Секретарша-девственница - Кэтти Уильямс

– К чему такая поспешность, Кэти? Никто еще не упоминал о свадьбе.

– Это неважно. Просто пока еще не упоминал.

Родители приехали познакомиться с тобой, но теперь, когда ты успешно выдержал испытание, в очень скором времени на меня обрушится шквал советов по подготовке приглашений, выбору церкви и подвенечного наряда.

Кэти вздрогнула, представив себе дальнейшее продолжение игры. Ей придется по-прежнему видеть Бруно каждый день, ходить вместе на различные общественные мероприятия, ощущать его прикосновения, когда та или иная ситуация потребует доказательств взаимной нежности. И все это – понимая, что для него эти прикосновения не значат ничего, в то время как для нее… С каждой секундой, проведенной рядом с Бруно, любовь ее будет расти, а сама она – больше и больше запутываться в вязкой паутине, из которой ей никогда не выбраться.

Горячее дыхание мужчины опаляло лицо Кэти.

Каждая клеточка ее тела затрепетала от возбуждения.

– Мои родители – люди со старомодными взглядами, – отчаявшись, продолжала Кэти. – Им трудно представить помолвку без назначенной даты торжественного события. И Джозефу, вероятно, тоже. Он довольно быстро встал на ноги, но все еще ощущает себя слабым. Возможно, он думает, что время не на его стороне и что, чем быстрее крестник обзаведется семьей, тем лучше. Ты никогда об этом не размышлял? – Кэти буквально испепелила Бруно гневным взглядом.

– Я размышлял о многом, – мрачно произнес он.

– В том числе хоть о чем-нибудь из только что перечисленного мною? – нервно спросила она, удивляясь его ледяному тону. По мере постепенного сближения с Бруно Кэти ощущала себя в его присутствии все спокойнее, но сейчас мрачное выражение его лица заставило сердце девушки затрепетать в груди.

– Например, я сопоставляю сказанное тобой вчера со сказанным сегодня…

– Что? О чем я говорила вчера? – Нахмурившись, Кэти попыталась припомнить, но, мысленно перебирая вчерашние разговоры, никак не могла догадаться, куда он клонит.

– Об одежде, которую ты решила оставить, потому что она тебе еще пригодится. О да. Робкая, неуверенная девушка в скромном платьице в цветочек вдруг увидела и поняла, что новый фирменный гардероб – средство, помогающее заполучить мужчину. Разве не так ты себе сказала? Зачем же ждать, почему не попробовать сразу, а? Я вижу, лжепомолвка подействовала удивительным образом на твои нервы и внезапно…

– Забери свои платья обратно!

– Каково это, из юной невинной девушки вдруг превратиться в женщину-охотницу, а, Кэти? – Глядя на ее покрасневшее лицо, Бруно представил себе, как она следует по городским улицам, покачивая стройными бедрами и даря мужчинам улыбки.

Вспышка доселе не изведанной ревности ослепила Бруно, и он не знал, что с ней делать. – Ты весьма убедительно изображала робкое юное создание в испуге перед предстоящей потерей девственности.

Сейчас, думая о той ночи, я сомневаюсь, действительно ли ты боялась? Кто знает? Может, ты вынашивала планы… это так, Кэти? Ты собиралась использовать меня? Ты сочла меня самой лакомой добычей?

– Использовать тебя? Как ты это себе представляешь?

Взбешенный Бруно словно не заметил вопроса.

– Тебе двадцать три года. Предположим, лишь предположим, ты решила, что наступила пора расстаться с девственностью, а кто подойдет для этого лучше, чем одинокий состоятельный мужчина? С уходом Изабел исчезли любые угрызения совести… – Глядя в широко раскрытые недоумевающие глаза девушки, Бруно понимал, насколько он сейчас беспощаден. Он потерял самоконтроль, он просто сошел с ума. Но для него казалось невозможным представить Кэти, улыбающуюся другому мужчине, нежно смотрящую на него, ложащуюся в постель с другим… Резко отойдя от девушки, Бруно постарался прийти в себя и сел на диван.

– Я не знаю, о чем ты. – Кэти растерянно теребила рукав. – Я ничего от тебя не требую, – тихо произнесла она. – Мне совершенно непонятно, каким образом ты пришел к ошибочным выводам.

Мы вместе оказались в довольно трудной и странной ситуации. Если бы Изабел захотела взять реванш, а не мстить, мы бы даже не были сейчас здесь!

– Не были бы, – сердито подтвердил Бруно. Но, увы, мы здесь и вряд ли сумеем выпутаться из этой истории за один день.

– Ты обвиняешь меня в приспособленчестве, и я вынуждена возразить. – Кэти должна была прояснить ситуацию. – Я не планировала… заниматься с тобой любовью… просто это случилось. Я совершенно не думала о твоих деньгах. Твое утверждение нелепо. Я никогда не вступила бы в связь с мужчиной ради денег. Ты обвиняешь меня крайне несправедливо. – Кэти изо всех сил старалась не расплакаться. Слезы привели бы Бруно в ярость. В конце концов, он ведет себя так не нарочно, в голове у него все действительно перепуталось, как и у самой Кэти. В сотый раз она думала о происшедшем, взвешивая все «за» и «против», стараясь понять, правильно ли они поступили, и приходила к единственному ответу: они устроили этот спектакль, руководствуясь исключительно благими намерениями.

– Хорошо. Прости меня, – тихо произнес Бруно.

Извинение его лишь усилило желание Кэти расплакаться. Девушка судорожно сглотнула, пытаясь удержать слезы, и Бруно притянул ее к себе. Гладя волосы Кэти, он взял в ладони ее лицо и прижался губами к ее губам, потом просунул руку под тонкую ткань одежды и, потянув вниз хлопчатобумажный бюстгальтер, освободил грудь.

– Что… что… ты делаешь? – еле слышно прошептала Кэти.

Теплые ладони Бруно накрыли восхитительные мягкие холмики, и девушка задрожала, вся во власти острого, ни с чем не сравнимого удовольствия.

– Что мы делаем, ты хочешь сказать…

– Ты не должен прикасаться ко мне подобным образом… это не входит в условия соглашения…

– Тогда почему ты отвечаешь на ласку? – Бруно задрал вверх ее блузку и, тяжело дыша, созерцал результат своего труда: соски набухли, словно готовые распуститься почки. – Я собираюсь прикоснуться к ним ртом, – тихо предупредил он. – Ты хочешь этого?

– Я хочу… – Кэти хотела сказать, что хочет отодвинуться как можно дальше от Бруно, освободиться от чувств, овладевающих ею и заслоняющих собой здравый смысл. Но при одном лишь взгляде в бездонные темные глаза протест умер, не успев вырваться наружу. Вместо того чтобы отпрянуть назад и привести в порядок одежду, Кэти выгнулась дугой, и одна из маленьких грудей оказалась прямо у рта Бруно.

Прикосновение его влажного языка к чувствительному соску мгновенно возбудило ее до предела.

Внезапно раздался звук голосов и приближающихся шагов, и Кэти, оттолкнув Бруно, едва успела привести себя в порядок. В гостиную вошли родители, они были полностью готовы к поездке.

Джозеф предложил услуги Джимбо, чтобы доставить их на станцию. Мама, от проницательных глаз которой не укрылся чересчур яркий румянец дочери, согласилась.

Кэти обрадовалась идее Джозефа. При обычных условиях она с удовольствием отвезла бы родителей сама и выпила бы с ними чашку чая в ожидании поезда, но сейчас девушка страшилась оказаться с ними наедине, ведь опять начнутся расспросы.