Вторая свадьба - Элинор Смит

Ночь Делси провела спокойно, ничто не нарушило ее сна, но мысль, что у грабителя есть ключ и он может проникнуть в дом, по-прежнему беспокоила ее. Рано утром она ожидала увидеть своих бывших учениц, которым назначила встречу на половину девятого. В десять часов миссис Бристком передала ей два сложенных листка бумаги. В этот момент к Коттеджу подъехал де Винь с рабочим, который должен был сменить замки. Два одинаковых послания ее потрясли и расстроили.

— Девушки отказались работать у меня! — нахмурившись, воскликнула она.

— Никто не принял предложения? Странно, ведь в деревне такой работы не найдешь, — ответил он.

— Я была уверена, что делаю им благо. Семьи у них не очень обеспеченные, а я предложила каждой из них пятьдесят фунтов, но вот посмотрите, что они пишут: «При сложившихся обстоятельствах мои родители не считают возможным позволить мне приехать к вам». Слово в слово, будто они писали ответ под диктовку! Что же это может значить? Должно быть, дело в мистере Грейшотте, но ведь всем хорошо известно, что он умер! Неужели они не хотят работать у меня, своей бывшей учительницы? Неужели в деревне считают, что я не подхожу для роли хозяйки такого дома? — спросила она своего гостя.

— Разумеется, нет! Они могут иметь в виду все, что угодно, но только не это. Может быть, стоит еще поискать? Вы же в деревне знаете многих.

— Нет, эти девушки подходили как нельзя лучше — хорошие, надежные, с ними я хорошо ладила в школе. Они любили меня, восхищались мной. Если уж они отказали мне, больше никто не согласится, — убитым тоном произнесла Делси.

Кроме обиды на неблагодарных, ее рассердило подозрение, что, если бы предложение исходило от де Виня, оно было бы незамедлительно принято.

— Жаль, что так получилось, но я могу на время выделить вам своих служанок. Попрошу мою домоправительницу прислать вам двух женщин. Ну же, не отчаивайтесь, кузина! Я поговорю с миссис Форрестер, как только вернусь в Холл. А сейчас, пожалуй, спущусь в подвал, а вы продолжайте искать наверху. Нет худа без добра, ведь вам будет удобнее осматривать верхние спальни без посторонних глаз!

Она приняла эту конфетку, подсластившую ей горькую пилюлю разочарования, и отправилась на поиски золота в верхние спальни, а потом на чердак, но не нашла ничего, кроме пыли, грязи и одного завалявшегося пенни. Де Винь, явившийся в гостиную час спустя весь в паутине, тоже не принес ничего нового. В подвалах сновали только крысы.

— Впрочем, мне повезло! Я нашел приличный запас хорошего вина и две бочки бренди!

— Бренди — моя плата за ваши поиски, — напомнила она ему. — Только подумайте, две бочки! Вы довольны?

— Мне хорошо заплатили за час работы, но вы тоже не останетесь внакладе! Вам больше не придется с отвращением морщить носик, когда я буду пить бренди. Там на полках лежат бутылки с превосходным кларетом и бордо, а также стоят два ящика хереса. Я взял на себя смелость принести вам бутылочку хереса. Бристком сейчас ее чистит!

Через несколько мгновений Бристком принес херес. Делси попробовала его и на основании своего малого опыта заявила, что он безупречен.

— Кажется, мы нашли все мешочки с золотом, — произнес де Винь, откидываясь на канапе. — Две тысячи пятьсот гиней! Вряд ли из-за такой суммы стоит расстраиваться! Интересно, откуда они появились?

— Надеюсь, я никогда этого не узнаю! — с жаром ответила Делси и принялась вслух перечислять возможные источники, один преступнее другого.

Когда ее воображение истощилось, барон подлил масла в огонь:

— Бочки с бренди, которые я нашел в подвале, наводят меня на подозрение, что деньги, скорее всего, добыты путем контрабанды. Живя на берегу океана, да еще обладая такими связями на верфях, какие имелись у Эндрю, это было легко устроить. Безусловно, Эндрю был связан с контрабандистами! Кроме двух полных бочек, в подвале стоит одна пустая.

— Какие же мы тупицы! — тотчас же согласилась Делси. — Разумеется, он этим занимался! Все обстоятельства указывают на это: мой покойный муж знал всех местных моряков, жил в полумиле от океана, злоупотреблял бренди. Это ясно как божий день! Мешки с гинеями были платой за различные перевозки, которые он осуществлял. Вот и сэр Гарольд считает, что Эндрю занимался каким-то незаконным делом, откуда же полный подвал контрабандного бренди и золотые монеты? Контрабандой ведь лучше заниматься в безлунные ночи, правда?

— Думаю, что да, чтобы избежать встречи с таможенниками. Если об этих делах шепчутся в деревне, то становится понятно, почему девушки отказались служить в вашем доме.

— Ну разумеется! Я выбрала девушек из наиболее уважаемых семей. Что ж, по крайней мере, теперь нам все известно.

— Ну, я бы так не сказал, хотя ваше предположение, похоже, близко к истине, — поправил де Винь.

— А пресловутые феи в саду! — вскричала Делси, но тут же закрыла рот ладонью, поняв, что говорит слишком громко.

Она на цыпочках подошла к двери, бесшумно затворила ее и, возбужденно сверкая глазами, вернулась к дивану.

— Шум, который я слышала в саду! Скорее всего, это были контрабандисты, которые привезли в сад бренди. Я же слышала стук копыт и тихие человеческие голоса. Люди прятали бренди в саду!

— Но вы же на следующее утро обыскали сад, не так ли?

— Я нашла мешочек с золотом! Должно быть, контрабандисты оставили долю Эндрю в условном месте.

— Странный метод расчета, но, мне кажется, вы ошиблись. Контрабандисты, напротив, вывезли бренди из дома Эндрю, видно, была такая договоренность.

— Что ж, значит, не доставляли, а забирали? В любом случае наверняка это контрабандисты. Я все более убеждаюсь в этом.

— Вы убеждаетесь на основании очень невнятных доказательств, — предостерегающе произнес де Винь.

— Да ведь каждая деталь указывает на это! Мешочки с деньгами — все одинаковые — это плата за различные морские перевозки. Шум в саду, девушки, отказавшиеся работать у меня, бочки бренди в подвале, связь Эндрю с верфями!