Честь пирата - Татьяна Андреевна Зинина

— Твой дядя тот ещё интриган, — подметил Никкейл, и в его голосе мне слышалось открытое раздражение.

— Я знаю, — понимающе покивала. — Он на многих производит впечатление человека без души. Этакой циничной сволочи. Но поверь, у него даже совесть есть. А ещё он всегда помогает тем, кто заслуживает помощи. Как-то сказал, что все имеют право на ошибку. Но только те, кто её осознал, получают второй шанс.

Я расправила на коленях салфетку, раздумывая, что ещё хочу узнать о Никкейле. Точнее, что хочу спросить в первую очередь, пока он ещё готов отвечать.

— Моя очередь задавать вопрос, — напомнила магу. — Расскажи, откуда у тебя светлая магия, да ещё и такая сильная?

Он не хотел говорить ‒ это явно читалось по его лицу. Но всё равно ответил.

— Моя мать наполовину эльфийка, — признался, глядя мне в глаза. — У неё тоже есть дар, но слабый. А вот у меня он проявился очень сильно. Что особенно странно, учитывая, что отец был наполовину тёмным. Такая вот семейная тайна.

Тёмным? Ну ничего себе!

— Я никому не сказала про твой светлый дар, — поспешила заверить я. — И не скажу. Пусть твои секреты остаются твоими.

В его глазах отразилось удивление, но взгляд почти сразу потеплел. А ещё Ник мне улыбнулся. Совсем чуть-чуть, одними уголками губ, но это была самая тёплая из улыбок, которые я видела на его лице до этого момента.

— Спасибо, — в голосе звучала благодарность, которую он сразу поспешил спрятать. — Мой вопрос. Чего ты боишься? Ну, кроме порталов.

Сначала я хотела сказать, что не стану отвечать, но потом задумалась. А чего я, собственно, боюсь? Так сразу и не скажешь.

— Не знаю. Наверное, больше ничего, — пожала плечами.

— Так уж и ничего? — не поверил Ник. — Все чего-то боятся. Кто-то упасть с высоты, кто-то болезней, кто-то смерти, кто-то насилия. В мире очень много страшного.

— Нет, всё, что ты перечислил — страшно, — согласилась. — Это нормальные страхи. Глупо не бояться насилия или травм. Но ещё более глупо превращать это в фобию.

— Ну, а пираты? Их-то ты боишься? — не сдавался Крайстер.

— Когтя боюсь, — призналась, даже не думая скрывать. — Он вообще вызывает у меня настоящую жуть.

— Да, он далеко не красавчик, — с понимающей ухмылкой бросил Ник.

— Дело даже не во внешности, хотя, я была поражена, что он молод. У него аура жуткая. Этакий открытый обходительный мужчина, который может с милой улыбкой вогнать тебе нож в сердце и даже не поморщиться. Он непредсказуем, и пугает именно этим.

Улыбка Ника стала натянутой.

— Кстати, расскажи, как ты-то с ним умудрился познакомиться? — спросила о том, что давно было интересно.

— Это не та тема, которую мне хотелось бы с тобой обсуждать, — отрезал Никкейл.

— Контрабанда? — продолжала допытывать я.

— Не важно, Мэл. Давай договоримся, что тему меня и Когтя не трогаем.

Он говорил с нажимом, но мне было слишком интересно. Я просто не могла сейчас усмирить своё любопытство.

— Нет. Расскажи. Хотя бы в общих чертах.

Ник явно хотел ответить грубо, даже пальцы в кулак сжал, но потом отвёл взгляд к окну, помолчал несколько секунд и сказал:

— Мы знакомы несколько лет. Но я не стану помогать полиции разыскивать его, потому лучше лорду Стайру не знать об этом.

— Но он же пират! Убийца и головорез! Его должны судить! — выпалила, не сдержавшись.

— По большей части он вор, — тихо проговорил Ник, чуть подавшись вперёд. — Я не слышал, чтобы он убивал кого-то просто так. А в бою всякое случается. И ещё, Мэл, у каждого пирата за плечами есть история того, почему он выбрал этот путь. Туда редко приходят безумцы, которым просто не хватает в жизни острых ощущений. Часто такой путь выбирают те, кто потерял всё. И всегда это люди, которые любят море, свободу и готовы рисковать. Пират — это не бандит с большой дороги. Это… образ жизни. Особая философия.

— Ты так говоришь, как будто сам был в шкуре пирата, — подметила я шёпотом, тоже подавшись вперёд.

— Я слишком дорожу собственным титулом и честью рода, — Ник снова сел прямо. — Потому нет, Мелисса, пиратом я не был.

И ведь не определишь, врёт или нет. Я уже поняла, что Ник мастерски умеет обманывать. Вот просто суперспециалист по лжи.

Никкейл посмотрел на меня задумчиво, явно размышляя, о чём бы ещё спросить. Он даже подпёр подбородок кулаком, и этот простой жест будто бы немного ослабил его вечную собранность и сдержанность.

— Ты чувствуешь от кого-нибудь из однокурсников угрозу? — задал Ник вопрос.

— Знаешь, после того, как ты воткнул Дилли носом в грязь, они все как-то поутихли. Меня теперь вообще стараются не замечать. Не здороваются, но и не трогают.

— А тот парень, с которым ты подружилась? Риттер Майл, кажется? Руки не распускает? Может, у него просто иная тактика, но та же цель, что и у остальных?

— Ты слишком подозрительный, — улыбнулась я. — Нет, Рит — хороший. Он единственный, кто меня поддерживает. Мне с ним интересно и спокойно. Между нами дружба.

— А он тоже так считает? — с усмешкой поинтересовался Крайстер. — Ты уж прости, Мэл, но я видел, как этот рыжий хлыщ смотрит на тебя. Поверь, в его фантазиях ты, наверняка, давно раздета, покорна и влюблена.

— Нет же! — выпалила, даже почти не смутившись. Кажется, начала привыкать к некоторой бестактности Ника. — Ничего подобного. Он просто хороший человек, очень меня поддерживает. Он мой друг.

— А ведь скоро осенний бал, — задумчиво протянул Никкейл. — Готов поспорить, он тебя пригласит. И вести себя будет совсем не по-дружески.

В первый момент мне отчаянно хотелось сказать ему, что я готова спорить. Но, чуть поразмыслив, поняла, что действительно могу проиграть. Ведь одно дело ‒ отвечать за себя и свои действия, и совсем другое — за другого человека.

— А сам-то на бал пойдёшь? — спросила я.

— Не хотелось бы, но, видимо, придётся, — ответил Ник.

Принесли заказ, и, уловив запах запечённого мяса, я вдруг поняла, что очень голодна. Никкейла тоже немало заинтересовала еда. Потому разговор сам собой сошёл на «нет».

Ели мы молча, отдавая дань вкуснейшим блюдам. Стейки и тушёные овощи оказались на высоте, впрочем, как и салат. И только когда дело дошло до десерта, я решила, что