Так близко к горизонту - Джессика Кох

Поцелуи в любой форме с инфицированным человеком были такими же безопасными, как и жизнь с таким человеком в одном доме. Шаг за шагом я вспомнила весь год с Дэнни. Мы пили из одной бутылки, что-то вместе ели, я прикасалась к его поту. Но всё это не было опасным. Через слюну заразиться невозможно. Я снова вспомнила ситуацию с Майей. Теперь я поняла его бурную реакцию. Поняла я и то, почему он так отчаянно пытался держать меня на расстоянии. Его прошлое играло в этом не самую главную роль.

Что ещё я знала о СПИДе? Это было аутоиммунное заболевание, при котором постепенно, иногда годами разрушалась иммунная система. У болезни был достаточно длинный период без симптомов. Тогда по заболевшему не было видно, но когда появлялись первые симптомы, болезнь могла прогрессировать очень быстро. А как вообще умирали от СПИДа?

Наверное, ужасно и безумно одиноко.

После этого осознания мои мысли вернулись к Дэнни. Что с ним было сейчас, после того, как я просто сбежала, хотя открытым текстом пообещала именно этого не делать?

Что, во имя всех святых, я делаю здесь, на этой забытой всеми парковке?

Я побрела обратно к машине, потом пошла быстрее, прежде всего потому, что вспомнила, что окна были открыты, а моя сумочка лежала на переднем сиденье. По крайней мере я надеялась, что она всё ещё лежит там. Если нет – всё равно. После этой ночи я, вероятно, больше никогда не буду думать о таких банальностях.

Всё оставалось на своих местах, на парковке не было ни души. Я взяла сумочку и, почувствовав внезапное желание съесть шоколад, пошла в маленькое кафе. Ещё никогда мне так срочно не нужна была подпитка для нервов. Я купила плитку шоколада и банку колы.

Перед мужским туалетом стоял автомат для продажи презервативов с надписью: «Не дай СПИДу шанс. Предохраняйся!». Я не знала, рассмеяться мне или заплакать. Мой внутренний голос вытянул шею и поднял свою уродливую голову из-за такого количества иронии. Поддавшись детскому порыву упрямства, я сунула деньги в автомат и вытащила упаковку. Какой-то татуированный до шеи мужик с жирными волосами вышел из туалета и прошипел мне: «Если они нужны тебе сегодня, то я готов, бэби!». Он непристойно пошевелил языком, а я показала ему средний палец. Я вскрыла упаковку, сунула квадратик из фольги в карман брюк, а остальные кинула в сумочку.

Затем я вышла из кафе и вытащила из кармана телефон. Хотя была ночь, я набрала номер Кристины. Она не спала, потому что ответила после второго гудка, и её голос звучал очень бодро, но обеспокоенно.

– Тина, – завизжала я в трубку. – Кое-что произошло!

– Что случилось? – она была в полной боевой готовности.

– Дэнни, – начала я.

– Что с ним? – истерично закричала она.

– Он, он… о, Боже! – выдавила из себя я.

– Он рассказал тебе, – сухо констатировала она.

Конечно! Что за наивная овечка я была! Могла бы и подумать, что она всё знает.

– Почему ты мне никогда ничего не рассказывала? – закричала я на неё. – У него СПИД! Ты это знала, и никто из вас, проклятых эгоистов ничего не рассказал мне! Почему?

– Чтобы защитить его от такой реакции! – холодно ответила она.

– Вы оба чокнутые!

– Ты ещё у него? – голос Кристины звучал обеспокоенно.

– Конечно нет, я смоталась! – сказала я и показалась себе ужасно смешной.

Она щёлкнула языком и тяжело засопела в трубку.

– Джессика, – её тон был настойчивым и напомнил мне Дэнни, – пожалуйста, присядь и внимательно выслушай меня.

– Я сижу, – крикнула я и плюхнулась на траву.

Кристина говорила медленно и чётко.

– Этот факт был всегда. Знание о нём, которое сейчас имеется в твоём распоряжении, не делает его более реальным, чем он был до того, как Дэнни рассказал тебе о нём.

Слова очень медленно проникали в мой перевозбуждённый мозг.

– Что мне теперь делать? – в отчаянии спросила я.

– Всё то же, что и раньше. Ничего ведь не изменилось, кроме одной вещи в твоей голове. Я два года живу с ним под одной крышей и ни разу не подвергалась опасности заразиться.

– Ты с ним и не спишь!

Почему этой ночью я на всех кричу?

– Ты тоже нет, – парировала она. Во мне закипала злость. Она что, вообще всё знает?

– Джессика, – снова начала она. – Опасностью, о которой ты знаешь, легче управлять, чем рисками повседневности.

Это правда? Так и было?

– Что мне теперь делать? – повторила я.

– Ты помнишь об обещании, которое ты дала мне вскоре после того, как мы познакомились?

Я кивнула, хотя она не могла увидеть это по телефону. Несмотря на это она ответила мне:

– Поверь мне, если ты нарушишь это обещание, я найду тебя. Всё равно, где ты спрячешься, я найду тебя! И опасность, которая будет исходить от меня, будет гораздо больше опасности заразиться от Дэнни!

Про себя я повторила её слова. Факт был всё это время. Все эти месяцы вирус был у него в крови. Из-за того, что теперь я об этом знаю, риск заражения не стал выше. Скорее, случилось прямо противоположное.

– Джессика? – Кристина оторвала меня от мыслей. – Вернись к нему. Пожалуйста. Я кладу трубку. Мне нужно позвонить Дэнни.

Я задумчиво положила телефон в карман. В этот момент я решила изменить мой позывной по радио с «единорога» на «Nightmare»^[12], что позже и сделала. Чтобы всегда помнить об этом кошмаре, от которого, как я понимала, мне больше не убежать. Он будет постоянно гнаться за мной, настигать меня и, вероятно, сопровождать меня до конца жизни.

Была уже глубокая ночь, или, скорее, раннее утро, когда я остановила «мерседес» у квартиры Дэнни. Жалюзи были, как всегда открыты, а свет внутри не горел, что не обязательно означало, что Дэнни спит. Часто он не включал свет, когда находился в квартире. Как-то он рассказал мне, что в темноте чувствует себя очень уверенно. Теперь я видела в этом какой-то смысл.

Моё парковочное место перед окнами гостиной Дэнни оставалось свободным, и я помучилась, прежде чем припарковала большой автомобиль. Что раньше не составляло проблемы, теперь никак не удавалось. Я была не в себе и очень устала.

– Чёрт, – выругалась я и повторила попытку. К чему парковаться в три приёма? Давайте парковаться в сорок два приёма. Я в ярости ударила по рулю. – Чёрт!

Если так и буду продолжать здесь свои манёвры, то точно разбужу Дэнни, если он спал, в чём я сильно сомневалась. Почувствовав слабость, я наконец оставила попытки. Капот выходил на узкую прилегающую улочку и мог препятствовать движению. Прохожие будут злиться. Плевать, у меня есть проблемы и посерьёзнее. Кого интересует неправильно припаркованный автомобиль?