О чем шептал океан - Кристин Лестер

— Джеймс, прекрати!

— Ну хорошо, хорошо. Я подумал, что у тебя просто великолепно получается заманивать мужчину, при этом он будет абсолютно уверен, что инициатива идет от него. Как, например, сейчас. Ты хочешь соблазнить меня…

— И вовсе нет!

— …как три дня назад собиралась соблазнить его! Прическу сделала. Тебе, кстати, идет. Я чуть не влюбился, когда увидел.

— Нет, ты не сможешь влюбиться в такую, как я! Ты меня сразу предупредил.

— Конечно нет. Это даже не обсуждается… Так о чем мы? Ах да. А вот Антуана мне по-настоящему жаль.

— Это почему?

— Да потому. Когда ты начнешь бегать за мной… — Он расхохотался, увертываясь от ее кулачков. — А ты в любом случае начнешь бегать за мной. Лучше разойдись с Антуаном сразу. Ты не будешь любить его в браке. Ты будешь изменять ему направо и налево, — сказал он уже серьезно.

— Почему?

— Ты знаешь почему. Но главное — ты не будешь счастлива сама. Я серьезно, запомни это, Кэтрин. Зато он и правда любит тебя, вот в чем парадокс!

— Ты считаешь, что любить меня — парадокс?

— Конечно! Ни один нормальный человек добровольно не согласится на такую кабалу.

— Ах так?.. Ах вот как?.. — Она с вызовом смотрела на него, не в силах придумать достойный ответ.

Джеймс легонько провел пальцем по ее лицу.

— Ты хочешь доказать мне обратное?..

— Хочу.

— И я хочу… А ты что имела в виду?

Вместо ответа Кэтрин притянула его к себе и осторожно поцеловала. Джеймс не выдержал, подхватил ее на руки и закружил, погружаясь в страстный поцелуй.

— Мне наплевать, о чем мы вчера договорились, Кэтрин. Я хочу тебя…

— А мне наплевать, что ты никогда не сможешь влюбиться в меня…

Она обхватывала его талию ногами, и Джеймс понял, что сегодня долгой прелюдии у него просто не получится. Он слишком долго терпел. Он слишком долго ждал ее. Он слишком долго смотрел, как она делает это с другими мужчинами…

Вода была теплая и ласковая. Вода не оставляла им никакого выбора, и счастливая Кэтрин растворялась в этой стихии. Она растекалась по лиловым волнам, распадалась на тысячи мелких бликов, словно нежный лунный свет, посеребривший их разгоряченные тела.

Теперь ей было все равно, что будет завтра и что Джеймс о ней подумает. Ей было все равно, что станет с ее «перезагрузкой системы» и какие новые ощущения поселит в ней этот мужчина.

В эту ночь она любила Джеймса. В эту ночь Кэтрин впервые за свои почти тридцать лет поняла, какой бывает настоящая любовь. Завтра это чувство, возможно, пройдет, но сегодня оно властвует над ней. И это прекрасно! — думала она, отдаваясь Джеймсу. Прекрасно потому, что теперь она сама выбирала, кого любить, а не позволяла любить себя «и все равно, кто это будет делать».

Сегодня она выбрала Джеймса. По каким причинам их свела судьба и почему Всевышнему это было угодно, ей было все равно. Но Кэтрин точно знала, что это не очередной каприз избалованной пресытившейся женщины, а именно судьба.

А он жадно выпивал ее и тут же наполнял собою до краев. Он кружил с нею в воде, жадно прижимая к себе; выносил на песок, где нежно покрывал ее тело поцелуями; уводил ее подальше от берега в лес, чтобы не потревожить Софию, и они снова неистово любили друг друга… А потом они опять возвращались в воду, с которой все началось и которая обвенчала их.

Вода остужала их тела, давала отдых и свежие силы и тут же коварно бросала обратно — в объятия друг друга. До самого рассвета. А волны шептали, шептали им свою вечную песню…