На помощь, Эми! - Наташа Окли

— Сэб говорил.

— Не представляю, как мы снесем вниз этот огромный буфет. Лестница такая узкая. — Эми сложила белый кардиган и положила на горку вещей, предназначенных для благотворительной распродажи. — Придется, наверное, вынимать окно или еще что-то придумать. Это Сэб доложил тебе?

— Вчера, когда я позвонил ему, он сказал, что ты будешь здесь.

Эми на минуту замешкалась, потом взяла вторую стопку вещей.

— Он сообщил тебе, что я нашла работу?

— И жилье тоже.

— Сэб дал мне в долг. Наверное, не хочет, чтобы я спала на его диване. — Эми понимала, что преувеличивает, но ее понесло. — Мы снимаем квартиру вместе с еще тремя девушками, одна из них работает на студии.

— Значит, у тебя все налаживается?

Эми взяла очередную стопку и положила ее на кровать. Накатила усталость. Хотелось спросить про Ричарда и Каланту. А еще больше Эми хотелось удержать Хью. Она начала делить блузки на те, что пойдут в благотворительный магазин, и другие, на выброс. Хью протянул руку и накрыл ее ладонь.

— Это обязательно делать сейчас?

— Сэб… — нервно начала Эми. Он перебил ее:

— Сэбу все равно. — Хью остановился и засунул руки в карманы джинсов. — Мне нужно поговорить с тобой.

Эми внимательно взглянула на него. Выглядел он не как всегда — не такой уверенный, что ли.

— Ты поговорил с Ричардом?

— Да.

— И?..

Хью взял ее за руку.

— Пойдем пройдемся.

— У меня дел много, я… — Она обвела глазами заполненную вещами комнату матери.

Хью притянул ее к себе.

— Хочется куда-нибудь, где ничто тебя не будет отвлекать от того, что я скажу. Это… трудно объяснить.

— Даже так? — Эми была в недоумении. Он собирается подробно рассказать ей о своем разговоре с Ричардом?

— Ну пожалуйста, Эми, — проговорил Хью и потянул ее за собой.

Эми ужасно боялась оставаться наедине с ним — не дай бог, обо всем догадается, но сопротивляться ему — это было сверх всяких сил.

— Ладно, пойдем посидим в саду. Хочешь чего-нибудь выпить?

Он мотнул головой.

Эми спустилась по лестнице и через кухню вышла во двор. Он шел за ней, не говоря ни слова. Наконец Эми, не вытерпев, оглянулась и натолкнулась на его пристальный взгляд. Девушка залилась краской. Торопясь, она свернула за угол и пошла по лужайке к яблоневому саду.

— Если коттедж не продастся быстро, мы, может быть, еще успеем собрать урожай, — заметила она, глядя на отягощенные плодами деревья. — Будет жаль, если пропадут.

— Эми.

— Мама варила из них чудесное варенье. Я думаю…

— Почему ты не подождала, пока я вернусь? — спросил он мягко.

Эми показалось, будто она сорвалась в пропасть. Что-то в его голосе пугало ее.

— Это было ни к чему. Барбара вернулась, а меня, как ты знаешь, не привлекало место секретарши.

— Почему?

— Ты что, шутишь? — повернулась она к Хью с натянутой улыбкой. — Ты ужасный босс.

— Могла бы подождать.

Да, она могла бы подождать. Она бы так и сделала, если б не любила его как сумасшедшая. Эми наклонилась и подобрала прутик.

— Я не хотела тебе мешать, — пробормотала она. — Ты так занят. Каланта вернулась.

Его лицо приняло такое выражение, словно он подыскивает слова.

— Ричард учился в одной сельской школе с моей мамой. Через несколько лет они снова встретились и между ними началось что-то вроде романа. Все было вполне невинно. Они были совсем юными. Но из их романа ничего не вышло. Семейство матери хотело для нее кого-нибудь побогаче. По крайней мере так говорит Ричард.

Легкий ветерок овеял лицо Эми, бросив на щеку прядь волос. Она даже не заметила — смотрела на Хью, стараясь не упустить ни единой смены выражения на его лице, ни единого слова, которое он произносил, и ловя в каждом из них более глубокий смысл, чем он, наверное, в него вкладывал. В его голосе слышалась боль. Он стремился понять — и простить.

— Поэтому она вышла за Джона Балфура.

За его отца. То есть, все думали, что это его отец.

— А Ричард погрузился в банковское дело. Решил во что бы то ни стало добиться успеха и ни о чем больше не думать. Но в один прекрасный день посмотрел вокруг себя и увидел, что он один как перст. Он занялся общественными делами, но обнаружил, что рядом нет никого, кто готов его поддержать.

— Как это печально.

— Он купил дом здесь, в Хенли, а мама летом приехала в свой коттедж. Она почувствовала себя одинокой. Муж собирался ехать в Гонконг.

— Ты говорил с ней?

По его лицу пробежала тень.

— Я попытался. Она все отрицает, говорит, что ничего подобного не было. — Хью пожал плечами. — Это все из-за одиночества, по-моему. Она была не слишком счастлива с мужем, а тут как раз встретился Ричард. Разговоры, встречи… К ней как будто снова вернулась юность. Как бы там ни было, в результате родился я. Все ужасно осложнилось, потому что у Джона, за которого мать вышла замуж, не могло быть детей.

Эми подошла и сунула руку ему в ладонь. Его пальцы конвульсивно сжали ее.

— Ричард знал, что ты его сын?

— Всегда. — Хью взглянул на их соединенные руки, потом снова ей в глаза. — Он знал также, что мама не бросит Джона, если только тот сам ее не прогонит. Она была так воспитана, что брак — это на всю жизнь. А Джон не хотел разводиться с мамой. При условии, что никто не будет знать, что ребенок, которого она носит под сердцем, не его.

Дальше можно было и не говорить, Эми сама все представила себе. Ей стало даже жаль Джона Балфура. Он так любил свою жену, что согласился жить с ней даже после того, как она родила младенца от другого. И этот ребенок стал для него живым напоминанием о неверности жены.

Эми подняла руку Хью и поцеловала.

— Мне так жаль, Хью, — сказала она, и голос ее дрогнул. — А когда знаешь правду — это легче?

— Я очень рад тому, что наконец обрел отца.

— А Соня знает?

— Во всяком случае, подозревает. — Хью потер ладонью усталое лицо. — Когда Джон умер, Ричард ждал, что мать выйдет за него.

— После стольких лет?

— Но она отказалась. Решила, что это будет напоминать ей о том, сколько она выстрадала. — Хью пожал плечами. — Не знаю, может, так и следовало сделать.

— А он — любит ее до сих пор?

— Не знаю, не спрашивал. — Хью посмотрел на облака. — Может быть. Он продолжал развивать свое дело, а когда я получил степень, уговорил меня работать у него. Остальное ты знаешь.