Судьба - дама настырная - Ива Ривер

Первой спохватилась наш бухгалтер Лариса, поздоровавшись со мной по имени. Её начинание подхватил нестройный хор остальных. Молодцы, быстро очнулись.

Я оглядела безрадостные лица и, решив, что референт, как помощник руководителя, должен быть лучше других осведомлён о делах фирмы, пригласила:

— Даша, зайдите ко мне, пожалуйста.

Девушка поднялась и удручённо поплелась за мной в директорский кабинет. Понятно, что под Димкиным началом трудиться ей было гораздо приятнее. Да к тому же — новая метла, ещё неизвестно, кого выметет, кого оставит… Есть с чего расстроиться.

Знала бы ты, Дашенька, до чего я сама не рада сюда вернуться! Но что поделаешь, раз так сложилось.

— Присаживайтесь, — нейтральным тоном сказала я, утонув в объёмном Димкином кресле. Вот же чудила… даже тут не мог не выпендриться, купил самое дорогое, а то, что оно с остальной обстановкой совершенно не гармонирует и смотрится здесь инородным телом — на это плевать…

Даша пристроилась на краешке стула, скрестив стройные ножки, и потупила взор.

— Введите-ка меня, Даша, в курс дела, — попросила я. — И если можно, покороче, пожалуйста.

— А я ничего не знаю… — девушка подняла на меня испуганные глаза.

Ну что ж, со второй частью просьбы она справилась на все сто. Предельно коротко.

— Чего вы не знаете? — удивилась я. — Вы же, кажется, секретарём у нас трудитесь, или я что-то путаю?

— Да, референтом, — поправила она. — Только я, в самом деле, ничего не знаю. Дима всё решал с Софьей Альбертовной.

— Вот как? — удивилась я ещё больше. — Вы Карецкую имеете в виду?

— Ну да, — кивнула Даша.

— А она, что, тоже у нас работала? — продолжая недоумевать, спросила я. Обычно Димка ставил меня в известность о кадровых перестановках. Хотя… про девчонок и админа ведь тоже не сказал…

— Нет, в штате она не состояла, но все вопросы Дима решал с нею.

— Что-то я не очень понимаю. Даша, вы можете объяснить толком?

— Ну, она тоже юрист… А тут, вроде, дело какое-то сложное подвернулось… и они вместе с Димой им занимались. Если честно, я не в курсе.

— А куда подевались наши юристы?

— Так у нас, по-моему, только один остался. Да и тот не работает. В последнее время всем занималась Карецкая. Но я, правда, не знаю ничего, — жалобно повторила Даша. — Спросите лучше бухгалтера, может, она знает.

— Хорошо, пригласите Ларису Васильевну, — сказала я, сообразив, что никакого толка от девчонки не добиться. — И сделайте два кофе, пожалуйста.

Компания наша, как вы, возможно, догадались, юридическая. И у её создания, как и у всего на свете, есть своя предыстория.

За бизнес браться я и не помышляла, а занималась… Да, в общем-то, на тот момент уже ничем, кроме попыток пережить расставание с любимым театром.

И была у меня замечательная подруга Аришка. Стоп, что значит была? Она и сейчас есть и, надеюсь, всегда будет в числе моих подруг. А у Аришки был муж — старший помощник капитана. Вот он, к сожалению, действительно был, так как несколько лет назад, работая по контракту на иностранном судне, погиб при весьма странных обстоятельствах.

Для Аришки это стало страшным ударом. Муж был любимый, а кроме того и человек прекрасный, и тут такая беда…

Подруга осталась с двенадцатилетней дочкой на руках и пожилыми, не слишком здоровыми родителями, с трудом живущими на пенсионное пособие. Сама Аришка работает менеджером в довольно крупной компании, зарплату по нынешним временам получает неплохую, и для одного человека её, возможно, хватило бы, но на такую семью, конечно, нет.

Толпа друзей, некогда пасшихся в карманах Аришкиного мужа, быстро забыла о существовании вдовы, так что рассчитывать она может только на себя.

Город у нас морской, моряков много, и всем известно, что в случае гибели моряка, владелец судна обязан выплатить семье погибшего страховку. Те, кто не сталкивался с прискорбными случаями, полагают, что так оно всегда и есть. Мы тоже были уверены, что Аришка получит положенную компенсацию, и у неё хотя бы не будет болеть голова о том, на какие средства растить дочь и лечить родителей.

Но не тут-то было. Денег ей никто не предложил, а когда я заставила её написать работодателю письмо с просьбой выплатить страховку, пришёл категоричный отказ. В ответе пояснялось, что поскольку муж Аришки покончил жизнь самоубийством, никакой компенсации семье не положено.

И тогда у нас возник резонный вопрос: с чего бы это молодому парню, имеющему перспективную работу и прекрасную семью, сводить счёты с жизнью? Тщательно проанализировав собранную информацию, мы заподозрили, что переселиться на тот свет Аришкиному мужу помогли, и стали искать адвоката, который займётся этим делом.

Вскоре выяснилось, что найти у нас толкового юриста-международника — задача практически невыполнимая. Мы как новорождённые котята безрезультатно тыкались во все инстанции, и я вдруг задумалась, почему это в нашем морском городе нет компании, занимающейся защитой прав моряков? С этого и началось.

Посчитав это знаком свыше, быстро зарегистрировала фирму, отыскала за границей юристов, специализирующихся на подобных случаях, и довольно оптимистично смотрела в Аришкино будущее, потому что один зарубежный адвокат с воодушевлением принялся за её дело. Иск, выставленный работодателю, составил ни много ни мало полмиллиона американских «денег», а это было в несколько раз больше наших самых смелых ожиданий.

Моё собственное будущее тоже стало хоть как-то просматриваться, так как деятельность, помогающая восстановить справедливость там, где она наглейшим образом попирается, была мне в общем-то по душе. Нашлись и другие семьи, пострадавшие подобным образом, и работа закипела.

Однако всё оказалось не так просто. Хотя… с какой стороны посмотреть. Может, как раз наоборот, намного проще, чем я думала вначале.

Как обычно, всё упёрлось в деньги. Разбирательства затягивались, требуя постоянных финансовых вливаний, а зарубежные адвокаты почему-то теряли в процессе тяжбы первоначальный энтузиазм, а то и вовсе без объяснений соскакивали. Средств в предприятии не хватало. Пришлось нанять на работу местных юристов и параллельно с морской темой заняться обычными спорами разных граждан и предпринимателей. Наружу полезла всякая дрянь, а мне стало тоскливо. Ежедневно сталкиваться с человеческой мелочностью и подлостью я оказалась не готова.

Вот на этом этапе экс-любимый и подставил своё «надёжное» мужское плечо, попутно предложив ещё кое-какие направления, связанные с морской тематикой. Поначалу мы работали вместе, но потом у нас начали возникать серьёзные разногласия, и дабы не обострять ситуацию, я уступила ему директорское кресло. Даже была признательна, что он избавил меня от него.

Всем теперь занимался Дима, а я лишь изредка консультировала его по отдельным вопросам, в которых разбиралась лучше. Некоторое время такое положение дел всех устраивало. Но доходы теперь тоже контролировал он, и вот, вскоре после нашего расставания, я ощутила, что мне почему-то стало сильно не хватать на жизнь.