(Не) бывший папа - Клэр Вирго

— Ура-а-а, пицца! — кричат оба и разом хватают по куску. Они растут, им надо все больше еды.

Я умиляюсь, глядя, как они буквально наперегонки съедают почти целую пиццу, запивают соком из коробочек и убегают обратно играть. Мы снова остаемся одни. Неспешно наслаждаемся едой, кормим друг друга, целуемся. Ловим каждый миг, не зная, сколько нам еще отмерено.

Наконец, приходит пора прощаться. Денис зовет сына, и тот выходит, но, прежде чем одеться, берет меня за руку и отводит в сторонку.

— Говорят, ты убила мою маму! — шепчет мальчик, когда я опускаюсь перед ним на корточки.

— Кто говорит?

— Мальчики в садике. И новая воспитательница. Я слышал, как она это по телефону кому-то рассказывала. Но я в это не верю, ты хорошая.

Он обнимает меня, а я не знаю, что сказать. Просто нет слов, а глаза щиплет от слез.

— Я не хотела причинять вред твоей маме, правда. Это случайно вышло, — оправдываюсь, но сама себе не верю.

— Я знаю, — кивает Руслан серьезно. — Не бойся, я буду тебя защищать в садике.

Теперь уже я обнимаю ребенка и снова не нахожу слов. Чувства переполняют, а я все больше теряюсь и ощущаю себя бесконечно виноватой.

— Руслан, нам пора, — слышу голос Дениса.

— Иду, — отвечает мальчик и целует меня в щеку. — Пока!

— Пока, — улыбаюсь ему, еле сдерживая слезы.

***

Денис

Поздно вечером раздается звонок от Игоря. Руслан уже давно спит, а я не могу заснуть, как и все последние дни. Сплю всего пару часов, знаю, что надо дать организму отдых, но не получается.

— Что-то случилось? — Вряд ли Игорь стал бы звонить в такое время просто пожелать спокойной ночи.

— Да. — Голос радостный, словно выиграл в лотерею. — Я получил наконец результаты вскрытия.

Морщусь от этого слова. Сталкивался с ним не раз по долгу службы, но соотнести его с Оксаной до сих пор не могу.

— И? — подгоняю, не находя себе места от нетерпения.

— Твоя жена умерла от аневризмы аорты. Людмила ни в чем не виновата!

— Так, объясни по-человечески. Ничего не понимаю.

— В общем, если кратко, это несчастный случай. Аневризма может случиться в любой момент, просто сосуд разрывается, и все.

— То есть то, что она упала…

— Когда она упала и ударилась, уже была мертва. Мгновенная смерть.

— Она не мучилась?

— Нет, даже не поняла, что произошло. Как и следователи.

Пытаюсь уложить в голове новую информацию. Придется еще разобраться с этим и как вообще врачи проглядели, ведь такое не бывает внезапно, а Оксана проверялась регулярно, но основное я понял: Мила невиновна.

— И что теперь?

— Завтра с этими результатами поеду в отдел, чтобы закрыли дело за отсутствием состава. И все.

— Спасибо тебе, Игорь, за мной должок.

— Да брось. Это моя работа. В конце концов, я за это деньги получаю. И немалые.

— Это точно, — смеюсь. С души словно камень упал.

— Надо еще Людмиле позвонить, — спохватывается он, а я его останавливаю:

— Я сам скажу. Ты займись документами.

— Как скажешь. Увидимся.

Кладу трубку и ловлю себя на том, что улыбаюсь во весь рот. Никогда не верил в чудеса, но за последнее время их случилось уже несколько. Неспроста. Судьба точно дает мне второй шанс, и я обязан им воспользоваться.

Этой ночью я наконец засыпаю. Открываю глаза от трели будильника, бужу Руса, отправляю его в садик, а сам еду в ювелирный и выбираю самое красивое кольцо. Заскакиваю в цветочный за букетом ромашек, а потом направляюсь к Миле. Надеюсь, они уже встали.

Нащупываю в кармане бумажку — результаты ДНК-теста — и решительно звоню в дверь. Заспанная Мила, в тоненьком коротком халатике открывает дверь и недоуменно пялится на меня.

— Денис? Что ты тут делаешь?

— Прости, любимая, не мог больше ждать. У меня хорошие новости.

— Даже так, во множественном числе? — хмыкает она и делает шаг назад, а я вхожу, закрываю дверь и протягиваю ей букет.

— Да.

— Ну давай свои новости, — бурчит она, но я вижу, что пытается спрятать улыбку зарываясь лицом в цветы.

— Ночью звонил Игорь. Смерть Оксаны — случайность, он уже едет к операм, чтобы закрыть дело. — Смотрю на Милу, которая растерянно хлопает глазами, и улыбаюсь. — А вторая… — достаю из кармана коробочку и встаю перед любимой женщиной на одно колено. — Ты выйдешь за меня?

Глаза у Милы круглые, как блюдца, смотрит не отрываясь на кольцо, переводит взгляд на меня, а после, словно в трансе, кивает.

— Да, я выйду за тебя, конечно, выйду!

Надеваю кольцо ей на палец, а потом хватаю в объятия и начинаю целовать. Не хочется отрываться от манящих губ, они словно тянут меня в омут, но тут слышу голос Иры:

— Мама? А что случилось?

— А случилось то, — отрываюсь от Милы, подхожу к дочери и сажусь на корточки, — что твоя мама согласилась выйти за меня замуж.

— Значит, теперь ты будешь моим папой?

Достаю из кармана результаты теста и протягиваю Миле, но смотрю на дочь.

— Я всегда был твоим папой, просто ты об этом не знала.

— А мама? Она знала?

Не хочу подставлять Милу, поэтому твердо отвечаю:

— Нет, она тоже не знала. А сейчас мы все знаем. И что скажешь?

Ира некоторое время думает, кусая губы, а потом выдает:

— Я рада, я же с самого начала хотела, чтобы ты был моим папой. Помнишь, даже просила тебя им стать?

Еще бы, конечно, помню, такое не забудешь. В тот момент я узнал, что у Милы есть дочь. Моя дочь!

— Помню. Твое желание исполнилось.

***

Два месяца спустя

Мы поженились холодным зимним утром. На церемонии не было никого, кроме наших детей. Так даже лучше. После церемонии Рус, словно стесняясь, подходит к Миле и спрашивает:

— Теперь ты будешь моей мамой?

— Руслан, я никогда не смогу стать твоей настоящей мамой, но постараюсь сделать все, чтобы быть не хуже. Ты мне веришь?

Он кивает, и мы, взявшись за руки, выходим из ЗАГСа. Внезапно солнце выглядывает из-за серых туч и освещает всю нашу компанию. Да, нам многое пришлось пережить и наверняка еще немало предстоит. Но одно я усвоил: пока мы вместе, мы можем справиться со всем на свете.