Семья напрокат - Агата Санлайт

Александр говорил себе это пока ехал на мероприятие.

Но затем все его мысли занял Лютый.

Филип Прокопьевич Лютов и сейчас выглядел как настоящий головорез – низкий лоб, тяжелая челюсть, нависающие над глазами надбровные дуги и взгляд – как выстрел в упор. Одевался он очень стильно. В хорошие костюмы, строгие, но не вычурные. Ходили слухи, что у Лютого несколько стилистов. Однако уж если бог тебя создал головорезом, никакой стилист это, увы, не исправит. Внешне. Что сейчас было за душой у Лютого, Тамилину еще только предстояло узнать.

Камерная вечеринка для избранных началась с небольшого официоза и выступления хозяина банка. Затем гости плавно разбрелись по фуршетам-муршетам. И Тамилин сразу же подошел к Лютому.

Тот вскинул на него свой убийственный взгляд и спросил:

– Чего-то хотели, Александр Вячеславович?

– Мы можем пообщаться тет-а-тет? – уточнил Тамилин.

Лютый приподнял кустистую бровь и провел рукой по идеальной прическе.

– Надеюсь ты не из этих… Ну для которых мужик с мужиком – это приват? – спросил тихо и с недружественным прищуром.

Тамилин мотнул головой.

– Нет. Я по женщинам. Однозначно!

– Ну тогда пошли! А то знаешь, я хоть и светский теперь человек, но голубков этих на дух не переношу. Не хотелось бы зашибить ненароком.

– Тут еще кто кого зашибет! – усомнился Тамилин, расправив плечи. – Но я, правда, не из тех. А голубки пусть отвечают за себя сами.

Лютый двинулся в соседнюю комнату и остановился возле одного из фуршетных столов, где пока что никто не «пасся». Как иной раз метко выражались светские львы.

– Говори, раз хотел тет-а-тет! – рубанул сходу Лютый.

– Ресторан «Аквариум» – это же ваше заведение?

– Да… Мое… У меня целая сеть. А что?

– В общем, скажу напрямую. Если что я тоже могу вломить, имейте в виду…

Лютый уважительно закивал – кажется этот язык, «вломить» и «кто кого зашибет» был ему ближе, чем светское общение.

– В конце прошлого месяца там состоялось мероприятие. Не знаю конкретно какое. Но вот развлекать туда гостей приехали… девочки от восьми до двенадцати лет из детского коллектива «Маленькие феи». И развлекали между стриптизом и травести шоу, в девять вечера…

По мере того, как Тамилин рассказывал, Лютый заметно менялся в лице. Казалось, на Александра смотрит зверь – настоящий, лютый, если можно так каламбурить. Оскал, сверкающие льдом светло-серые радужки, одна линия бровей нависла над глазами и переносицей. Выпяченная вперед голова на мощной шее – как у боксера перед дракой. Сжатые кулаки до посиневших костяшек и суставного скрипа.

Лютый разве что только не рычал.

Впрочем, Тамилин его не боялся. Один на один он легко даст отпор. В своих силах и своем умении драться Александр не сомневался. Архаровцы Лютого вряд ли поднимут на него руку. Это вызовет резонанс в светское среде, куда этот бандит так стремился втиснуться.

Тамилин ждал отвела, а Лютый молчал и только скрипел зубами.

Затем он налил себе коньяку и осушил две порции залпом. Вытер губы рукой, уже, похоже, совсем не оглядываясь на то, что он – таки светский мужчина. Культурный, приличный и воспитанный.

– Информация верная? – вдруг обратился к Тамилину и Александр неожиданно понял, что Лютый сам поражен услышанным.

Тамилин кивнул.

– Моя… новая жена Ярина Солнцева, журналистка фрилансер и писатель. Ее попросили сделать об этом материал. Мы думали, вы в курсе…

Лютый еще раз захрустел суставами кулаков.

– Я не в курсе! Я дал задание своим людям привести заведения в такой вид, чтобы все было чисто и гладко. Шито-крыто. И за такие вот ссс… свистопляски кое-кому могу оторвать голову.

– Моей жене угрожали по телефону на счет статьи, – добавил Тамилин. – И я, признаться, вне себя от мысли, что это произошло.

– Понимаю! – снова оскалился Лютый. – Я тоже вне себя. Разберусь. А жене передайте мой комментарий. Я знать не знал про эти дела. И разберусь с виновниками, как следует.

– Скажете на диктофон? – уточнил Тамилин.

– Да ради бога!

Лютый повторил все под запись.

– Теперь. Замалчивать это дело – себе хуже. Подумают, что-то знал и отпираюсь как могу, прикрывая своих. Поэтому пусть берет комментарий. Но вначале я их накажу. И кое-кому придется через две недели искать другую работу. У меня все по трудовому кодексу! – Лютый рычал, но почему-то сейчас он Тамилину больше нравился, чем, когда еще недавно изображал культурного и светского.

– Мне нужно в «Аквариум»! Дальше без меня празднуйте! – он крутанулся на пятках и ушел.

Тамилин выключил диктофон и тоже отправился восвояси. Домой, к своей ненаглядной Ярине. Его мало интересовала остальная часть тусовки. Хотя обещали еще какой-то там танец акробатки на шесте – как искусство, а не стриптиз – выступление шпагоглотателя и факира.

Тамилину хватило и глотания шпаг, когда он лез на рожон против Лютого, и танцев – танго «страстного» с ним разговора. Да и женщины его теперь мало интересовали. Кроме одной, к которой он и поехал.

Судя по докладам Алексея, Ярина ложилась спать рано, а Тамилин очень хотел выпить с ней чаю перед сном. Поговорить. Неважно о чем. Так что спешку Александр считал вполне оправданной. Тем более, у него для Ярины были новые сведения по ее материалу. А эти журналистки все одинаковые. Дай им сенсацию или кусочек мозаики сложного журналистского расследования – и они уже почти счастливы. Несутся, сломя голову, барабанить по клавишам и выписывать сложный узор из слов, сравнений и аналогий.