Малыш для стервы и холостяка - Анастасия Градцева

— И он пошел, представляешь! Сам! — захлебывалась восторгом Рита.

— Мы не успели снять видео, — подхватил ее сидящий рядом Марк, — а еще раз он пойти не захотел.

— Но завтра попробуем еще раз! Обещаем! — закончила Рита и с опаской глянула на экран. Марта вроде не плакала, но и слишком счастливой тоже не выглядела. — Ты не очень расстроилась?

— Рит, — нарочито весело рассмеялась Марта. — Как я могу расстроиться от того, что мой сын сделал первые шаги? Я очень рада. И хорошо, что в этот момент с ним рядом были вы, раз я не смогла.

Тут голос у нее зазвучал подозрительно тонко, и она все же всхлипнула.

Марк только хотел сказать что-то утешающее, как на экране вдруг появилось лицо мужчины. Рита-то его хотя бы по фотке узнала, а вот Марк просто охренел. Особенно когда этот мужчина нежно поцеловал Марту, погладив ее по щеке, и перевел на них веселые темные глаза.

— Hi, my name is Luka. Nice to meet you!

У него был густой итальянский акцент и приятный низкий голос.

Рита тут же поздоровалась и представилась, приветливо улыбаясь Мартиному итальянцу и с опаской поглядывая на Марка, потому что тот сидел, играя желваками на сжатых челюстях и молчал. Кроме выдавленного сквозь зубы приветствия и своего имени, он больше ничего не сказал.

А потом так же сухо попрощался и, едва Лука отошел от экрана, злобно прошипел:

— Ну и кто это, хотел бы я знать.

— Мужчина, с которым я встречаюсь, — с достоинством ответила Марта.

— А он не староват для тебя? — вскипел Марк.

— Ему тридцать девять, — она явно начала злиться, но пока еще отвечала на вопросы брата достаточно вежливо. — Это не критичная разница в возрасте.

— Старый мужик, да еще и итальянец, — продолжал безжалостным тоном Марк. — О чем ты вообще думала, я не понимаю! Мне казалось, что история с ребенком научила тебя остерегаться коротких ненадежных отношений…

Рита дергала Марка за рукав и толкала ногой под столом, но он не обращал на эти намеки никакого внимания: пер напролом как медведь через лесную чащу.

— Он женат? Разведен? Там еще, наверное, и детей целый выводок, к сорока-то годам…

— Хватит! — вдруг рявкнула Марта. — Я тебя послушала, а теперь ты меня послушай.

Марк от неожиданности замолчал. И так уставился на сестру, как будто у нее третий глаз на лбу открылся.

— Знаешь что, Марк, мне уже далеко не пятнадцать и даже не восемнадцать, чтобы ты меня вот так вот отчитывал. Уж прости, но советоваться с тобой, с кем мне спать, я точно не собираюсь.

— Ты уже один раз сделала так, как хотела. И что из этого вышло? Нравится быть матерью-одиночкой?

— Я ни разу, — зло отчеканила Марта, — слышишь, ни разу не пожалела о том, что у меня есть сын. Все мои ошибки — только мои ошибки, к тебе они не имеют никакого отношения. И либо ты будешь уважать мой выбор и перестанешь соваться в мою личную жизнь, либо мы перестанем общаться.

— С ума сошла что ли? — вдруг как-то очень растерянно сказал Марк. — В смысле перестанем?

— А что мне еще остается делать? — закричала Марта. — Если ты по-нормальному не понимаешь?! Я же не лезу к вам с Ритой.

— Чегоооо? — одновременно вырвалось у них.

— Того, — передразнила их Марта. — Считаете, я слепая и тупая? Не вижу, как вы друг на друга смотрите?

— Тебе кажется, — попыталась оправдаться Рита.

— А засос у тебя на шее мне тоже кажется?

— Марта! — вскрикнула Рита и удушливо покраснела. — Ну зачем ты…

— Это вот к нему все вопросы, — она воинственно вскинула подбородок и кивнула на брата. — Он первый начал.

Марк был похож сейчас на снаряд, который через считанные секунды рванет, и всем наступит капец. Марта выглядела ничуть не более мирно.

— Так, стоп, — Рита решила, что на сегодня им всем достаточно. — Поговорим завтра на свежую голову. Марта, пока!

И нажала на отбой.

— Рита! — прорычал Марк. — Мы не договорили.

— Ты уже наговорил достаточно на сегодня, — твердо сказала Рита. — Еще пара слов в таком тоне, и Марта с тобой на самом деле перестанет разговаривать.

— Не лезь в мои отношения с сестрой, ясно? Я тебя об этом не просил.

Рита ощутила себя так, как будто ей дали под дых. Резкая боль скрутила все тело и заставила беспомощно задыхаться, а в глазах защипало от обиды. Через несколько секунд она справилась с собой и тихо сказала, стараясь не смотреть на Марка:

— Марта — моя самая близкая подруга. Я никому не позволю портить ей жизнь. Даже тебе.

И ушла. Заглянула в детскую — проверить, как там Арсений, — немного постояла в темноте комнаты, вслушиваясь в ровное дыхание ребенка и успокаиваясь, а потом ушла к себе в спальню.

Марк пришел тогда, когда Рита уже отчаялась ждать и почти уснула. Он пробрался молча к ней в комнату, сел на кровать и осторожно погладил Риту по ноге.

— Прости. Я не хотел тебя обидеть.

— Я подумаю, — проворчала Рита. — Я как-то не привыкла, что на меня гавкают и предлагают заткнуться.