Багровый роман - Вероника Фокс

Следующая спальня удивляет меня. Она выглядит заброшенной, но в ней стоят две детские кровати, а все вещи, по всей видимости, спрятаны в многочисленных коробках, хаотично расставленных вдоль стен. Рассматривая открывшуюся мне картину, я ощущаю, как внутри меня что-то дрожит. На глаза попадается пыльное фото двух детей, сидящих в коляске. Рамка фотографии совершенно истерта, будто ее неоднократно держали в руках. «Это подтверждает тот факт, что Майкл действительно был женат и имеет двоих детей. Но куда более интересный вопрос – почему же они разошлись с женой». На этот вопрос действительно хочется знать ответ.

Мой телефон вибрирует в кармане пиджака, и я от неожиданности подпрыгиваю на месте. На экране высвечивается имя Майкла.

– Алло?

– Все осмотрела? – интересуется он.

«Черт! Как только он узнал?» – мысленно чертыхаюсь я, но вслух невинно спрашиваю:

– Ты о чем?

– Забей. Просто убедился, что ты не косячишь, пока меня нет.

– И когда же Ваше Величество соизволит меня отпустить?

– Это не телефонный разговор.

– Ну да, ну да…

– Ты посмотрела мой роман?

– Одну часть? Ага.

– Прекрасно. Тогда до связи.

– Подожди! – спешу выпалить я, вспоминая вдруг о важном.

– Что еще? – раздраженно откликается мужчина.

– Мне нужны вещи.

– Хорошо.

– То есть… я хочу заехать домой и взять их.

– Это невозможно. До связи.

– Почем… – начинаю было спорить, но слышу лишь короткие гудки.

«Вот дьявол! Бросил трубку и даже не дослушал!»

Я решаю вернуться на кухню, откуда уже доносится приятный аромат. Мне удается найти бутылку вина, что несказанно радует.

– Думаю, ты не будешь против, если мы будем квиты, – усмехнувшись, бормочу себе под нос, нахожу штопор и откупориваю находку.

Аромат просто потрясающий. На бутылке написано что-то на итальянском, но я решаю не заморачиваться. Отыскав красивый фужер, наполняю его до краев. Сделав глоток, сразу же чувствую, как вино обжигает горло. Послевкусие отдает мускатным орехом с капелькой вишни, и я жмурюсь от наслаждения.

– Превосходно!

Духовой шкаф пиликает, и я достаю лазанью и принимаюсь за трапезу. На удивление, вино не пьянит меня, и я решаюсь еще на один бокал.

Часы показывают половину пятого, и мне требуется чем-то заняться. Включив телевизор в гостиной, вспоминаю о фильме, о котором трещит в последнее время Роуз, поэтому без раздумий включаю его. «Не люблю мелодрамы, но это хоть что-то», – думаю я, нарезая к вину сыр. Добавив к нему виноград, выкладываю все на красивую тарелку, сажусь на диван и погружаюсь в сюжет фильма.

Я не успеваю опомниться, как выпиваю целую бутылку вина и чувствую, как меня клонит в сон. Укрывшись пледом, лежавшим на спинке дивана, прикрываю глаза и незаметно для себя засыпаю.

Глава 13 Майкл

Выйдя из бутика женской одежды, я чувствую, как болят все мышцы. «Чертова Оливия!» – думаю я, стискивая зубы.

Я был слеп и неосторожен, отчего проклинаю себя еще сильнее. Переговоры не увенчались успехом, но хотя бы ведущие газеты теперь не должны пускать лживые слухи.

Закидываю пакеты в багажник и сажусь за руль, но не могу собраться с мыслями. «Черт! Черт! Черт!» – повторяю я, прикрывая на время глаза. Контролировать ярость становится все сложнее, но лишняя поездка к Эрике может разжечь еще больший скандал. Мне этого совсем не хочется.

Достаю телефон, набираю номер Оливии и слышу гудки, но ответа нет.

– Твою мать! – вырывается у меня. – Неужели так сложно ответить?!

Впереди ошивается подозрительный субъект, который может быть подосланным репортером. Завожу мотор, давлю на газ и резко срываюсь с места.

– Блядь! Блядь! Блядь! – чертыхаюсь вслух, стуча ладонью по рулю.

Ночной город ослепляет, отчего раздражающе щиплет в глазах. Мои синяки и увечья, которые еще не успели зажить, ноют от дергающей и противной боли. Обезболивающее мало мне помогает, но от него есть толк. Я гоню по дороге, предвкушая, как отыграюсь на Оливии. Ее безмозглость окончательно выбешивает меня. Еще пару раз набрав ее номер, слушаю противные гудки и прибавляю скорость.

Доехав до дома и убедившись, что хвоста из назойливых репортеров нет, спокойно заезжаю во двор.

– Оливия? – кричу я, но ответа не следует. – Оливия!

Из гостиной доносится гул телевизора. Со злостью кинув пакеты, я спешу туда и вижу ее. Девушка тихо сопит на диване, а рядом с ней валяется пустая бутылка вина.

– Ну ты и сучка! – ругаюсь я сквозь крепко сжатые зубы.

Подойдя ближе, замечаю, что она выпила одно из лучших вин, которое мне когда-то подарили. «Вот тварь!» Я хочу ее разбудить, но в последний момент передумываю. Оливия лежит, подогнув под себя ноги и укрывшись пледом, и мне хочется понаблюдать за ней, пока из ее похабного рта не вылетают слова. Подойдя ближе и помахав рукой у ее лица, я убеждаюсь, что ее сон достаточно крепок, и хмыкаю.

– В одно горло выпила бутылку! А кажешься совсем хрупкой, – бормочу себе под нос, и моя рука машинально тянется к ее волосам.

Желание дотронуться до нее съедает меня изнутри. Убрав упавший на лицо Ви локон, я скольжу пальцами дальше, исследуя кожу, которая оказывается мягкой на ощупь. Дотронувшись до ее огненных волос, я понимаю, что они напоминают мне мягкий струящийся шелк. Сдернув плед, рассматриваю тело девушки, и ее беспомощность манит меня. Я и сам не замечаю, как у меня в голове вспыхивают яркие, сочные, пьянящие фантазии. Тихо выдохнув, представляю, как сжимаю ее изящный стан, как она кричит, тяжело вздыхает и сладко стонет от моих прикосновений. Мне хочется ее тела немедленно…

Переборов в себе желание трахнуть Оливию за непослушание, я сильно шлепаю ее по бедру. Это будит ее, она вздрагивает от испуга и с недоумением таращится на меня.

– Ты чего дерешься?

– Мне алкоголички в доме не нужны.

– На себя посмотри! – бормочет она, а ее сладкий сонный голос эхом застревает в моей голове.

«Да черт возьми, какого хрена со мной творится?!» – задаюсь я вопросом, сдвигая брови, и заявляю:

– Ты выжрала одно из моих лучших вин! В одну харю!

Девушка зевает и показывает мне язык.

– Ты еще и дразнишься, хамка?

– От хама слышу!

– Господи, что за детский сад!

Оливия пытается прийти в чувство. Натягивая на себя плед, она хмуро смотрит на меня.

– Чего пялишься?

– Любуюсь невыносимым коллегой.

Ничего не ответив, отправляюсь в кухню. На столе прикрыта какая-то стряпня, которую, по всей видимости, сподобилась приготовить Ви. Подняв крышку, обнаруживаю половину лазаньи, которая выглядит не шибко аппетитно,