Пышная свадьба - Барбара Картленд

Когда сэр Хьюго занял эту должность, Перак был обременен долгами, оплатить которые казалось невозможным.

Умный и оборотливый сэр Хьюго, с помощью Максимуса Керби, стал поощрять торговлю, что привело в конечном итоге к улучшению дел в княжестве.

— Я даже не могу сказать вам, — сказал он Дорине, — насколько мистер Керби помог мне в осуществлении моих планов.

— Похоже, он помогает всем, — ответила Дорина. — Не могу понять, почему его до сих пор не сделали губернатором Сингапура.

Сэр Хьюго Лоу улыбнулся.

— Мы прилагаем все усилия, чтобы избавиться от теперешнего губернатора.

— Почему?

— Его назначили на эту должность два года назад, — сказал сэр Хьюго, — и он до сих пор ни разу не побывал в Малайе!

— Он ни разу не был здесь? — изумилась Дорина. — Но это просто невероятно! Неудивительно, что кому-то другому приходится выполнять его работу!

— Мы с мистером Керби нажимали на все пружины, и я надеюсь, успешно, чтобы на пост губернатора был назначен сэр Фредерик Уэлд. Одно время он был губернатором Западной Австралии и Тасмании и сможет принести очень много пользы в Сингапуре.

— Но почему не назначить на этот пост мистера Керби? — спросила Дорина.

— Он еще очень молод, — ответил сэр Хьюго. — К тому же, он пока еще неженат, хотя в ближайшем будущем это упущение будет исправлено.

— Вы хотите сказать, что тогда у него появится шанс получить эту должность?

— Сэр Фредерик совершенно ясно дал понять, что не собирается долго занимать этот пост. Он слишком стар, и когда он уйдет в отставку, совершенно очевидно, кто займет его место.

«Теперь понятно, — подумала Дорина, — почему Максимус Керби решил жениться!»

Несомненно, при его образе жизни жена была ему просто необходима.

К тому же, поскольку губернаторов обычно посвящали в рыцари либо перед назначением, либо сразу после него, королева всегда выбирала людей с незапятнанной репутацией, которые вели самый безупречный образ жизни, или хотя бы соблюдали видимость благопристойности.

Связь с такими женщинами, как «Несравненная Жемчужина» и Голди, была недопустима для личного представителя Ее Величества королевы Великобритании, императрицы Индии. Поэтому Максимус Керби и счел нужным жениться!

Теперь, когда Дорина знала, чем он руководствовался в своем решении, ей было нетрудно представить себе, как все произошло.

Керби отправился в Англию, чтобы приобрести оборудование, нанять подрядчиков, купить лошадей и подыскать себе жену.

Он познакомился в клубе с ее отцом. По-видимому, рассказывая Максимусу Керби о великолепных лошадях графа, кто-то упомянул о необычайной красоте его дочери.

Дальше все шло, как по нотам. Он приехал в Олдеберн-парк, и одного взгляда на Летти было достаточно, чтобы он пришел к выводу, что именно такая жена и нужна губернатору Сингапура.

Летти была очень красива, что имело для него большое значение, к тому же ее происхождение и воспитание были безупречны.

Его предложение было принято, и Летти приехала в Сингапур, чтобы выйти за него замуж.

Но что Максимус чувствует теперь, когда встретился с ней, лишенной родительской опеки?

Эта мысль так пугала Дорину, что она старалась гнать ее от себя. Ей было ясно, насколько важна была предстоящая женитьба для его дальнейшей карьеры, и Дорина прикладывала все усилия, чтобы заставить Летти понять, что именно от нее потребуется в будущем.

Иногда Летти, казалось, внимала ее наставлениям, но чаще всего она сидела с отсутствующим видом, явно не слыша ни слова из того, что ей говорили, и даже не пытаясь сосредоточиться.

Когда однажды утром Дорина зашла к Летти, та была сильно не в духе.

— Уходи, Дорина! — заявила она. — Я не желаю тебя слушать! Я хочу побыть с сестрой Терезой, а потом мы с ней опять пойдем к детям!

— Только не сегодня утром!

— Почему? — спросила Летти, мгновенно надувшись оттого, что ей не позволяют поступать так, как хочется.

— Потому что сегодня ленч подадут раньше, чем обычно, — ответила Дорина, — а потом мы поедем смотреть плантации мистера Керби. Ты же помнишь, он тебе рассказывал о них, и ты обещала побывать там.

Летти передернула плечами.

— Это очень важно, Летти, — настаивала Дорина. — Если эксперименты мистера Керби увенчаются успехом, это будет иметь огромное значение для процветания Сингапура.

— Я не желаю ехать ни на какие плантации!

— Но там очень интересно, — принялась увещевать ее Дорина. — К тому же, ты увидишь множество китайских и малайских ребятишек, которые работают вместе со своими родителями.

— Там будет слишком жарко!

— Мы отправимся позже, когда станет немного прохладнее. У тебя будет время отдохнуть после ленча. Ты поспишь, а когда встанешь, будешь чувствовать себя намного бодрее. Я уверена, что поездка доставит тебе удовольствие. Там, должно быть, очень красиво.

Но Летти была настроена враждебно, и Дорина предпочла удалиться, понимая, что если сейчас вступить с ней в пререкания, она впадет в ярость и устроит сцену. Лучше всего дать ей возможность свыкнуться с мыслью о поездке, и когда придет время выезжать из дому, это не будет для нее неожиданностью.

Дорина спустилась вниз.

Она знала, что на утро у Максимуса назначено несколько встреч в городе, поэтому в доме было очень тихо.

Повинуясь внезапному порыву, она направилась по коридору в старую часть дома. С того первого вечера, когда Максимус показывал ей дом, она больше ни разу не была там.

Она надеялась, что он предложит ей еще раз взглянуть на коллекцию фарфора и на картины, но он ни словом не обмолвился об этом, Как ей казалось, он даже сожалел о том, что показал ей свое святилище.

«Может быть, мне лишь почудилось, что эти комнаты так сильно отличаются от всего остального дома», — подумала Дорина.

С неожиданной для самой себя решительностью она направилась ко внутреннему дворику, который показался ей еще красивее, чем в первый раз.

Она знала, что он называется «дворик для тихих бесед».

Ей представилось, как в давние времена, когда дом был только что построен, жены или наложницы хозяина сидели здесь и тихо разговаривали друг с другом своими нежными, музыкальными голосами.

Дверь в ту комнату, где хранилась коллекция нефрита, была открыта, и Дорина принялась с интересом разглядывать древние сокровища, собранные Максимусом Керби.

Она обратила внимание на вырезанный из зеленого с белым нефрита цветок лотоса. Он был сделан так искусно, что казалось, лепестки вот-вот раскроются.

Потом ее заинтересовали фигурка китайской богини, сделанная из коралла, и диск с выгравированными на нем драконами, который, по мнению Дорины, был очень старинным, возможно, сделанным еще за много веков до нашей эры.