Самая белая ночь - Ася Лавринович

Я спустила ноги, нащупала тапки и вышла в коридор. Варя, словно намеренно, громко брякала посудой. Когда я зашла на кухню, она сидела за столом перед включенным ноутбуком и нарочито увлеченно смотрела сериал. Завтракала она тем, что мы приготовили накануне вместе с Федей и Аликом.

– Что это такое? – не отрывая взгляда от экрана, спросила Варя, указав на свою тарелку.

– Картофельная запеканка, – растерянно ответила я, – с мясом.

Варя как-то странно усмехнулась и молча продолжила есть. Я ее не узнавала. Обиделась она, что ли, из-за того, что я вчера с ней не разговаривала? Да, неприятная ситуация… Но теперь, когда мы с Федей снова вместе, я чувствовала себя совсем иначе, особенно с утра: ощущение, что теперь я могу горы свернуть.

Я молча стояла у стола, не зная, с чего начать разговор. Впервые между мной и Варей возникло такое напряжение.

– Как твоя вечеринка? – спросила я, чтобы хоть что-нибудь уже сказать.

– Сойдет, – отозвалась Варя, не отрывая взгляда от экрана. – А эта запеканка очень недурна. Я уже вторую порцию ем.

– Приятного аппетита!

– Угу!

Варя молча придвинула ко мне листок. Тот самый, расчерченный в два столбика. В одном – «Агния», в другом – «Мастер-шеф Мечетина».

– Сама себе нарисуешь десять баллов? – спросила Варя, активно жуя и продолжая смотреть сериал.

Обстановку не мог разрядить даже Харви. Он сидел под столом и пялился на меня, будто тоже за что-то сердился.

Глядя на листок, я замешкалась. Почесала одну ногу о другую, уронив на пол тапку.

– Хорошо. Это не я готовила, – сказала я.

– Не ты? – переспросила Варя. Впрочем, без особого удивления. Она просто издевалась надо мной! – А кто же?

– Федя, – нехотя призналась я.

Тогда Варя наконец оторвалась от экрана и подняла на меня глаза.

– Агния, а когда ты собиралась мне рассказать, что Федя и есть тот парень, от которого ты без ума?

Я растерянно заморгала. Как Мечетина обо всем узнала? Только вчера вечером мы с Федей говорили, что нужно открыться Варе. Но я не думала, что она сама догадается, хотя, конечно, мое поведение в вечер их свидания было очень странным и подозрительным.

Я стояла перед Варей, не зная, с чего начать. А Мечетина не сводила с меня внимательного взгляда. Харви тоже неодобрительно поглядывал из-под стола. Я чувствовала себя самой великой предательницей на свете.

– Как ты узнала? – сдавленным голосом спросила я.

– Федя рассказал, – помрачнев, ответила Варя. Отвела взгляд и уставилась в уже пустую тарелку. – Устроили спектакль. А я, дура, еще решила, что ты заболела… или у тебя что-то случилось.

У меня в голове зашумело. Когда Федя успел рассказать Варе правду? В любом случае мы скрывали ее не со зла – так получилось. Но перед соседкой было стыдно.

– Ох, Варя, так все сложно, – вздохнула я, все-таки садясь за стол, – в двух словах не расскажешь.

– Можешь рассказать в трех, – сказала Варя, закрыв ноутбук и отодвинув его в сторону. – Я никуда не тороплюсь и с удовольствием тебя выслушаю.

Страшно и неприятно рассказывать о своих косяках, но наделать новых глупостей и запутаться в собственной лжи еще страшнее. И я все рассказала Варе… О нашем странном знакомстве с Федей и о том, как мы случайно пару раз пересеклись в автобусе и потом преследовали друг друга; как позже нас познакомила Надя; как я не хотела привязываться к Феде из-за предстоящего побега из дома и как по уши влюбилась… И о том, что Федя не мог бросить больную бабушку и уехать вслед за мной в Питер. Рассказала, как отчим ради выгоды пытался свести меня с сыном своего бизнес-партнера, а я назло ему привела в дом Федю и выставила бедного парня перед семьей в самом невыгодном свете. Я знала, что родители будут против нашего союза, ведь Федя не отвечал их требованиям и не годился в мои предполагаемые женихи. Свободный художник без высшего образования и, как считал отчим, без перспектив… Но мне на это плевать. Я верю в Федю, и для меня он самый лучший.

Варя слушала молча, затаив дыхание и ни разу не перебив. А я вдруг поняла, что впервые проговариваю все, что случилось несколько месяцев назад, вслух, и мне становится намного легче. Я рассказала все, вплоть до того момента, как вчера, не выдержав, сама отправилась на поиски Феди…

– Федя сказал, что приехал в этот город не из-за работы, а ради тебя, – выслушав меня, вздохнула Варя.

Я внимательно разглядывала ее лицо, пытаясь уловить эмоции. Варя больше не казалась обиженной. Теперь она выглядела задумчивой и немного печальной.

– Он так сильно тебе понравился? – осторожно спросила я.

– Я часто влюбляюсь, – впервые за это утро улыбнулась мне Варя. Но улыбка у нее все-таки вышла грустной. – Только постоянно как-то не по-настоящему. Понимаешь, Агния, я жду того самого и решила вдруг, что Федя может оказаться им.

Я молча смотрела на Мечетину, не зная, что сказать.

– Федя хороший, – вздохнула Варя, подперев кулаком щеку.

– Хороший, – согласилась я.

– Еще и готовит потрясно, – рассмеялась Варя, отодвигая от себя пустую тарелку, – я сейчас лопну!

Я, глядя на нее, тоже негромко рассмеялась. Видя Варину улыбку, я почувствовала огромное облегчение.

– Он меня вчера еще и с Аликом выручил, – сказала я.

– С Аликом? Твоим вредным братом? – припомнила Варя.

– Ага, представляешь, к нему на улице какие-то парни прицепились, а мы с Федей как раз мимо проходили…

Неожиданно для себя я рассказала Варе о случившейся потасовке недалеко от кинотеатра «Художественный». Так здорово делиться с Варей тем, что меня беспокоит! Не удержавшись, я пожаловалась и на Татьяну, которая после вчерашнего стала еще больше раздражать.

Варя, снова внимательно выслушав, нахмурилась.

– Бедный мальчик! – воскликнула она. – И какая противная эта Татьяна… Ей нужно познакомиться с моей мамой.

– С твоей мамой? – удивилась я.

– Ага. Это самый токсичный человек на свете. Мне кажется, они подружились бы.

Я притихла, ожидая от Вари рассказа о ее родителях. Но Мечетина не торопилась вдаваться в подробности. Молча встала и направилась к раковине мыть посуду. Харви вылез из-под стола и потелепал за хозяйкой. Я проследила за псом.

– Очень понимаю твоего Алика, – не оборачиваясь, сказала Варя. Вода из крана шумно била тугой струей.

– Ему, кстати, понравился Харви, – сказала я. – Алик говорит, Татьяна не разрешает заводить собаку.

Варя обернулась и сказала:

– Мне родители тоже не разрешали. Это бабушка на восемнадцатилетие подарила. А мама тут же велела мне подыскивать для себя съемную квартиру… Мне казалось, что и я им особо никогда не нужна была. А сейчас вдруг понадобилась… Слушай, а пусть Алик к нам в гости приходит в любое время? Может с Харви гулять.