Романтическая неделя с шафером - Элли Блейк

– Нет, спасибо.

– Уже есть. – Кормак похлопал по карману пиджака.

– Да ладно, одно фото не повредит, – с улыбкой сказал фотограф.

– Не сейчас, приятель, – хмуро отозвался Кормак, и фотограф ушел.

Когда они оказались одни, он выпустил Харпер и вытянул руки вдоль тела. Харпер чувствовала, как у нее в животе порхают бабочки. В голове была пустота. Она с трудом собралась.

– Спасибо, – пробормотала она.

– Хм? – Он задумчиво взглянул на нее.

– За то, что помог мне. Увидев, что Лола вот-вот выйдет замуж, я растерялась. Но потом смотрела, как они улыбаются друг другу, как дают клятвы… Словно кусочек головоломки встал на свое место.

– Я знаю, что ты имеешь в виду, – сказал Кормак.

Она посмотрела на Кормака. «Делай то, что делает тебя счастливой», – вихрем пронеслась мысль в ее голове. Пришло время выяснить, что же на самом деле делает ее счастливой.

– Почему ты похлопал себя по карману пиджака, когда фотограф попросил сделать нашу фотографию? – Ее голос звучал немного грубо.

Он посмотрел на нее с непонятным выражением лица. Но она слишком хорошо его знала.

– Давай, Кормак, признавайся.

Он усмехнулся, и от этой усмешки ее сердце перевернулось.

– Ты так хорошо меня знаешь, да? Я запомню это на будущее.

На будущее. То есть он думал о их совместном будущем.

– Хватит отвлекать меня!

Она потянулась к его пиджаку, распахнула полы и запустила руку в карман.

– Ой!

Она держала тонкую полоску черно-белых снимков, сделанных в фотобудке в ночь мальчишника и девичника.

– Откуда они?

– Я забрал их тогда.

– И ты их сохранил?

Выражение его лица смягчилось.

– А почему ты их взял сейчас?

– Они у меня с той ночи.

Харпер посмотрела на снимки. На первом снимке она казалась очень напряженной. Он же выглядел просто великолепно, с легкой улыбкой на губах. На втором снимке она не скрывала раздражения, а он явно веселился. На третьем… он поцеловал ее в щеку. Ее рот открылся, а глаза расширились от удивления. На последнем снимке она повернулась к нему, чтобы отчитать ее, а он поцеловал ее в губы. Осторожно. Их губы едва соприкасались. Ее глаза были закрыты, она наклонилась в его сторону. Одной рукой она сжимала его рубашку на груди.

Она опустила голову и смотрела на фотографии.

– Прошлой ночью, – сказала Харпер, тщательно подбирая слова, – я сказала много такого, что было не совсем правдой. Вернее, не совсем точно объясняла, как я себя чувствую.

– Например?

Она подняла голову и увидела, что он стоит около нее. Такой красивый, что ее сердце заболело.

– Например, о тебе.

Он глубоко вздохнул и стал ждать продолжения.

– Боюсь, я могла дать тебе понять, что ты для меня ничего не значил, так, пара поцелуев.

– И не забудь про диван. Кажется, так ты говорила.

– М-м-м… да, говорила.

– Ты думаешь, что исказила свои чувства?

Он был мастером в игре слов, может, поэтому он стал таким хорошим адвокатом. Харпер же не владела такой игрой. Она отбросила все условности.

– Я боролась с собой с того момента, как увидела тебя сидящим на капоте твоей машины. Черт возьми, я боролась с собой с самой школы. И я не могу больше с этим бороться. Я люблю тебя, Кормак.

В одно мгновение он оказался около нее. Прижав ее к себе, целовал ее так, словно он тонул, а она – его последний глоток воздуха. Когда она застонала и прильнула к нему всем телом, он немного ослабил свои объятия. Они уже не цеплялись друг за друга. Теперь их поцелуи были нежные, сдержанные. Их губы едва соприкасались.

Но вот он немного отодвинулся и стоял так, пристально глядя ей в глаза. Затем поднял руку и нежно отвел прядь волос от ее лица. Большим пальцем Кормак провел по ее щеке, так что дрожь сотрясла ее тело.

– Я не ожидаю, что ты…

Наклонившись, он заставил ее замолчать, поцеловав так, что ее колени подогнулись.

– Харпер, неужели ты не поняла, что я тоже люблю тебя, – нежно сказал он.

Она подняла к нему сияющее лицо и обвила руками его шею, прижимаясь к нему. Вдали играла музыка и болтали люди. Свадьба Лолы и Грэя продолжалась, словно ничего важного не случилось.

Харпер стояла, прижавшись к любимому, и вдруг громко рассмеялась.

– И что смешного?

– Я завтра уезжаю, Кормак. У меня самолет, и меня ждут дела и обязательства.

Она никогда никого не подводила и не собиралась начинать сейчас.

– А Чедвики выходят на пенсию и собираются поставить меня на место генерального директора всей сети.

– Кормак, это же потрясающе.

– Я откажусь.

– Почему? Ради всего святого, объясни мне, зачем ты это делаешь?

– Ты знаешь.

Харпер подняла руку и прижала ее к груди.

– Ты отказываешься из-за меня? Нет. Ты не можешь пожертвовать тем, ради чего ты так упорно трудился. Я не… – Она едва успела проглотить слова, которые чуть не сорвались с ее языка.

– Ты – это все, что мне нужно. И тебя одной достаточно. Ты – мое все. Поверь мне, я отказываюсь осознанно. И я знаю, зачем это делаю. Я могу использовать свое мощное образование и начать все с нуля. Я могу получить лицензию на работу в Лондоне. Или в Арабских Эмиратах. Я давно не был в Дубае. С Чедвиками все будет в порядке. Я помогу найти им хорошего руководителя. А может, помогу расшевелить Грэя, чтобы он занял место, данное ему при рождении. – Кормак улыбнулся ей. – Ну, что скажешь?

– Я скажу… Хорошо.

– Хорошо?

– Да, хорошо. Мы начали устанавливать свои правила, так почему мы не можем делать это и дальше. Но я хочу возвращаться сюда, хочу встречаться с Лолой. Хочу лучше узнать Ди-Ди и Вестона. Раз они так полюбили мою сестру и любят тебя, они не могут быть плохими людьми.

– Кто меня любит? – притворяясь, что плохо слышит, спросил Кормак.

– Я люблю тебя, Кормак. Самый милый мальчишка в школе. Самый красивый мужчина в мире. Я говорила, как сильно ты нравишься мне в этом костюме?

Обхватив ее голову руками, он притянул ее к себе и прижался лбом к ее лбу.

– А я люблю тебя, Харпер. Ты самое упрямое, живое, великолепное создание. Я говорил, что ты упрямая?

– С тех пор как мы встретились? Несколько раз.

Кормак опять привлек ее к себе и поцеловал. А затем обнял, и они замерли, наслаждаясь теплом друг друга.