Я тебя у него заберу - Элла Савицкая

— Мариам, нужно поговорить, — поднимаю глаза от чашки чая, над которой сижу уже около часа, то и дело водя ложкой по дну.

Давид входит на кухню и садится напротив.

— Если об Ани, то не волнуйся, я ничего ей не сказала, — смотрю ему прямо в глаза. — Ты с Олей был? — пару часов назад Давид уехал, а в мнимых знакомых верить теперь глупо.

Прищурившись, брат вероятно размышляет отвечать мне или нет, но все же кратко кивает.

— С ней. В кафе встретились. Сказал, что уезжаю завтра.

— Все как три года назад. Ты был с ней, а потом взял и уехал, — набравшись смелости, задаю вопрос, который мучает меня весь день: — Скажи, Давид, ты все еще любишь ее?

— Я женат, Мариам! — не раздумывая летит в ответ.

— Тогда зачем все это?

Крепко сжав зубы, брат рывком встает из-за стола и направляется к кофеварке. Клацает по кнопкам.

— Это не твое дело, сестра, — бросает из-за плеча, — отчитываться я не должен.

— Ты счастлив, Давид?

Резко обернувшись, брат одаривает меня долгим взглядом. А я даже дышать перестаю в ожидании ответа.

Хочу, чтобы был счастлив, а произошедшее с Олей оказалось интрижкой ведь… ведь тогда мне самой снова станет легче поверить в счастливый брак.

— Счастлив, — казалось бы звучит честно, но только отчего-то поверить оказывается сложно.

Давид забирает чашку и, проходя мимо меня, тормозит.

— Мариам, это должно остаться между нами.

— Так и будет, — заверяю его и, проследив, как он дойдет до двери, окликаю: — Ты так и не ответил на мой единственный вопрос. Ты все еще любишь Олю?

— Оля осталась в прошлом.

— Это не ответ.

Но ответом мне служат крепко сжатые губы и острый взгляд родных глаз. Он разворачивается и уходит, а я вдруг четко осознаю, что да, любит. Иначе почему бы ему молчать? Спустя столько времени он все еще ее любит. Демьян оказался прав.

Вечером брат с семьей улетают, и дом снова погружается в тишину. Вроде все вернулось на круги своя, но это только видимость. Мысли не дают покоя. Копошатся в мозгу, подобно дождевым червям, и перерывают устоявшееся сознание.

Я решаюсь поговорить с Олей. Набираю ее сама после двух оставленных подругой сообщений. Она подтверждает мои догадки. Забыть брата за все это время так и не смогла. Точнее, пока не видела, думала, что все прошло. А потом Давид приехал к ней сам, и все эти дни они действительно провели вместе. Оля плакала, а я слушала ее и всё больше укоренялась в мысли, что наверное настоящую любовь нельзя заменить суррогатами. Полюбив одного человека, второму в сердце путь закрыт.

Я не находила себе места весь следующий день. Воспоминания постоянно возвращались к Демьяну. К нашей последней встрече, каждый раз вызывающей постыдную томительную дрожь в теле.

Я не заметила как стала думать о том, с кем он может быть. Чем может заниматься сейчас. Кажется, чем больше я хочу отогнать его, тем сильнее привязываюсь. Теперь я не могла понять чего хочу. Чтобы он снова исчез из моей жизни или чтобы на этот раз остался в ней навсегда.

А вечером от Демьяна пришло сообщение.

“Чем занимаешься, котенок?”

Сердце подпрыгнуло к горлу, отвечая вместо меня на вопрос о метаниях. Несколько секунд раздумий, и пальцы уже сами печатают сообщение:

“Собираюсь ложиться спать. А ты?”

“Улегся в постель. Она все еще пахнет тобой. Какой теперь к черту сон? Тебя хочу сюда”

Не замечаю, как начинаю улыбаться, и машинально сжимаю ноги, потому как между ними вмиг разгорается пожар. Нужно что-то ответить, а я не знаю что.

“Готова к завтрашнему дню?” К счастью, следом приходит второе сообщение.

На завтра у меня запланирована фотосессия в рекламном агентстве Демьяна, и предчувствуя новую встречу, внутри оживают бабочки.

“Да. Что мне нужно надеть?”

“Я бы предпочел, если бы ты не надевала ничего. Или в крайнем случае одолжил бы тебе еще раз свою футболку”

Господи, какой же он наглый! Дрожащими пальцами блокирую телефон и прячу его под подушку, так и не ответив.

Весь следующий день готовлюсь к предстоящей встрече. Но как и всегда никакие подготовки не помогают мне унять дрожь, когда мы с отцом подъезжаем к высотному зданию, где располагается офис рекламного агентства.

Встретив нас, Демьян ведет себя сдержанно и вежливо. И это так контрастирует с его поведением, когда мы остаемся наедине. В присутствии отца его взгляды сугубо деловые, но тут же меняющие свою тональность, стоит папе отвернуться. Я очень стараюсь не выдать волнение, когда мы, стоя рядом в лифте, спускаемся на этаж, где расположена фотостудия.

— Ты в этом будешь сниматься? — Демьян поворачивает голову и бегло проходится по моему платью глазами, когда мы идем по коридору. Отцу позвонили, и он отошел на пару шагов вперед.

— Я не знала, что надеть. Взяла несколько вариантов платьев и на всякий случай костюм.

Демонстрирую висящие на руке чехлы с одеждой.

— Я тебе вчера сказал что.

От откровенного замечания в лицо ударяет краска. Я быстро смотрю в спину отцу, но он безмятежно продолжает разговор.

— Твой вариант не подходит! — отвечаю понизив голос и вздрагиваю, когда ладонь Демьяна ложится мне на талию и уверенно вдавливает пальцы в поясницу.

— Ты просто еще не пробовала. Тебе понравится, Мариам!

Отчего-то я даже не сомневаюсь в его словах. Но посмотреть в глаза не решаюсь. Пальцы жгут талию, а все, что я слышу, это оглушающий пульс оттого, что в любой момент может обернуться папа и увидеть то, что позволяет себе Демьян.

Слава Богу, когда мы входим в студию, рука со спины исчезает.

Визажист немного поправляет мой макияж, а потом, выбрав наряд и переодевшись в длинное платье песочного цвета, я вхожу в отведенный для съемки зал.

Оказывается, один из углов обставили точно как будет выглядеть ресторан после рестайлинга.