Мой домовой — сводник - Ольга Горышина

— Отпусти животное, — простонала я, вырвав губы.

— Я его не держу, я ему глаза закрываю… И прекрати думать о коте, думай лучше об его хозяине…

Я зажмурилась и сильнее прижала к себе напряженное тело Вадима. Он имел в виду себя, дурачок… А я думала, думала и не могла перестать думать о настоящем хозяине кота. И вообще хозяине нашего с Вадимом счастья. Он мне даже приснился, и я проснулась почти что с криком. Или кричала не я?

Кот снова сидел на краю дивана. Можно сказать, на моей ноге. Я слишком резко села, и теперь у меня звенело в ушах, поэтому кот начал открывать рот без всякого звука.

— Заткни этот будильник… — простонал Вадим и натянул на голову одеяло.

Я схватила телефон — шесть утра… Ну что за скотина…

— Ну почему ты не можешь потерпеть до нормального завтрака?

Я с трудом вылезла из-под одеяла и пошатываясь пошла на кухню: миска пустая, аж вылизанная. Я открыла новую банку консервов и вывалила в миску таким образом, чтобы все желе оказалось сверху. Но кот не подошел к еде, а поплелся следом за мной в ванную. Черт… В лотке лежала темная горка… Ну что за чистоплюй! Я махнула в сторону ванны:

— Че, не пописать было?

Кот оперся передними лапами о край ванны и, будто человек, замотал башкой: нельзя, типа. Ну нельзя, так нельзя… Понятно, папочка ругается!

Я поменяла лоток и вернулась на кухню. За окном зарождался серый весенний день, но никому из горожан он пока не был нужен, хотя вдали уже грохотали трамваи. Спать расхотелось, но телефон остался в комнате, и я тупо уставилась в окно в ожидании первого собачника. На лестничной площадке заработал лифт. Хлопнула входная дверь.

To ли кофе сварить, то ли в душ сходить… Я выбрала второе, но тотчас пожалела об этом. Чихуня стоял в лотке и усердно, кажется, всеми четырьмя лапами сразу, искал в нем клад, раскидывая только что насыпанный мною наполнитель.

Я присела рядом с котом, заглянула ему в глаза и вкрадчиво произнесла:

— Я не знаю, чего хочешь ты. Зато я знаю, чего хочу я — чистоты в доме. Я знаю, что кошки любят драть туалетную бумагу, но ты ведь не делаешь этого. Ты контролируешь эти свои злостные инстинкты. Контролируй их и здесь… Будь добр.

Я пошла за метелкой. Кот двинулся следом с виноватой физиономией. Мне очень хотелось видеть ее именно такой! Но на место преступления не вернулся — остался подле миски. По-мужски! Или по-свински!

Я села потом на стул и стала наблюдать, с каким упоением кот наворачивает еду. Изголодался, бедный. Но консервов оставалось мало — надо будет зайти после работы в магазин. В субботу у меня мало уроков. Можно будет взять себе пару учеников, чтобы покрыть Чихунину еду. Прорвемся…

Кот точно прочитал мои мысли и, запрыгнув на стол, лизнул мои стиснутые пальцы. Я сразу принялась его наглаживать, но вдруг кот рванул вниз и пулей пролетел между ног Вадима, который явился на кухню в одних боксерах и с футболкой в руках.

— Понял, гад, что убью!

Но Вадим не повернулся ко мне спиной. Он встряхнул перед моим лицом футболкой, которую сменил вчера утром. Сегодня она была надорвана по всему низу… Котом?

— Он мое терпение проверяет, как думаешь?

Я не знаю, что звучало в голосе Вадима: то ли злость, то ли едва сдерживаемый смех.

— Нет, — я говорила сквозь стиснутые зубы. — Он приучает тебя к порядку. Не бросать вещи, где ни попадя…

— Иди ты знаешь куда!

— Уже пошла… Кофе хочешь?

— Нет. Я сегодня спал намного дольше вчерашнего. Твой кот меня так алкоголиком сделает! Дай чаю.

Вадим швырнул уничтоженную Чихуней футболку в ведро и оседлал стул, вдавив голую грудь в спинку.

— За что он меня так не любит? — надулся Вадим.

— Может, наоборот? Он, как ребенок, воюет за твое внимание?

— У кого он его отвоевывает? У тебя? Да ты на меня вообще не обращаешь никакого внимания…

— Потому что ты работаешь в мой выходной.

— А вот и не правда. Я освободил воскресенье. Куда поедем? — и добавил тут же:

— Только не к твоим!

— В Павловск подышать лесом. И без машины. На электричке.

— Идет! А суббота есть суббота. Давай завтракать и на работу.

Да, на работу… Но настроение с утра просто замечательное. Вадим освободил воскресенье. Заболел, похоже… Мною.