Раздели со мной жизнь - Варвара Оболенская

— Василиса… — он говорил с легким акцентом, скорее специально, чем намекающим на его национальность.

Какая же примитивнейшая уловка, имевшая тем не менее столь убийственный эффект, что кожа на ладони, там, где он ее поцеловал, горела огнем.

— Вот мы и встретились снова.

Я заметила удивленный взгляд Матиса и напряженное внимание на лице Славы.

— Вы что, встречались раньше?

— Василиса так спешила в ресторан, что наткнулась на меня после показа, — непринужденным тоном ответил Никос.

— Правда? — проговорил Матис после короткого замешательства.

Я, словно зачарованная, смотрела на Никоса, на лице которого сияла нескрываемо чувственная улыбка.

— Разве я мог такое забыть?

Так и хотелось сказать, что свои приемчики можно оставить практиковать на других женщин в этом помещении и что он просто самец, уверенный в своем мужском превосходстве — вот что надо было сделать. Но ответила совершенно другое.

— Это случайное совпадение. Просто я очень спешила к своему мужчине, — обворожительная улыбка коснулась моего лица. Я лишь хотела поставить его на место. Ненавижу напыщенных индюков.

Пристальный взгляд Никоса не отрывался от моих глаз, и меня охватило жуткое ощущение, будто он читает мысли. Мне стало не по себе. Да и может ли быть иначе с таким человеком, который будто в душу смотрит? Интуитивно прижалась к Славе.

Матис, словно почувствовав что—то, решил вмешаться.

— Никос, Анастаз ждет не дождется, хочет выпить вместе с вами.

С этими словами он тронул его за рукав, по его лицу словно пробежала тень, затем он улыбнулся, с шутливой покорностью склонил голову и последовал за хозяином вечера.

— Ты знакома с ним, — прогохотал голос рядом.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Слава не дал ничего сказать.

— Я просто ревную, разве не понятно? — проговорил мужчина извиняющимся тоном.

— Я молчу, — скрыла свою улыбку за бокалом вина.

Спустя некоторое время, Слава неожиданно спросил у меня:

— А давай сбежим? — озорные огоньки так и плясали в его глазах.

— Как это? Куда?

— Неужели тебе хочется здесь сидеть?

Я не успела ничего ответить, как сзади услышала голос Никоса. Что этому мужчине опять от меня нужно?

— Василиса, позвольте пригласить Вас на танец, — мужчина наклонился чуть вперед, протягивая мне руку

— Но здесь не танцуют, — недоуменно обвела взглядом зал. Все были заняты разговорами между собой, играла приятная музыка, но никто не решался выйти в центр и сделать несколько па.

— Вы думаете меня это может волновать? — холодно усмехнулся мужчина.

— Я думаю это может волновать меня, — не выдержал Слава и загородил мою хрупкую фигурку собой.

— Василиса? — в глазах Никоса стоял вопрос, в голосе звучал металл.

— Она моя девушка, — запальчиво проговорил Вячеслав, глядя на меня.

Господи, час от часу не легче!

— Никое, спасибо за предложение, но нам с Вячеславом пора уходить.

— Вы правда пара? — действительно удивился мужчина.

— А Вам нужны доказательства? — вкрадчиво произнес Слава.

Я не успела и пикнуть, как он сгреб в охапку и закрыл рот своими губами. Была настолько ошарашена, что даже не сопротивлялась, когда Слава, действуя так, словно имел на это полное право, еще теснее прижал к себе и обрушил на меня чувственный поцелуй. Мое сердце подпрыгнуло и застучало часто— часто, а он, крепко прижимая мое лицо к своему одной рукой, лежащей на затылке, другой скользнул вниз и прижал к себе так сильно, что вот— вот и я могу задохнуться. Страсть, могучая, неудержимая, не знающая стыда, сметая все чувства стыда и неловкости, предстала в своем первоначальном виде. После этого обычно говорят: "Пора жениться".

Мои чувства были обострены до предела, я ощущала его каждой частичкой своего тела, и все это — терпкий запах одеколона, прикосновение к его коже и одежде лишь усиливало желание быть с ним. Следовать за ним до конца по этой дороге страсти, куда бы она ни вела… И лишь этого хотелось, но в мозгу билась тревожная мысль: "Пора образумиться, ты что творишь шальная.".И действительно, час назад я боялась его впустить в свое сердце, а уже готова отдаться ему прям здесь.

С коротким возмущенным восклицанием прервала поцелуй и отвернула лицо.

— Вячеслав, здесь же люди, — с осуждением сказала ему.

— Вот оно что, — голос Никоса донесся словно откуда—то издалека, и я с трудом вернулась к действительности.

— Я надеюсь на все свои вопросы Вы нашли ответы, — делано миролюбивым тоном ответил Золотов и вопросительно взглянул на меня: — Идем?

— Пошли отсюда, — тихо сказал ему, беря мужчину под руку.

Он аккуратно вывел меня на улицу и накинул на мои плечи пиджак. Когда мы остановились у такси, я сделала попытку вырваться.

— Успокойся, Лис, расслабься уже наконец, — мягко сказал он. — я думаю мы достаточно наломали дров, пора уже понять, что нам нужно быть вместе. Я не могу без тебя. Заедем в другой ресторан, поужинаем, выпьем вина, поговорим.

И тут я поняла одну вещь. Как бы я не старалась запереть свои чувства, они все равно выйдут наружу. Любовь — это не привычка, не компромисс, не сомнение. Это не то, чему учит нас романтическая музыка и любовные романы. Любовь — есть. Без уточнений и определений. Просто нужно любить — и не спрашивать: "Зачем, почему и как".

— Хорошо, — медленно подошла к нему, — поедем в гостиницу. Я действительно соскучилась.

Если я знала, какая произойдет реакция у Славы — давно бы сказала ему эту фразу. Ошарашенное лицо мужчины, которое моментально сменяется предвкушающим — много стоит.

Я совершенно не помню, как мы добрались до нашей гостиницы, как поднялись на нужный этаж. Все это время Слава целовал и обнимал меня, видимо боялся, что я смогу передумать. Лишь у самой двери, спросила у него:

— А как же Никита? Вдруг он придет?

— Ты думаешь он не видел, как мы уходили? — улыбнулся мужчина, развивая последние сомнения.

И как только мы оказались в номере, я замерла.

"Василиса, что ты творишь. Иди отсюда, это неправильно!", — взвыл внутренний голос, приказывая. Однако ноги не желали слушаться разумных приказов. Сладкое томление тела, все усиливаясь, превратилось в жгучее, словно пламя, желание, я отчетливо слышала свое поверхностное, прерывистое дыхание и ощущала биение пульса прямо у горла.

Вячеслав, пристально, неотрывно глядя на меня немигающими глазами, не произнося ни слова, шагнул. Смотрела на него, словно зачарованная, не в силах отвести взгляд. Он подошел совсем близко, сжал мое плечо одной рукой, а другой запустил в волосы и провел по ним пальцами, будто гребнем, и заправил несколько прядей ей за ухо.