Влюбиться после свадьбы - Кэрол Маринелли

- Держи. - Антониетта вернула Гейба Авроре. - Мне надо обслужить номер. Я ненадолго.

- Нам пора идти, - сказала Аврора.

- Да. - Антониетта заставила себя улыбнуться. - Вам предстоит сделать объявление.

Антониетта слышала смех из бального зала, везя тележку в номер люкс. Она не возвращалась в «Август» с тех пор, как резко рассталась с Рафом.

Несмотря на счастливое Рождество, у нее было тяжело на душе. Она зажала переносицу пальцами, запрещая себе плакать.

- Обслуживание номеров! - постучав в дверь, сказала она. Не получив ответа, открыла дверь ключом-картой. - Обслуживание номеров! - повторила она.

И вошла в комнату. Шторы были задернуты, но все свечи в номере были зажжены. «Август» мягко освещался мерцающими огнями, которые танцевали под легким ветерком. Казалось, звезды падают с неба.

- С Новым годом, Антониетта!

Она вздрогнула от звука его голоса.

- Раф!

Наверное, ей снится сон. Или у нее галлюцинации. Потому что на Рафе военный мундир. Как только ее глаза привыкли к полумраку, она увидела, что в «Августе» установлена рождественская елка, а под ней лежат подарки. И накрыт стол для двоих.

Да, ей снится сон. Через секунду она проснется и ее подушка будет мокрой от слез. И она опоздает на работу.

- Я забыл свой подарок, - сказал Раф, не дождавшись ее ответа.

- Я отдала тебе подарок, Раф. Масло Нероли, помнишь?

- Конечно. Оно стоит у меня дома на комоде. Я имел в виду шоколад.

- Я подарила его Пино, - произнесла Антониетта, совершенно не понимая, что происходит, и ожидая, что Раф в любой момент исчезнет.

Но он не исчезал. На самом деле, когда она шагнула к нему, он обнял ее.

- Я видела тебя на балконе по телевизору, - сказала она.

- Это было пару часов назад. Если бы я там не появился, то нарушил бы традицию.

- Раф. - Она отстранилась от него. - Я не могу это сделать. Франческа…

- Погоди, - ответил он. - Нет никаких проблем. Франческа знает, что я здесь. Нико и Аврора тоже.

- Они знают?

- Конечно. И они согласны с тем, что Рождество надо проводить с теми, кого любишь.

Ну, он прав. А будет ли он приезжать к ней в Силибри на другие праздники?

- Я заказал равиоли капрезе, - сказал Раф, - и шоколадный торт.

- Я поела, Раф.

Возможно, она ответила ему не слишком любезно, учитывая, что он так старался, но Антониетта не знала, зачем он приехал.

Раф поднял крышку с блюда.

Антониетта увидела не романтический ужин на двоих, а кольцо с сапфиром цвета воды в Голубом гроте. Она узнает этот камень где угодно.

- Красиво, но… - Она с тревогой посмотрела на Рафа. - Прошу тебя, не играй со мной, Раф. Пожалуйста, не говори мне, будто этот сапфир означает, что однажды ты вернешься. Что мы будем целоваться в свете Голубого грота…

- Я бы никогда этого не сделал, - сказал Раф. - И это не сапфир, Антониетта. Это алмаз. Мы поцелуемся и снова будем вместе в Голубом гроте, но как муж и жена.

- Что-что?

- Разве я могу жениться на другой женщине? - спросил Раф. - Это было бы несправедливо по отношению к нам обоим и к моей жене. Я должен благодарить свою мать за понимание.

Он рассказал Антониетте всю правду.

- Мой отец возил своих любовниц на Капри. Если честно, я какое-то время хотел точно так же поступать с тобой. А Нико сказал, что Силибри может быть моим убежищем…

- Никогда! - Антониетта покачала головой.

- Силибри может стать нашим убежищем, - произнес Раф. - Я понимаю, для тебя это огромные изменения. Тебе, вероятно, понадобится время, чтобы подумать, и это сложно понять…

- Нет, - сказала Антониетта. - Мне не нужно думать. Ты мой купец.

- Прошу прощения?

- На всякий товар есть свой купец. Ты - мой купец, Раф. - Она взяла алмазное кольцо и надела его себе на палец. - Я больше всего на свете хочу стать твоей женой.

Антониетта боялась того, что ждет ее в будущем, но охотно шагнула в объятия Рафа, который поцеловал ее, а потом отнес в спальню, освещенную свечами, где неторопливо доказывал ей свою любовь.