Я научу тебя любить - Мария Акулова

— Не волнуйся. Все хорошо. — Произнес, каким-то волшебным образом четко угадывая, в чем беда. — Расслабься. Думаю, тебе понравится.

И пусть Ане хотелось тут же замотать головой, разом вываливая все сомнения, роящиеся в голове, она кивнула.

Позволила подтолкнуть себя к выходу, пыталась быть спокойной, следя за тем, как Корней замыкает квартиру, как берет ее за руку, а второй везет чемодан, вызывает лифт, пропускает в него…

— Бабушке нужно позвонить…

Аня произнесла негромко, скорее себе, но Корней снова кивнул. Глянул будто бы в глаза, но в отражении…

— И Ольшанскому. Договорись о дистанционке или возьми отгул. Если нужно будет поработать — возьмешь мой ноутбук.

— Хорошо, — Аня сглотнула, попыталась собраться, чтобы построить в голове два важных будущих диалога… Вздрогнула, когда лифт пиликнул о том, что они уже на первом. Послушно вышла следом за продолжавшим держать ее за руку Высоцким. По холлу подъезда, вниз по ступенькам, до припаркованного брендированного знаком службы такси автомобиля…

Нырнула в него на заднее, когда Корней открыл дверь, подтолкнул еле заметным движением пониже поясницы, дождалась, пока сам сядет рядом, а водитель займет свое место… Выдохнула, только когда автомобиль тронулся…

С опаской глянула на Корнея, который тут же снова достал телефон, начал что-то строчить… За окно… На свои колени — на которых клатч, а в нем чистейший загранпаспорт, в котором через несколько часов появится первый штамп…

Снова на Корнея.

Который успел оторваться, повернуть голову в ее сторону, посмотреть задумчиво. Когда поймал Анин взгляд — кивнул, как бы мотивируя что-то сказать, но ей было нечего. Точнее хотелось-то много, а если по делу — то в голове пусто… Поэтому она просто мотнула головой, отвернулась к окну, задавая себе немой вопрос: «не сон ли?». Даже ущипнуть себя захотелось, но это было бы слишком глупо…

— У меня будет много работы. Днем придется развлекаться самой. Посмотри, пока едем, что тебе интересно. Может гида возьмем. Офлайн карты скачай на всякий случай. Я на телефон деньги закину, не пугайся. Это для роуминга. Слышишь?

Корней снова заговорил, когда такси выезжало за пределы ЖК. Аня встрепенулась, посмотрела, тут же достала телефон…

— Да. Я… Сейчас… — занялась прилежным исполнением указаний, вбила в Гугл: «Вена, куда пойти»… Перешла в картинки, начала смотреть… И почувствовала, как сердце снова ускоряется. Потому что перед глазами — красочная сказка. Разнообразная и такая… Манящая. Особенно для девочки, которая давно мечтала, но еще никогда не была…

И снова захотелось посмотреть на него. Человека, благодаря которому каждая мечта… Озвученная или нет… Каким-то чудом сбывается.

— Что?

Вероятно, она смотрела слишком настойчиво, и слишком восторженно что ли, потому что заставила мужчину вновь оторваться от вечных дел, повернуть голову, спросить…

— Не верится просто… — Аня ответила, пожимая плечами. Очень хотелось сделать так же, как на кухне — вжаться лбом в плечо, обнять, поцеловать, шепнуть очередное признание на ухо, но приходилось сдерживаться. Потому что Аня понимала — он не оценит. Прилюдно проявлять эмоции не любит.

— Приземлимся — поверишь. А пока не трать времени зря. Друг на друга успеем налюбоваться.

Высоцкий произнес ровно. Будто бы абсолютно сухо, но на последней фразе Ане стало небывало тепло, возвращая взгляд в телефон, она даже не пыталась сдержать улыбку.

Потому что… Наверное, больше всего ее радовало именно это. Что у них будет возможность успеть друг другом налюбоваться.

* * *

— Рейс задерживается… — Корней сказал негромко, когда такси уже неслось по трассе. Аня оторвала взгляд от экрана своего мобильного, в которым продолжала открывать один за другим туристические сайты и переносить важное себе в приметки. Зависла на секунду, не зная, насколько это плохо.

— Надолго?

— Час… — кивнула, так толком и не разобравшись, потом проследила, как Корней блокирует телефон, позволяет затылку вжаться в подголовник, немного двигается, вероятно, принимая более удобную позу, закрывает глаза… И Ане почему-то вновь нестерпимо хочется его коснуться. Настолько, что на сей раз она не сдерживается.

Пользуется тем, что водитель занят дорогой, а Высоцкий закрыл глаза, тянется рукой к его кулаку, покоившемуся на сиденье рядом с бедром, накрывает, легко сжимает…

Улыбнулась, когда он ожидаемо открыл глаза, немного повернул голову, глянул… Так, что Анино сердце ухает в пятки. Ведь слишком тяжело, что ли… Не мазнуть, а потом переключиться на что-то другое, а максимально адресно. И максимально же интимно. Так же, как ночью, когда они были только вдвоем.

Потом же… Расслабил руку, перехватил уже ее пальцы так, что они оказались надежно сжаты, потянул к себе, устроил на бедре…

— Насмотрела что-то?

Уточнил, дождался, пока закивает, усмехнулся…

— Показывай. Может я что-то подскажу еще…

А потом внимательно слушал, глядя на экран девичьего телефона, на котором мелькали картинки, статьи, заметки. Изредка что-то уточнял. Добавил еще парочку локаций. А когда Анин запал иссяк, произнес: «Умница. Шустрая», вызывая в Ане прилив гордости за себя, снова откинулся на подголовник, снова закрыл глаза, только вот… Руку с бедра не убрал.

Практически до самого аэропорта они так и ехали — молча. Корней чувствовал еле-ощутимые подрагивания пальцев на бедре, Аня — как он гладил тыльную сторону ладони своими. И уже совсем на подъезде она все же не сдержалась.

Подвинулась ближе, уткнулась лбом в плечо, улыбнулась, выдохнула, произнесла тихое:

— Ты так легко делаешь невозможное… — позволяя себе признание, которое давно уже крутилось в голове, давно уже рвалось, но она прикусывала язык…

И сейчас ответа тоже не ждала. Спокойно воспринимала тишину. То, что ритм поглаживаний ее кожи мужскими пальцами не сбился. Уверена была, что он продолжает держать глаза закрытыми. И скорее всего думает тоже о чем-то своем, рабочем, но прогадала.

Синхронно с тем, как в машине зазвучали характерные щелчки включенного поворота, Корней потянулся к ее лицу свободной рукой, поддел подбородок, заставил оторваться от плеча, посмотреть в глаза:

— Ты тоже.

И замереть, потому что он произносит что-то безумно важное, но она, кажется, просто не способна понять. Во всяком случае, умом. А вот сердце снова вскачь.