книг и грязной одежды. Мы едем искать парк, который где-то неподалеку. Это тихий уголок, с наполовину пожелтевшей травой и несколькими деревьями. Когда мы останавливаемся, Ной спрашивает:

– Слушай, когда ты собираешься подыскать себе машину?

– Думаю, на этой неделе. И на этой неделе я собираюсь устроиться на работу.

Я молчу о стажировке в VancePublishing, о которой упоминал Хардин. Не знаю, могу ли я еще на нее рассчитывать, а если могу, то как сказать об этом Ною.

– Это хорошая новость. Дай мне знать, если тебе понадобится какая-то помощь.

Мы обходим парк, потом садимся за столик. Ной болтает, я киваю в ответ. Я по большей части не слежу за разговором, но Ной, кажется, этого не замечает. Потом мы снова гуляем и в итоге оказываемся возле небольшой речки. Я иронически фыркаю, и Ной смотрит на меня с недоумением.

– Не хочешь поплавать? – спрашиваю я, сама не зная зачем.

– Здесь? Ни в коем случае, – говорит он, смеясь.

Я отодвигаюсь от Ноя, мысленно ругая себя. Мне нужно перестать сравнивать его с Хардином.

– Да шучу я, – вру я и веду его дальше по тропке.

Около семи мы решаем заказать пиццу, а потом отправиться ко мне и посмотреть классику: Мэг Райан влюбляется в Тома Хэнкса на радио-шоу. Я уже умираю от голода, и когда привозят пиццу, съедаю почти половину.

На середине картины звонит мой телефон. Ной тянется и берет трубку раньше меня.

– Кто такой Лэндон? – спрашивает он.

В голосе нет подозрения, одно любопытство. Ной меня никогда не ревновал, в этом не было необходимости.

Пока не было, напоминает подсознание.

– Приятель из колледжа, – отвечаю я.

Зачем Лэндону звонить так поздно? Он никогда не звонил мне, разве что конспекты сравнить.

– Тесса? – громко говорит Лэндон.

– Привет, все в порядке?

– Эээ, ну, на самом деле нет. Я знаю, у тебя Ной, но… – Он колеблется.

– Что случилось, Лэндон? – Сердце колотится. – Что с тобой?

– Дело не во мне. А в Хардине.

Я замираю.

– Х-хардине? – заикаюсь я.

– Да, если я дам тебе адрес, ты сможешь приехать? Пожалуйста!

Слышу какой-то шум на заднем плане. Спрыгиваю с кровати и обуваюсь прежде, чем успеваю что-то сообразить. Ной тоже поднимается и с сочувствием на меня смотрит.

– Лэндон, Хардин тебя побил? – Мой мозг не может представить себе, что еще может произойти.

– Нет-нет, – говорит он.

– Напиши мне адрес, – успеваю я сказать и снова слышу только шум.

Я обращаюсь к Ною.

– Ной, мне нужна твоя машина.

Он поворачивается ко мне.

– Что-то случилось?

– Не знаю… что-то с Хардином. Дай мне ключи, – требую я.

Он достает из кармана ключи, но потом говорит настойчиво:

– Я с тобой.

Я вырываю ключи у него из рук и качаю головой.

– Нет, ты… Я должна поехать одна.

Мои слова его ранят. Я вижу, он переживает. И я знаю, что оставлять Ноя в общежитии неправильно, но единственное, о чем я могу сейчас думать, это о том, что мне надо добраться до Хардина.