Принцесса на стажировке - Мэг Кэбот

– Неужели?

Но я маму заверила, что на этот раз на сердце у бабушки было только добро. В конце концов, если моя избирательная кампания поможет отвлечь внимание прессы от истории с исключением Дженовии из Евросоюза, дело того стоит. В некотором роде. Но мама, кажется, все равно не поверила в мою версию.

– Миа, если ты хочешь отказаться от выборов, только скажи, я об этом позабочусь.

При желании мама может выглядеть очень устрашающе, даже если на ее груди висит на перевязи такой очаровательный малыш, как Рокки. Честно, если бы мне пришлось выбирать между дебатами с Ланой и дебатами на какую-нибудь тему с мамой, я бы не раздумывая выбрала Лану.

– Не надо. Мама, все в порядке, – сказала я. – Я в полном порядке. Правда. Так что… Ты собираешься разыскать Венделла, когда вернешься в Версаль?

Мама была занята тем, что освобождала ножку Рокки, запутавшуюся в тибетских молитвенных флагах, которые она повесила к его перевязи.

– Кого? – переспросила она.

– Венделла Дженкинса.

Поверить не могу! Она даже не помнит мужчину, которому подарила цветок своей невинности!

– Он по-прежнему живет в Версале. И Эйприл тоже. Он работает в электрической компании. Ты знала, что Эйприл выбирали кукурузной принцессой?

Маму мои слова, кажется, позабавили.

– В самом деле, Миа? Откуда ты все это знаешь?

– Задала поиск людей в Интернете. Если наткнешься на Эйприл, не забудь ей сказать, что ты теперь мать принцессы Дженовии. Это гораздо круче, чем быть кукурузной принцессой, даже если они собираются выкинуть нас из Евросоюза.

– Обязательно так и сделаю, – сказала мама. – Так ты уверена, что с тобой все будет в порядке? Если ты не хочешь, чтобы я летела в Версаль, я не полечу.

Я заверила ее, что со мной все будет хорошо. В это самое время вернулась медсестра Ллойд и, увидев маму, стала говорить ей примерно то же, что и я. Потом мы разрешили медсестре немного поворковать над Рокки, потому что он самый милый ребенок на свете и всякий, кто его видит, просто не может над ним не поворковать. После этого мама ушла, и я снова осталась с медсестрой Ллойд.

Это напомнило мне о том, что есть вещь, которую мне необходимо выяснить, и профессиональный медик – самый подходящий человек, которого можно об этом спросить, поскольку компьютера под рукой не было, и я не могла задать поиск в Интернете.

– Медсестра Ллойд, – начала я с термометром во рту – она велела мне померить температуру, чтобы проверить, действительно ли я здорова и меня можно отправить обратно в класс.

– Что, Миа?

Она стала считать мой пульс, засекая время по своим часам.

– Это правда, что если студенты колледжа не будут заниматься Этим, оно накапливается?

Медсестра Ллойд фыркнула.

– Неужели такие слухи все еще ходят? Миа, ты бы должна уже кое-что понимать, ведь у вас были уроки здоровья и безопасности?

– Так это… это не правда?

– Конечно нет! – Она отпустила мое запястье и вынула у меня изо рта термометр. – И если кто-нибудь будет говорить тебе, что это так, не слушай. И вот еще что, если презерватив долго носили в бумажнике, его нужно заменить на новый. Когда бумажник лежит в кармане, при движении возникает трение, и в латексе могут возникнуть микроскопические трещины.

Я смотрела на нее с открытым ртом. ОТКУДА ОНА ОБ ЭТОМ ЗНАЕТ?

Она посмотрела на термометр и сказала:

– Я уже давно работаю в школе. Ну что же, Миа, тридцать шесть и пять, температура нормальная. Можешь идти, если хочешь. Но до того, как ты уйдешь, я хотела сказать тебе еще кое-что.

Я посмотрела на нее выжидательно.

– Тебе нужно перестать держать все в себе, – сказала она. – Я знаю, что ты много записываешь в дневник, я видела, и это очень хорошо. Но кроме этого тебе нужно научиться облекать свои чувства в слова. Это особенно важно, когда ты чем-то расстроена или на кого-то сердишься. Чем больше ты держишь в себе, тем чаще будет случаться нечто вроде сегодняшнего. Я знаю, что принцессам полагается быть сдержанными, но дело в том, что именно тебе как раз и не стоит сдерживать себя. Ты меня понимаешь?

Я кивнула. Наверное, медсестра Ллойд – самый умный человек из всех, кого я знаю. Включая гениев, с которыми мне доводилось дружить или встречаться-

– Отлично. Тогда я выпишу тебе пропуск в класс.

Этим она сейчас и занимается.

Знаете, что?

МЕДСЕСТРА ЛЛОЙД – ПРОСТО СУПЕР!!!!!

На заметку: сказать Тине, чтобы она велела Борису купить новый презерватив до того, как они займутся Этим после бала.

11 сентября, четверг, лестничная площадка третьего этажа

Когда я вышла из кабинета медсестры, Лилли сидела в коридоре и ждала меня. В руке у нее было целых три извещения на задержку после уроков, потому что ее засекли мониторы в коридоре. Но Лилли сказала, что ей это безразлично, потому что она обязательно должна была убедиться, что со мной все в порядке. Она сказала, что ДОЛЖНА БЫЛА меня увидеть. Помня о том, что сказала медсестра Ллойд насчет того, чтобы не держать чувства в себе, я сказала Лилли, что мне тоже НУЖНО с ней поговорить. И вот мы с ней сбежали туда, где нас никто не найдет, если только кому-нибудь не понадобится зачем-то подняться на крышу. Но я помню только один случай, когда кому-то понадобилось выйти на крышу, это было когда какой-то ребенок из соседнего дома выбросил в окно своего Пикачу или еще какую-то игрушку, не помню точно, и она упал на школьную крышу. И не то привратник, не то попечитель из соседнего дома пришел в школу, чтобы забрать игрушку.

Короче говоря, сначала мне пришлось признаться, что я чувствую некоторое отчуждение от Лилли, потому что она отчасти виновата в моей истерике. Я имею в виду ручки из дворца.

– Но народу это понравилось. – Это было самое ее серьезное оправдание. – Честное слово, Миа, ручки брали как сувениры. Не каждому удается, как тебе, жить каждое лето в королевском дворце.

– Дело не в этом. – Я не могла поверить, что приходится объяснять Лилли такие вещи, ведь она гений и все такое. – Дело в том, что ты обещала, что мне не придется проходить через такое.

Лилли только глазами захлопала.

– Когда это я такое обещала?

– ЛИЛЛИ! – Я была в шоке. – Ты поклялась, что в конце концов я не стану президентом студенческого совета!

– Я знаю, – спокойно сказала она. – Я и сейчас говорю, что не станешь.

– Но при этом ты обещала, что Лана не разобьет меня перед всей школой во время дебатов.

– Я знаю, – снова сказала Лилли. – Этого не будет.

– ЛИЛЛИ! – У меня было такое чувство, будто моя голова вот-вот лопнет. – Если Лана меня не победит, значит, я БУДУ президентом.