Разведи огонь - Джулия Вольф

Он взглянул на бумагу, приподняв брови.

— О, мы богаты-богаты. Я могу с этим работать.

Невольно я рассмеялась.

— Мы со средним доходом, если уж на то пошло. И с автомобильной аварией, работой у стоматолога и…

— Неожиданная беременность. Я собираюсь обрюхатить тебя. — Он потер подбородок, в его глазах мелькнуло веселье.

— Кто сказал, что ты отец? Может быть, у меня за твоей спиной бурный роман с Гейбом.

В одно мгновение от его веселья не осталось ни следа.

— Нет. Мы даже не будем говорить на эту тему.

— Я не знаю… — Я прикусила кончик карандаша. — С Гейбом было бы забавно играть. Я имею в виду, теперь, когда ты сломал меня…

Себастьян поморщился, хлопнув блокнотом по ногам, перебив меня. Я все равно сказала достаточно. Физически я бы никогда не превзошла бы его. Это не обсуждалось. Но если бы могла свести его с ума — в другом смысле, — я бы это сделала.

— Перестань быть сволочью и делай свою работу, Грейс.

В мыслях я исполнила победный танец. Это была маленькая победа, но она была мне нужна.

Наконец-то мы приступили к работе, составляя наш финансовый список на месяц. Мы не смогли бы выполнить задание сегодня, но как только все приведем в порядок, мы сможем закончить оставшуюся работу на компьютерах. Отдельно. Каждый в своем доме.

Когда моя мама вошла через парадную дверь, мы заканчивали. Она снова улыбнулась Себастьяну, и хотя он был раздражен с тех пор, как я поддразнила его насчет Гейба, он включил свое очарование ради нее. Настолько, что она попросила его остаться на ужин.

— Вообще-то, мне нужно возвращаться домой. В другой раз? — Он сверкнул улыбкой, и я увидела, как мама растаяла, превратившись в лужу.

— Конечно. — Она повернулась ко мне. — Это займет около получаса, детка. Ты сможешь подождать?

— С трудом. Я провожу Себастьяна, а потом приду помочь.

Она подмигнула мне.

— Мне не нужна помощь. Не спеши возвращаться.

Как только мы вышли из кухни, Себастьян направился в противоположную от входной двери сторону. Я последовала за ним в свою комнату, где он снова направился прямо к моему комоду. Но на этот раз вместо того, чтобы открыть мой ящик с нижним бельем, он взял маленькую металлическую скульптуру розы.

— Это мило, — сказал он.

— Спасибо.

Он оторвался от созерцания розы.

— Ты сделала это?

— Да. Трехфутовая версия находится в Швейцарии.

Он что-то пробормотал, аккуратно ставя ее на место, и подошел к моему прикроватному столику. Там у меня стояли фотографии в рамке, на одной была изображена группа моих друзей в Швейцарии, а на другой — мы с мамой. Себастьян сел на край моей кровати, с фотографиями в руках, затем кивнул на фото моих друзей.

— Ты скучаешь по ним?

— Да. Но я знала, что мы не останемся там навсегда, поэтому никогда не позволяла себе слишком сближаться. Плюс… — Я оборвала себя. Я готова была рассказать о своем отце, но в последнюю секунду вспомнила, что Себастьян мне не друг. Я бы не хотела изливать ему свою душу. Он мог вынести многое, но никогда не был тем, кем я была.

Себастьян поставил обе рамки и потянулся к моим рукам, притягивая меня к себе. Я подпрыгнула на матрасе. Себастьян повернул меня к себе, окидывая жестким взглядом.

— Кто тебя ударил?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что я открыла рот. Мне потребовалась секунда, чтобы снова собраться с мыслями.

— Зачем тебе это знать?

— Скажи мне.

Я не смогла вспомнить, почему не хотела, чтобы он знал. Возможно, по этой причине он не смог бы вторгаться в мою жизнь. Теперь же, я не думала, что у меня был выбор.

— Девушка Нейта Бергена, Елена. Ведьма из ее ковена рассказала, что я была с Нейтом на игре в пятницу, и Елена не слишком любезно отнеслась к этому. Она толкнула меня в мой шкафчик и назвала меня всеми синонимами слова «шлюха», которые только могла придумать.

Себастьян убрал руки с моего лица и нахмурил брови.

— Это все, что она сказала?

— Я могу еще раз посмотреть на запись, но в этом вся суть. Однако, как я уже сказала, я с этим разобралась.

— Разве вы не были лучшими подругами с ней?

Я дернулась, пораженная тем, что он это знал об этом.

— Ты знал меня… раньше?

Наша школа была огромной. С численностью более четырьмя тысячами учеников вы можете ходить в школу с кем-то в течение четырех лет и никогда не узнать его. Я просто предположила, что, поскольку я не узнала Себастьяна, он тоже не знал, кто я такая. С другой стороны, большая часть моего первого года обучения прошла как в тумане. Слишком много всего произошло с тех пор.

Вздохнув, он поднялся на ноги и снова подошел к моему комоду.

— Все знали, кто ты такая. Богатая, красивая, чирлидерша. Я видел тебя. — Он повернулся, показывая мне свой профиль. — Я пойду. Проводи меня до двери.

Уходя, он помахал на прощание моей матери, но не остановился, пока не дошел до двери. Я следовала за ним по пятам, поэтому, когда он развернулся и запустил руки мне в волосы, я чуть не потеряла равновесие. Себастьян прижал меня к стене, прижимаясь своим лбом к моему.

— Если кто-нибудь будет приставать к тебе, я должен знать. Обещай, что расскажешь мне. — Его тон не допускал возражений, но для Себастьяна это не было чем-то новым. Он говорил категорично, как будто его слово было законом.

— Ты собираешься ударить Елену Сандерсон за то, что она была сукой по отношению ко мне?

Его хватка на моих волосах усилилась, пока у меня не перехватило дыхание.

— Обещай мне.

— Только если ты тоже сдержишь свое обещание. — Себастьян не спросил у меня разрешения прикасаться ко мне, но я и не возражала. Даже с приступом боли, чувствовать его руки на мне таким образом было неплохо.

Он прикоснулся губами к моему виску.

— Гребаная Грейс.

Могла ли я действительно влиять на него так же, как он влиял на меня? Может быть. Но когда он снова ушел, не поцеловав меня в губы, разочарование, как остроконечная палка, кольнуло меня под ребра, я, без сомнения, поняла, что Себастьян все еще одерживает победу.

Глава ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

В пятницу вечером Уилз был переполнен симпатичными мальчиками