Мой любимый друг - Алла Касперович

– Если ты из-за нас с мамой волнуешься, то не надо! – Губы парня растянулись в улыбке, но глаза она не затронула. – Мы сильные, мы справимся.

– Я и не сомневаюсь! – Алина взяла друга под руку и повела его к ближайшему магазинчику. – А мы с мамой вам поможем. Только сначала пломбир купим.

Как назло, холодильник в маленьком «продуктовом» сломался, поэтому вожделенное лакомство добыть не удалось. Сдаваться друзья не собирались и попытали счастья в супермаркете. И чтобы уж наверняка, сразу купили торт-мороженое.

– Будем праздновать мамину свободу! – объявил Пашка.

– Только маме это не говори, – предостерегла его Алина.

– Почему это?

– Ну… Она ведь его любила…

– Любила, – подтвердил Пашка и подал подруге руку, чтобы помочь перепрыгнуть через разбитую ступеньку. – Вот именно что любила. Если честно, думаю, они давно уже, ну… того, ты понимаешь.

Заливаясь краской, Алина кивнула.

– Да и папа почти всё время в командировках… А раньше такого не было. И мама перестала его котиком называть, а всё больше по имени. Как-то раньше я не обращал на это внимание… – Пашка взъерошил свои волосы и посмотрел куда-то в небо. – А теперь мне кажется, что у них уже давно всё закончилось. Очень многое теперь вспоминается.

– Ты не винишь его? – девушка осторожно посмотрела другу в лицо, но не смогла поймать его взгляд.

– Виню, конечно! – Пашка сжал кулак. Один, потому что второй рукой всё ещё держал ладошку Алины. – Он поступил как гад, трус… – парень хотел добавить слова покрепче, но остановился, зная, что подруга этого не любит. – Он ведь мог просто развестись с мамой, а потом уже делать, что захочет, а он…

– Да, он поступил нечестно, но вы с мамой в этом не виноваты! И вы не одни! – В уединённой аллейке Алина остановилась, повернулась к другу лицом, придвинулась ближе, встала на цыпочки и поцеловала его в щёку, но немного не рассчитала и задела губами уголок его губ. Глаза девушки распахнулись, а сердце гулко забилось. Она отступила на шаг и отвела взгляд. – Я всегда на твоей стороне.

Пашка смог лишь молча кивнуть. Ему пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не схватить девушку в объятия и не начать покрывать её лицо, волосы и плечи поцелуями. Больше всего он боялся спугнуть Алину.

– Пойдём, а то мороженое растает, – наконец сказала она, развернулась и пошла в сторону дома. А Пашка последовал за ней, пытаясь унять разбушевавшиеся чувства.

В квартире Романовских оказалось удивительно тихо, и даже Бонифаций поленился проверить кто же пришёл. Только когда агрессоры покусились на его территорию, возмущённо запрыгнул на стиральную машину и продолжал громко сопеть, пока друзья по очереди мыли руки.

– Куда это наши мамаши свалили? – возмущался Пашка, пряча торт в морозилку. – Мы им мороженое принесли!

– Я сейчас маме позвоню… – Алина взяла свой мобильный и набрала номер. Конечно же, Вера Георгиевна ответила только с четвёртого раза. – Мам!

– Привет! – Голос женщины звучал настолько радостно и энергично, словно она в одиночку съела килограмм пломбира. – Телефон долго в сумке найти не могла.

– Я так и подумала. Ты где? Тётя Аля с тобой?

– Со мной, со мной! – хохотнула Вера Георгиевна. – Я её взяла на поводок и везу смотреть новую работу!

– Какую работу?! – ахнула Алина и круглыми глазами посмотрела на друга. Пашка выглядел не менее ошарашенным.

– Новую! – повторила мать. – Мы Альке работу нашли! Дома расскажу. Всё, дочь, пока. Нам сейчас выходи́ть.

– Стой! – Алина прищурилась. – Передай трубку тёте Але.

–  Это ещё зачем?

– Я тебе не доверяю. А вдруг ты её насильно увезла!

– Что значит «а вдруг»! – расхохоталась Вера Георгиевна и повесила трубку.

– Кажется, у них всё в порядке… – покачала головой Алина и положила свой мобильный на кухонный подоконник.

– Это я уже понял, – хмыкнул Пашка, поудобнее устроился на стуле, вытянул под столом ноги и заложил руки за голову. – Ну, тёть Вер даёт!

– Сама в шоке. – Девушка подошла к холодильнику, по-хозяйски открыла его и придирчиво оглядела. – Суп будешь?

– Буду. Я всё буду.

Пока Алина хлопотала на кухне, Пашка не сводил с девушки глаз. Тепло разливалось в его груди, а горло почему-то перехватывало.

– Алина…

– Что? – спросила она, старательно нарезая свежую зелень.

– Я никогда не предам ту, кого люблю.

– Я знаю, Паш, я знаю.

«Я никогда тебя не предам».