Зачем скрывать любовь - Кейтлин Крюс

Она почувствовала, как затряслась его грудь – опять от смеха.

– Я знаю, – сказал он, проводя рукой по ее спине, – что секс всегда все только портит.

Кэтрин была уверена, что он понимает, в какой момент она не может больше противиться себе и тает рядом с ним. Ей казалось, что он точно, по минутам знает, что с ней происходит.

Лука заглянул ей в глаза и улыбнулся:

– Сначала. А потом все становится очень-очень хорошо.

Она поняла, что он собирается доказать ей свою правоту. Желание принадлежать ему было сильнее, чем намерение сопротивляться. Кажется, Лука знал и об этом.

Через десять дней после возвращения из Калифорнии Лука закончил телефонный разговор с человеком из Штатов и, нахмурившись, остановился в дверном проеме. Был уже поздний вечер, и все работники разошлись по домам, разумеется, кроме Кэтрин.

Она сидела на своем месте рядом со столом Луки, чтобы в любую минуту быть готовой выполнить его распоряжение, и с остервенением печатала. Необходимости срочно закончить работу не было – он никогда не давал ей поручения, требующие срочного выполнения.

– Ты ведь должна была уйти домой час назад, – сказал он, подходя ближе.

Кэтрин вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему, видя, как на лице его расцветает улыбка.

– Разве я не говорил тебе о купании голыми в свете звезд? Это можно сделать только наверху, Кэтрин, не здесь, за компьютером.

– Мне надо закончить, – произнесла она, не отрывая рук от клавиатуры. – А потом будем делать все, что захочешь.

– Больше всего в этой фразе меня интересует слово «голыми», cucciola mia. Звезды – это лишь красивое дополнение. Ты ведь обратила внимание, что мы в центре города?

Кэтрин наморщила нос и повернулась к нему. Лука вытянул шею, решив посмотреть, что она печатает, но ее голова закрывала экран, поэтому он подошел ближе и встал за ее спиной. Погладив ее плечи и пробежав пальцами по волосам, убранным в высокий хвост, он оглядел написанное.

– Это отчет Марко, – нахмурился Лука. – По его словам, он должен быть у меня на столе завтра утром.

– И он будет, – спокойно подтвердила Кэтрин. – Если я его сейчас закончу.

Лука подвинул ее стул, заставляя подняться, и развернул к себе, чтобы видеть ее глаза, смотревшие удивительно спокойно.

– Ты мой референт, – сказала он, пожалуй, резче, чем следовало. – Мой, а не Марко.

Она стала значить для него гораздо больше, но Лука понимал, что не осмелится в этом признаться. Она жила в его сердце, была тем теплом, которое согревало его каждую минуту существования. Все, что ему нужно, было заключено в ней, в этих глазах, смотрящих с легкой усмешкой.

– Возможно, вы не знаете, мистер Кастелли, но в обязанности вашего референта входит подготовка всех предоставляемых вам отчетов, – мягко напомнила ему Кэтрин.

– Но это не так.

– Как странно. Не меньше шестнадцати человек уверили меня, что это истинная правда.

Разумеется, ей так сказали – ему ли не знать? Приведя ее в офис, он буквально позволил открыть на нее сезон охоты. Как он мог об этом забыть? Впрочем, неудивительно. Он думал только о том, как опять прикоснуться к ней, но она никогда – ни разу – не пожаловалась. Вместо этого Кэтрин, как прежде, улыбалась.

Лука торопливо поправил ее волосы:

– Я с ними поговорю.

– Нет, – возразила она. – Не стоит ни с кем говорить.

– Но нельзя же допустить, чтобы они и дальше так с тобой обращались.

Кэтрин опустилась на стул и скрестила руки на груди:

– Тебе не надо вмешиваться. Пусть все идет своим чередом.

– Ради этого не стоит так себя мучать. Я сделал тебя мишенью, мне и все исправлять.

– Если ты так поступишь, я сама тебя застрелю. – Кэтрин резко дернула плечом. – Я не желаю, чтобы для меня создавали особые условия. Всем известно, тебя заставили взять меня на работу. Если ты сейчас изменишь ко мне отношение, будет только хуже.

– Кэтрин…

– Я сказала тебе, что со всем справлюсь, и справлюсь хорошо. Так и будет. – Она повернулась и вскинула подбородок. – За меня будут говорить результаты моей работы. Я сама разберусь с твоими сотрудниками, а если у меня не получится, я все равно выиграю, потому что буду знать их работу так же хорошо, как свою. Все происходящее мне на пользу.

– Зачем тебе это?

– Разве я не могу выполнить то, к чему столько лет стремилась?

Она подняла на него горящие глаза, и он понял, что имеется в виду оправдание надежд ее матери.

– Это мой шанс. Я его не упущу и не позволю тебе мне помогать, я все сделаю сама.

Он смотрел на нее во все глаза, в душе кипели чувства, которым он не находил объяснения и определения. Возможно, ему лучше ничего не понимать. То, что он сейчас испытывает, происходит впервые в жизни, и осознание правды может разрушить его мир.

– Однажды ты позволила моему отцу тебя спасти.

Она выдержала его взгляд не моргнув, хотя он видел, как вспыхнули ее щеки.

– А теперь я должна спасти себя сама, – твердо сказала Кэтрин. – И прошу тебя позволить мне это сделать.