Райский - Э. М. Сноу

— Я здесь, если тебе кто-то понадобится.

Может быть, мне стоит сказать ей. Может быть, только может быть, это поможет. По крайней мере, я думаю, что я ей чем-то обязана. После всего, через что она прошла из-за меня, она заслуживает хотя бы части правды.

Она должна, по крайней мере, знать, почему вселенная наказывает меня снова и снова.

— Правда в том, что… тот пожар в Джорджии? Это была моя вина. Я устроила его, и с тех пор со мной не случилось ничего хорошего.

Глава 13

Я проверяю свой телефон, наверное, в миллионный раз, но от Лони по-прежнему ничего нет. Прошло два дня с тех пор, как я призналась ей на берегу океана о пожаре дома, и я думаю, что шокировала ее довольно сильно.

Она ничего не сказала мне в тот вечер у Сэйнта после того, как я рассказала ей, что я сделала, просто уставилась на меня широко раскрытыми, ошеломленными карими глазами. Прежде чем я смогла попытаться получить от нее ответ, появился Сэйнт, ворвавшийся на пляж, чтобы потребовать, чтобы я поговорила с ним.

Я извинилась перед Лони и пошла с ним, отчасти потому, что знала, что иначе он не успокоится, но также и потому, что боялась того, что она в конце концов скажет. Это был далеко не самый счастливый момент для меня, и теперь я сожалею, что не осталась и не поговорила с ней.

Она ушла из дома к тому времени, когда я закончила с Сэйнтом, и у меня так и не было возможности объясниться с ней более подробно.

Сэйнт появился злой, но с дерзкой ухмылкой, которая сказала мне, что он сделал что-то ужасное.

Он потащил меня по пляжу, подальше от Лони, и почти скрыл из виду свой дом.

Развернувшись, он посмотрел на меня сверху вниз, кипя от ярости.

— Куда ты ездил? — спросила я тихим голосом.

Конечно, он проигнорировал мой вопрос, потому что это был Сэйнт, и он действительно верил во всю эту историю с богом. Этот ублюдок думал, что он всемогущ.

— Тебе лучше найти хорошее объяснение тому, что ты игнорировала мои сообщения, — огрызнулся он. — Ты подвергаешь себя ненужной опасности, как идиотка, ты же знаешь это, не так ли?

Я действительно не оценила лекцию, но я не прервала его, боясь только разозлить еще больше. Я бы никогда не получила от него ответа таким способом. Пока он разглагольствовал, я заметила, что, клянусь, на его рубашке была кровь.

— Сэйнт, что, черт возьми, это у тебя на рубашке? — прерываю я его, чтобы указать кровь.

Он взглянул на свою в остальном безупречно белую футболку и пожал плечами.

— Я ничего не вижу.

— Чушь собачья. Это кровь?

Он посмотрел на меня холодными глазами.

— А если даже так?

— Скажи мне, что это не от одной из тех девушек.

Его челюсти сжались, и было совершенно очевидно, что я разозлила его этим заявлением.

— Ты действительно думаешь, что мы с Лиамом пойдем и изобьем кучу мелких сучек? За какого монстра ты меня принимаешь, Мэллори?

Я не знала тогда, и я до сих пор действительно не знаю сейчас, хотя я более уверена, что он не выбил дерьмо из Кристин и ее подруг. Тем не менее, я думаю, что он избил кого-то до полусмерти, но он не сказал мне, кого.

Вздохнув, я убираю телефон, а вместе с ним и свои мысли о Лони и Сэйнте. К сожалению, сейчас не время. У меня есть кое-что гораздо более неотложное, с чем нужно разобраться, прежде чем я смогу беспокоиться о ком-либо из них.

— Вот мы и приехали, — говорит мой водитель Uber, останавливаясь у причудливого маленького ресторана, который, как я сразу поняла, выходит за рамки моего ценового диапазона.

— Спасибо, — бормочу я, выскальзывая из машины.

Мое сердцебиение выходит из под контроля, и у меня больше нет проблемы с концентрацией внимания. Я всю неделю с ужасом ждал этой встречи.

Мой ужин с Норой.

Я останавливаюсь у главного входа и делаю глубокий, укрепляющий вдох, прежде чем войти внутрь.

Это многолюдное место, но я почти сразу замечаю Нору. Она сидит за столом в центре главной комнаты, похожа на одну из матерей из рекламы Macy's в черно-синем платье из цветного блока, подчеркивающем цвет ее глаз, и она окружена людьми.

Я хмурюсь, подозревая, что это не нарочно, и задаюсь вопросом, в чем заключается ее план, когда я подхожу к ней.

Она улыбается, когда видит меня, но это далеко не дружелюбная улыбка.

— Я подумала, что будет лучше показать тебе, что я не собираюсь причинять тебе боль, — говорит она, когда я сажусь напротив нее и сцепляю пальцы на столешнице. — Мы будем вести себя вежливо, дружелюбно и публично.

— Пожалуйста. Я не идиотка. Мы обе знаем, что ты причинила бы мне боль, если бы захотела, со свидетелями рядом или без.

Она выгибает идеально вылепленную темно-коричневую бровь, но ничего не говорит, чтобы опровергнуть мою точку зрения. Вместо этого она наклоняет голову и изучает меня несколько долгих мгновений, прежде чем спросить: — Что случилось с твоим лицом? Неужели малыш Анжелл наконец-то набросился на тебя? Я полагала, что это произойдет рано или поздно, со всем этим удушьем и…

— Просто остановись.

Если отбросить в сторону жуткость, ее слова ранили бы намного сильнее, если бы я не терпела насмешки Лорел и ее приспешников по поводу моих синяков все выходные. Эта сука так обрадовалась, увидев, как меня избили, что я не знаю, как мне удалось не вонзить ей зубы в горло и не отплатить тем же.

— И так, — прерывает мои мысли Нора. Она делает изящный глоток из своего стакана с водой и моргает, глядя на меня. — Что случилось?

Живо вспомнив, что случилось с Джоном Эриком, я решаю, что это последний человек, которому я когда-либо расскажу. Она убила его, чтобы попытаться каким-то извращенным способом доказать мне, что хотела защитить меня, что, я знаю, чушь собачья. Она хотела получить рычаги влияния на меня, и она их получила. Как бы сильно я ни ненавидела Лорел, я не заинтересована в том, чтобы ее смерть была на моей совести.

— Ничего страшного, — говорю я наконец. — В любом случае, тебе не о чем беспокоиться.

— Я твоя мать, Иден, — отвечает она, улыбаясь, когда я вздрагиваю от этого имени. — Конечно, я беспокоюсь за тебя

— Конечно, беспокоишься. Ты — переполненный фонтан заботы,